Побег
Шрифт:
– Не забудь сказать Джессике, чтобы она вернула миссис Брэмбл ее деньги. Пусть отдаст все до пенни. Я настаиваю на этом.
– Но, мам…
– Никаких „но"! Ни одной из вас я не позволю получать плату за несделанную работу. Если у нее нет денег с собой, мы поедем за ними домой. Так или иначе, я хочу, чтобы деньги были возвращены сегодня же.
Дело становилось все хуже и хуже. Расплата оказалась гораздо суровее, чем можно было ожидать.
„Откуда же, – гадала Элизабет, – моя сестра достанет двадцать пять долларов? Ведь она уже истратила свои деньги на
Все глупые ухищрения Элизабет задержать маму пропали впустую. Даже если Джессика благополучно вернулась с шоу, как она объяснит, где деньги? В такую минуту Лиз ни за что бы не поменялась с сестрицей местами!
Девочка позвонила в дверь, горя желанием выручить сестру из беды. Но когда дверь открылась, тут же ей захотелось как следует отругать Джессику, а не помогать ей. Сестра стояла посередине изысканного мраморного холла в том самом новом платье, которое Элизабет купила себе для бала! Элизабет так обиделась и рассердилась, что даже не заметила в ухе Джессики большое золотое кольцо.
– Как ты посмела? – она указала на светло-бежевое платье и туфли из мягкой кожи. – Я купила все это на свои собственные деньги! Я копила на это так же, как на мамины серьги.
Джессика порывисто вскинула руки, пытаясь прикрыть ими уши. В ту же секунду на лице у нее появилось выражение ужаса и как в зеркале отразилось на лице ее сестры. Обе одновременно поняли: у Джессики лишь одна из серег. Другая пропала!
– Она должна быть где-то наверху. Я, видимо, потеряла ее, когда мы уже вернулись. Скорей, Лиззи! Пожалуйста, помоги мне искать!
Даже не спросив Элизабет, почему она здесь, Джессика развернулась и бросилась вверх по широкой круговой лестнице. Сестра помчалась за ней. Через минуту обе ползали на четвереньках, исследуя сантиметр за сантиметром ковер в спальне Лилы. Лила тоже искала с ними. Наконец Элизабет спохватилась, что нельзя заставлять маму так долго ждать, и заключила:
– Бесполезно. Никакой серьги здесь нет. Ты наверняка потеряла ее на концерте. – Она встала с колен: – И если ты воображаешь, что вся беда в этом, то посмотри, что тебя ждет там!
Пока Джессика запихивала вещи в дорожную сумку, Элизабет быстро изложила ей суть происшедшего.
– Ты везучая, Джес. Все было бы куда хуже, если бы мы не нашли Салли. Но мама все еще сердится и хочет, чтобы ты извинилась перед миссис Брэмбл сегодня же.
– Лиз… – Джессика робко взглянула на сестру. – Ты ведь ничего не сказала ей, правда? То есть, ты не говорила о концерте? – а про себя подумала: Хоть бы я никогда в жизни не знала про этого Джонни Бакса!"
– Ну конечно, нет. Джессика Уэйкфилд, ты самая противная и несносная сестра на свете. И все же я знаю: ты бы не выдала меня, если бы я отколола такой номер. – Лиз прижала коленом раздувшуюся сумку и помогла Джессике застегнуть молнию. – К тому же, зачем расстраивать маму еще больше?
– А ты самая лучшая сестра на свете, Лиз. И не беспокойся, я тебя не подведу. Обещаю. – Сейчас Джессика говорила как будто всерьез.
Близнецы по ходу помахали Лиле и побежали вниз. У двери Элизабет вдруг остановилась: она
– Возможно, ты меня и не подведешь, – сказала она сестре, – но мама хочет, чтобы ты не подводила и миссис Брэмбл!
– О чем ты?
– О том. Мама хочет, чтобы ты вернула миссис Брэмбл деньги. Прямо сейчас. Сегодня.
– Но я не могу! – взвыла Джессика.
– Знаю, Джес. И ты знаешь. Но тебе придется несладко. Попробуй-ка объяснить все маме. – Элизабет открыла дверь, и они вышли навстречу ярким фарам.
– Лиз, – прошептала Джессика, подходя к машине, – а ты не можешь дать мне взаймы? Хоть немножко?
– Ты же знаешь, что нет, – ответила Элизабет тоже шепотом. – Мои последние деньги – это серьга у тебя в левом ухе!
Джессика с несчастным видом скользнула в машину и села рядом с мамой, приготовившись к самому худшему.
– Мамочка, – начала она. – Элизабет все рассказала мне про Салли. Мне так неловко, правда. Я не хотела причинить боль миссис Брэмбл.
– Но ты заставила ее страдать, уйдя к Лиле. Ты меня очень огорчаешь. Я от тебя этого не ожидала.
Выговор от мамы, пусть самый строгий, это еще не наказание, думала между тем Джессика. Наказание – чувствовать, как она подвела маму. В глазах у девочки блеснули слезы.
Миссис Уэйкфилд выехала из проезда и направила машину к дому миссис Брэмбл. Помолчав, она снова обратилась к дочери:
– Детка, я так гордилась тобой, когда ты взялась за это дело. Это значило, что ты решилась идти навстречу тому, чего до сей поры боялась и избегала – навстречу ответственности. Но, увы, вместо того, чтобы пойти навстречу, ты спасовала. Я знаю, что за Салли в основном ухаживали Стивен и Элизабет.
Джессике было так стыдно, что она не смела возражать. Они остановились у дома миссис Брэмбл. Но Джессика не спешила вылезать из машины. Она ума не могла приложить, что сказать пожилой хозяйке. Лучше бы остаться здесь и выслушать еще одну мамину нотацию – лишь бы не представать перед человеком, которого она так жестоко подвела.
– Не представляю, что ты ей скажешь, юная леди, – прочитала ее мысли мама. – Но, главное, ты должна честно извиниться за то, что поставила на первое место свои развлечения, а не работу. У миссис Брэмбл не так много друзей, как у тебя. У нее нет семьи. У нее есть только собака, которой ты ее чуть не лишила навсегда.
– Понимаю, мам.
У Джессики опять задрожал голос. Да, есть сотни сувенирных кепок, а Салли – единственная.
– Джессика. – Мама ласково тронула дочку за плечо. – Ты это сделала не нарочно. Я понимаю. И уверена, что миссис Брэмбл тоже поймет.
Медленно вылезла Джессика из машины и побрела к дому. На фоне освещенного окна кухни она увидела тень женщины. Вот если бы Элизабет пошла с ней! Сестра всегда находит подходящие слова. Но на этот раз надо за все отвечать самой. Она вынула из уха единственную серьгу и спрятала в карман платья. Потом набралась духу, нажала кнопку и стала слушать звонок. Дверь открылась. Джессика сделала глубокий вдох и отправилась объясняться с миссис Брэмбл.