Под личиной
Шрифт:
– Прошу, – сказал я, приглашая нехорошую троицу в свой кабинет; мне даже удалось изобразить вежливую улыбку.
Молодой человек холодно кивнул, и странные посетители продефилировали по ковровой дорожке прямо к кожаному дивану, возле которого находился журнальный столик. Наверное, они решили, что я расколюсь на угощение. А горчицы с хреном не хотите, господа хорошие? По ложке на брата?
– Слушаю вас.
Я требовательно посмотрел на молодого человека; по всей видимости, он был главным.
– Садитесь сюда, поближе… – Я
– Мы пришли к вам с предложением, – начал молодой человек ровным бесстрастным тоном. – Нам известно, что ваша фирма испытывает денежные затруднения. Чтобы поправить дела, вам нужны оборотные деньги.
Они могут быть у вас уже сегодня.
– Это как понимать? Вы предлагаете ссуду?
– Нет. Мы хотим купить ваш оптовый магазин, что находится на Левобережной улице.
– Кто такие "мы"?
– Будем оформлять купчую, узнаете.
– Допустим. И какая цена вас устроит?
Я уже сообразил, что за "покупатели" передо мною и кто будет оценивать мою недвижимость.
– Двадцать штук "зеленью". Не более, – жестко подчеркнул молодой человек.
Я снова изобразил вежливую улыбку. Это чтобы не послать их прямо со старта куда подальше. Мой магазин тянул по самым скромным расчетам на три сотни. Он был достаточно большой и очень удачно расположен – возле центрального вещевого рынка.
– Во-первых, насчет денежных затруднений вы ошибаетесь, – ответил я.
– Во-вторых, магазин не продается.
А в третьих, смею заметить, у вас плохие экономисты. Они не умеет работать с недвижимостью. Даже по официальной оценке стоимость магазина как минимум в десять раз дороже. Так что извините… – Я развел руками. – Ваше предложение неприемлемо.
– Тридцать тысяч – и по рукам. Это максимум.
В голосе молодого человека прозвучал металл.
– До свидания.
Я поднялся.
– Не отнимайте у меня время. Я чересчур занят, чтобы выслушивать подобные нелепицы.
– Вы пожалеете…
Молодой человек смотрел на меня, не мигая, – словно собрался загипнотизировать.
– Уже жалею…
Иронично ухмыльнувшись, я спокойно выдержал его взгляд.
– Я привык общаться с людьми, которые ценят время делового партнера. Надеюсь, господа, вы меня не разочаруете.
И я довольно выразительно посмотрел в сторону двери.
Краем глаза я заметил, как один из "быков", со шрамом над левой бровью и с прической ежиком, налившись кровью, хотел встать, но его придержал второй, постарше, со смуглым лицом в оспинах и широкими черными бровями.
Я не преминул подарить им "теплую" многообещающую улыбку, после которой они почему-то сразу остыли.
Похоже, парни прошли школу спецназа и побывали в горячих точках. И они сразу сообразили, что со мной не все так просто, как им объяснили; зверь сразу чует зверя. Поэтому они немного растерялись.
– Напрасно, – сказал молодой человек, направляясь
– Лучше не надо, – сказал я, усаживаясь в свое кресло. – В этом мире так много дорог и тропинок, что каждый может выбрать себе единственную и неповторимую, на которую никто не претендует.
В ответ я услышал только пыхтенье "быков", последовавших за своим маленьким ушастым начальником. (Я почему-то вовсе не думал, что этот молодой человек – очень важная шишка).
Спустя минуту после их ухода в кабинет зашла Марья. Я взглянул нас нее и сокрушенно покачал головой.
– Похоже, у нас начинаются трудные времена, – сказал я, бесцельно перекладывая бумаги на столе. – Трудные и опасные. Дрейфишь?
– Не так чтобы очень…
– Слушала?
– Да… – немного поколебавшись, ответила Марья.
В свое время я на всякий случай установил в кабинете микрофон, соединив его с записывающим устройством на столе секретаря. От Марьи у меня секретов не было, но случались ситуации, когда требовалось зафиксировать разговор, чтобы потом клиент не ссылался на забывчивость. Все происходящее в кабинете можно было прослушивать через миниатюрные наушники.
Обычно Марья включала диктофон только по моему указанию, но сегодня она проявила похвальную инициативу. Кнопок включения было две; одна из них находилась в приемной, вторая – под крышкой моего письменного стола, и была невидима для посетителей.
– Ну и как тебе? – спросил я.
– Нам нужно найти надежную "крышу".
– Думаешь, нас дожмут?
– Не исключено.
– Сначала не мешало бы узнать, откуда ветер дует. Кто стоит за этими молодчиками?
– Увы, они не представились.
– Это секрет Полишинеля. День, два – и я буду все знать. Шило в мешке не утаишь.
– Между прочим, они ведь угрожали вам… – Марья смотрела на меня с участием.
– Да. Но очень деликатно. Как видишь, появились рэкетиры новой формации. Уже приятно. Раньше просто набили бы морду, а сейчас соблюдают видимость дипломатических переговоров. Что дает возможность маневра. Так говоришь, нужна "крыша"?
– В этом я почти не сомневаюсь.
– И под кого мне ложиться?
– Здесь я вам не советчик.
– Марья, не хитри! Обстановку в городе ты знаешь, как свои пять пальцев. Так что колись, дорогая. Я просто не могу поверить, что у тебя ничего нет на уме.
– Вам не понравится…
– Ясное дело. Так ведь иного выхода нет. Если уж и ты запаниковала, то пора сливать воду.
– Самая надежная крыша – милицейская. И вы это знаете не хуже меня.
– Знаю, – ответил я с тяжким вздохом. – Наша служба и опасна и трудна… – пропел я песенную строку. – И на первый взгляд как будто не видна… На второй и третий взгляд тоже. В свое время мне предлагали… Я прикинулся тупым лохом и сыграл в непонятку. Может, эти трое как раз и являются посланцами доблестных ментов?