Поцелуй клинка
Шрифт:
Там все жили неделю в палатках. Конечно же, охрана по периметру стояла довольно мощная, различных охранных заклинаний навешано немеряно. Ежедневно у нас были совместные тренировки с солдатами. Но каждая из нас дралась одновременно с пятью бойцами. Нередко при этом им позволялось использовать магию.
Для них это было прекрасной практикой по сражению с демонами. Для нас же — невероятно сложный бой. Обойтись без ранений в такие моменты почти нереально, но наш командующий и те, кто отдавал приказы выпускникам, следили, чтобы нас не травмировали слишком сильно. Да и демонская регенерация
Но, несмотря на это, мы все любили такие «полевки» и искренне радовались им. Ведь это возможность побыть на природе, увидеть что-то новое. Да и между тренировками нам разрешалось ходить по выделенной территории. К тому же солдаты нередко заговаривали с нами, их влекло любопытство. Какое-никакое, а общение.
Девушкам моего отряда как раз больше всего последний момент и нравился. Да и между собой здесь было проще незаметно переброситься парой слов. Раньше мы с Шейлой часто пользовались этим. Сейчас же меня больше манила возможность подышать свежим воздухом, насладиться звуками живой природы.
Как всегда, к нам присоединился один из отрядов личной гвардии императора. Обычно они просто следили, чтобы никто из демонесс не попытался сбежать или ранить выпускников. Но в этот раз гвардейцы пожелали поучаствовать в бою с нами. Наш командор ничего против не имел.
Тренированные бойцы — это далеко не только-только выпустившиеся молодые парни, которые хоть и опасались демонесс, но в первую очередь видели в нас симпатичных девушек. И хоть ставили против нас всего лишь троих за раз, этого все равно было чересчур много для того, чтобы остаться невредимой до конца боя.
Один из моих противников закидывал меня огненными шарами. Второй все норовил сделать подсечку, бросить горсть песка в лицо или сделать еще какую-то подлянку. Третий и вовсе орудовал сразу двумя короткими мечами.
Я изворачивалась, как могла, но быстро поняла, что даже если буду сражаться на пределе собственных возможностей, победить не смогу. Довольно серьезно ранить хотя бы одного из них мне бы удалось. При желании, думаю, покалечить или убить точно — для этого нужно меньше сил, чем для сражения ради, собственно, сражения. Только как раз этого делать нельзя ни в коем случае. А раз так, то какой смысл? Зачем продолжать бессмысленный бой, если все равно закончится моим поражением? Да и, стоит признать, для этого все и затевалось. Шансы у нас изначально неравны. Конечно, будь это реальная битва — я бы ни в коем случае не отступила.
Продержавшись примерно столько же, сколько и другие демонессы, пропустив несколько легких ударов и заработав несильный ожог бедра, решила плавно выйти из поединка. Для этого всего лишь и нужно, что получить какое-то неопасное, но неприятное ранение, с которым моя регенерация справится за пару часов.
С этим сложностей быть не должно — гвардейцы практически загнали меня в угол, я едва успевала парировать и уклоняться от их ударов. В таких условиях получить ранение проще простого, но я замешкалась, для себя решая, какой лучше пропустить, чтоб не травмироваться серьезно. Этим воспользовался мужчина,
В последний момент, понимая, что увернуться уже никак не успеваю при всем своем желании, насколько смогла, прикрыла лицо рукой, вскрикнув от пронзившей меня обжигающей боли. Сволочь! Все же задел щеку. Часто заморгала, пытаясь смахнуть выступившие слезы, выставила меч вперед, уверенная, что сейчас последует завершающий удар. Конечно, сильно травмировать меня не посмеют, но учитывая мою регенерацию, граница тут весьма расплывчата…
— Стоять! Опусти оружие! — тут же последовал громкий приказ.
Я тут же опустила руку с мечом и отняла обожженную от лица, но с удивлением поняла, что обращались не ко мне. Гвардеец, искусно владевший двумя клинками, уже сердито что-то вполголоса высказывал магу.
— Ты в порядке? — неожиданно спросил он, поворачиваясь уже ко мне.
Я настороженно замерла, не зная, как правильно реагировать. Но к нам уже спешил командор.
— Что у вас? Сильно ранили Девятую? Покажи. Это всего лишь ожог. Ладно, посиди пока под тем деревом. Следующие несколько часов тренировки пройдут без тебя. Вечером вернешься в строй, — недовольно проворчал мужчина, бегло оглядев меня.
Кивнув, похромала в указанном направлении. Бедро зацепили тоже довольно сильно. Во время боя как-то не особо обратила на это внимание, а сейчас боль дала о себе знать.
Уселась на траву и с облегчением оперлась спиной о ствол дерева. Щеку неприятно дергало, жжение, казалось, лишь усиливалось. Судя по виду моей руки, лицо у меня тоже выглядело сейчас не очень. А, и к демонам все! Заживет.
Волосы огнем не задело — и на том спасибо. Впрочем, какая разница? Моя воля — и вовсе состригла бы их напрочь, только мешаются. Но периодически мы устраиваем показательные бои для императора и его приближенных. Насколько знаю, на нас делают ставки и внешний вид играет не последнюю роль. Поэтому следят, чтоб мы выглядели хорошо. Впрочем, длинные волосы также помогают незаметно переброситься парой слов, когда очень уж надо.
Прикрыла глаза, позволив себе расслабиться. Сосредоточилась на шуме ветра в листве высоких деревьев, едва слышном жужжании насекомых, летавших вокруг. Немного отвлекал звон стали, доносившийся от еще сражавшихся демонесс. Но если вслушиваться в негромкое пение птиц, лязг мечей отходил на второй план. Все эти звуки успокаивали, избавляли от неприятных мыслей и опасных рассуждений, избавляли от отголосков душевной боли и заставляли хоть что-то чувствовать…
— Сильно болит? — долго побыть наедине с собой мне не дали.
Открыв глаза, увидела гвардейца, остановившего бой. В его взгляде виднелись нотки каких-то странных эмоций, которые я никак не могла определить. Это не страх, не опасение и не брезгливость. Так на меня иногда смотрел Джером, и все же здесь что-то другое.
— Терпимо, — ответила осторожно, хриплым от долгого молчания голосом.
Я ожидала, что после моего ответа гвардеец, успокоив свою совесть, уйдет. Но вместо этого он шагнул ко мне еще ближе и присел рядом на корточки, разглядывая мой ожог на руке. Досадливо поцокал языком.