Побочный эффект
Шрифт:
От ее волос исходил сухой горьковатый запах. Это был запах осенних трав, а сейчас ведь и вправду была осень. Странная, непонятная осень, выпавшая из череды годов, преподнесшая мимолетный дар, навсегда смутившая мое сердце.
– Знаете, что мне кажется? – зашептала она. – Сейчас происходит что-то необычайное. Я не хочу возвращаться в Москву, я знаю, что это не повторится. Давайте убежим куда-нибудь вместе. Я чепуху говорю, не обращайте внимания. Но я так счастлива. У вас теплые руки. Почему вы странно одеты?
– Когда? – прошептал я.
– На рождество. Я ни о чем не просила, я только поставила свечку.
– Вы ходите в церковь?
– Нет, не хожу. Но тогда захотелось. Если бы друзья узнали, они бы меня засмеяли. Никто с наших курсов не ходит в церковь.
Немного погодя.
– Неужто вы правда до меня снимали эту комнату?.. Нет, не отвечайте. Пусть это будет сон… Мне кажется, все это сон. Завтра проснусь и никогда больше вас не увижу. Или увижу такого, как раньше, проходящего мимо с вежливым вниманием во взоре. Нет, правда, я ничем не хочу вас связывать. Когда вернемся в Москву, вы можете вести себя как прежде. Не подходить ко мне и не здороваться даже. Все равно мы останемся вместе. Все равно наша связь нерасторжима, ведь правда? Как я хочу посмотреть свой портрет! Он очень хорош, даже на репродукции. Это такой подарок. Вам надо писать! У вас талант художника.
Мучительно болела голова. Я потер пальцами виски.
– Знаете, – сказала она, – у меня сумасшедшая мысль. Давайте поедем куда-нибудь вместе. У меня есть немного денег и еще несколько дней в запасе. Я предупредила на курсах.
– Куда же нам ехать? – спросил я.
– Да хоть бы недалеко. К морю. Впрочем, что я болтаю. У вас своя жизнь. Простите меня.
– Вы не представляете, с каким удовольствием уехал бы я сейчас с вами за тридевять земель. Да боюсь, не получится.
– Не получится, – согласилась она печально.
– И не от нас с вами это зависит.
– Да, да, конечно…
– Скажите, какое сегодня число?
Она сказала.
– А год?
Глянула с удивлением, но назвала и год. Я был готов ко всему, но по моей спине пробежал озноб. А не разыгрывают ли все же меня, мелькнула сумасшедшая мысль.
– Как вы очутились в этом доме? – спросил я.
– Очень просто. На вокзале спросила, где можно остановиться и чтоб недорого стоило. Мне указали на этот дом. Его держит какой-то Грот.
– Раймонд Грот?
– Да, Раймонд Грот, антиквар. Действительно, он сдает приезжим недорого.
– Вы видели этого Грота?
– Конечно. Он дал мне ключи, а сам бывает здесь редко.
– Как он выглядит?
– Обыкновенно. В пенсне, с золотыми зубами.
– Молодой человек?
– Что вы! Лысый, с брюшком.
– А не переехать ли вам в другой дом? – неожиданно предложил я. – Там, где я
– Мне тоже. Тоскливо и пусто. Не понимаю, почему он называет себя антикваром. Здесь нет ни одной антикварной вещи.
– Итак, решено. Долго ли вам собираться?
– Совсем недолго.
– Я выйду за дверь и подожду, пока вы оденетесь.
– Хорошо.
Я постоял в полутемной прихожей, а потом услышал слабый голос:
– Можно. Входите.
Я открыл дверь и застыл на пороге. В комнате никого не было. Она совершенно пуста, в ней негде прятаться, и все же я подошел к кровати, заглянул под нее.
– Где вы? – спросил я в недоумении.
«Внимание! – раздался металлический леденящий душу голос, он шел откуда-то с потолка. – Зона соединения времен ограничена стенами комнаты. Если бы вы вышли с партнершей на улицу, разные тайм-потенциалы уничтожили бы вас обоих. Поэтому объект общения удален из зоны вашего внимания. Говорил автомат контроля 13-16. Всего доброго».
Я вышел на улицу. В голове стоял туман, телом владела слабость. У костела Екаба меня поджидал Раймонд Грот.
– Послушайте, что за глупость, – сказал он. – Я недоволен. Куда вы потащили девушку? Хотите, чтоб у нее свихнулись мозги? Между прочим, за включение автомата контроля с меня снимут очки. Подводите, старина. Я думал, вы человек разумный.
– Вот что, экспериментатор, – сказал я, – прежде чем я поверю, что все это правда, представьте доказательства.
– Какие вам еще доказательства! – воскликнул он. – Я перед вами, и все тут.
– В таком случае сделайте мне одолжение.
– Слушаю, старина.
– Не разлучайте меня с этой девушкой.
Он присвистнул.
– Каким же образом? Переселить вас туда? Но это невозможно. Поверьте, старина, это совсем не в моих силах. Я ведь всего лишь студент. А кроме того, ваше место там занято. Не забывайте, у вас есть предшественник. Она влюблена в него, а не в вас. У меня тоже имеются предшественники в разных веках. Например, в семнадцатом. По этой причине командировка туда мне заказана. Я и не рвусь. Мало ли времен на свете?
– Этот человек мне дорог, – сказал я.
– Ну и прекрасно! Носите портрет.
– Вам знакомы человеческие чувства?
– Вполне знакомы.
– Ну так сделайте что-нибудь!
– Я и так сделал для вас немало. По крайней мере, ничего не скрываю. Я говорю с вами на равных, старик, а мог бы обойтись как с подопытным кроликом.
– Вы и так обходитесь со мной, как с кроликом. И не только со мной.
– Ничего подобного! Я всегда придерживался того мнения, что все люди во все времена равны.
– Хорошо, – сказал я, – что же дальше?