Победитель

Аксенов Даниил Павлович

– Дать инструкции по поимке Миэльса и взятию под контроль северных городов? – предположил Танер, входя вместе с Торком в кабинет.

– Не только это. Я бы сказал, что эти инструкции – не самое главное, – сразу перешел к делу король. – Конечно, хочется поймать Миэльса и освободить ишибов-бедолаг из вот этой башни, но у вас будут и иные задачи. Догадываетесь какие?

Башня с висящими над нею в воздухе тяжелыми шарами была одной из достопримечательностей Парма. Там сидели заключенные ишибы. Обычно ишибов не держали в тюрьмах, не имея возможности контролировать днем и ночью. Поэтому

плененных врагов, обладающих способностью управлять ти, либо убивали, либо отпускали восвояси. Но этих ишибов, сохраняющих верность Миэльсу, Михаил отпустить не мог. Зачем усиливать противника? Убивать их тоже не хотелось. Поэтому и придумал выход с шарами. Ишибы держали их в воздухе днем и ночью на пределе своих сил. Каждому из них давалось лишь несколько часов на сон. Охрана дворца получила строгий приказ: если хоть один шар упадет, немедленно бежать в башню и убивать заключенных.

Оба полковника покачали головами. Они, являясь прежде всего солдатами, испытывали трудности с тем, чтобы думать о проблемах, которые не имеют непосредственного отношения к предстоящей военной кампании.

Михаил неодобрительно посмотрел на них. Он ожидал большей сообразительности от своих сподвижников, в особенности от Танера.

– Вы знаете, что делает на севере Иашт? – спросил король.

– Да, – твердо ответил Торк. – Я слышал, он преуспел в создании мелких вооруженных восстаний. Там все время что-то происходит!

– Именно, – подтвердил Михаил. – А вы его там смените. Мне нужно хотя бы два месяца беспорядков на северной границе. Хотя бы два месяца!

– Но зачем, твое величество? – спросил удивленный Танер.

– Ах да, тебе я этого не объяснял, – вспомнил король. – Все дело в рабах. Мы только что заключили первую часть договора о мире. Война между Ранигом, Томолом и Кмантом едва закончилась. Результатом ее явились потеря двух городов для нас, смена власти, а также отмена рабства. Но в Томоле и Кманте рабства никто не отменял. Ты понимаешь, что из этого следует?

– Рабы побегут сюда, – ответил Танер.

– Да, побегут. И если на границе тишь и порядок, то Томол и Кмант быстро сообразят, что это бегство не связано с послевоенными беспорядками, а станет продолжаться всегда. И попросят… даже потребуют от нас, чтобы мы вновь вернули рабство. И если я на это не соглашусь, а я точно не соглашусь, то они опять нападут. Сейчас мы к этому не готовы. Мне нужно хотя бы еще два месяца. Это ясно?

– Да, твое величество, – подтвердил Танер.

– Поэтому ты и Торк будете, помимо основной задачи, изо всех сил выполнять инструкции Иашта, которые он даст перед своим отбытием в Фегрид. А также станете самостоятельно делать все, что затруднит нашим будущим противникам оценку ситуации.

– Но… – замялся Торк.

– Спрашивай. Что там у тебя?

– Твое величество, я никогда раньше не занимался э-э-э… этим… нельзя ли объяснить, что нужно делать?

Танер согласно кивнул. Точно такой же вопрос был и у него.

Михаил вздохнул. Ему уже нужно было привыкнуть к тому, что большая часть приближенных представляет собою прямолинейных вояк, которым чуждо всякое воображение. Он понимал, что, будь на его

месте профессиональный диверсант, тот справился бы гораздо лучше. Но сейчас приходилось обходиться лишь тем, что король знал и помнил.

– Прежде всего, – начал он, – нужно нарушить сообщение между городами и другими населенными пунктами. Включая, конечно, и те, которые мы отдали противнику. Знаете, как это сделать?

– Перехватывать гонцов? – предположил Торк.

Михаил вздохнул глубже.

– Гонцы – это важно, конечно. Но гораздо эффективнее – разрушать дороги, сжигать мосты, конфисковывать лошадей, кареты – все, на чем можно куда-то быстро ехать. Хорошо бы игнорировать разбойников, а еще лучше – вытеснять их на север.

– Мы сделаем это, – сказал Танер.

– Не только это, не только, – произнес король. – Разобщение связи – еще не все. Нужен настоящий хаос. Конечно, разбойники тут тоже помогут. Но лучше всего – небольшие, но частые пожары или даже какое-нибудь наводнение, если вам удастся его создать. Также ищите ишибов, которые могут управлять погодой. Мелкий мерзкий дождь и постоянная грязь – то, что нужно. Конечно, пожары не будут столь хороши в этом случае, но грязь все компенсирует. Понятно?

– Да, – кивнули оба полковника.

– Еще есть вопросы?

– Нужно ли брать Миэльса живым, если он нам встретится? – поинтересовался Торк.

– Мне он живым не нужен, – честно ответил Михаил. – Живой Миэльс – лишние хлопоты. Показательную казнь я устраивать не собираюсь, а держать его в заточении невозможно. А если он падет в сражении, то что же… обычное дело.

– А что нам делать с представителями Томола и Кманта, если натолкнемся на них? – снова спросил Торк.

– Помогайте им во всем, – сказал король. – На словах. А на деле – делайте все, что противоречит их намерениям. Это очень просто. Если они хотят куда-то быстро попасть, то портите им кареты и лошадей, хотят немедленно встретиться с вами – прячьтесь, не хотят куда-то попасть – сразу же отправьте их туда… Пусть нужные им люди исчезают, а ненужные находятся. В высокую политику не влезайте, просто противодействуйте их прямым устремлениям.

Торк и Танер переглянулись. Вопросов у них больше не было. Танер вообще пребывал в состоянии глубокого удивления. За все время своей службы в качестве офицера или наемника таких инструкций ему получать еще не приходилось.

– Вот еще что, – добавил Михаил. – Если вам попадется кто-то из рода Кареттов, то постарайтесь взять его живым. И доставьте сюда – пусть Комен сам разбирается со своими родственничками. У меня с ним договор по этому вопросу.

– Везти как почетных пленников? – уточнил Танер.

– Как почетных не нужно. Везите хоть в мешках – лишь бы остались живыми. По поводу уважения к ним Комен ничего не говорил, – только по поводу их жизней.

Теперь задание было ясно обоим в полной мере.

Михаил недаром решил сформировать два отряда по присоединению северных провинций. Два конкурирующих отряда. Карьерист Танер будет из кожи вон лезть, чтобы выполнить первое серьезное поручение как можно лучше. А Торк, верный своему презрению к выходцу из империи, постарается нисколько не отставать от того.