Под сенью тайги

Лунная Надежда

На месте, где лежала нога, был черный сучок, слегка напоминавший очертаниями ногу человека. Он судорожно вздохнул и поспешил удрать подальше от этой поляны. Он направился кружным путем к тому месту, где он в последний раз видел жену. Изредка наклоняясь и подбирая подходящие ветки, он размышлял о случившемся.

"Нужно рассказать все Ане, я обещал ей, что скажу сразу, как только что-то почувствую. Я скажу ей, она сразу перепугается, и мы повернем обратно. Дома она снова заставит меня пить эти хреновы таблетки, и я медленно стану домашним растением, неспособным даже на супружеский долг. Ну, уж нет! Это просто побочный эффект от того, что все медикаменты уходят из организма.

Я же нормален,

я все понимаю и осознаю. Я больше ни за что не трону её. Теперь только надо следить за своим лицом, а то она все на нем прочитает. Иногда я ненавижу ее за то, что она такая премудрая!"

Он остановился, сложил в кучу собранные ветки и некоторое время прыгал на месте. Он знал, что лицо его слишком бледное, чтобы быть нормальным, а значит надо вызвать румянец. Когда ему стало жарко, он перестал прыгать. Отдышавшись, он подобрал хворост и пошел в направлении выхода из зарослей. Анна уже ждала его там с охапкой относительно сухих ветвей.

Макс вывалился из кустов с приличной охапкой хвороста. Ура! Будет костер, будет тепло. Макс подошел ко мне, на его раскрасневшемся лице сияла гордая улыбка.

– А у меня дров больше! - похвастал он.

– Мужик! - добродушно похвалила я.

Мы выбрали место, отделили половину дров и сложили костер. На розжиг оставалось еще достаточно бумаги, поэтому мы не скупились. Впрочем, от нее было мало толку, и нам пришлось слегка полить дрова бензином из пузырька, что продают для заправки зажигалок. Очень скоро засверкали оранжевые язычки огня, и мы отогрели закоченевшие руки и ноги. Натянув сухие носки, я почувствовала несказанное наслаждение. Максим занялся ужином, и я ему это позволила. Ведь желание супруга закон, не так ли?

Через некоторое время я дегустировала печеную картошку, а он - поджаренные на прутике куски консервированного мяса. Я отвернулась от него, потому что не хотела видеть, как он будет это есть, и принялась наблюдать за хлопьями тумана, медленно ползающими между сосен и кедров на склонах ближайшего холма. За этим холмом виднелись горные вершины, покрытые, осевшим на склонах снегом. Одно из тех зрелищ, которое никогда не наскучивает. Но вскоре пейзаж растворился в наступающих сумерках.

Глава 14

Я проснулась от бьющего в лицо солнечного света. Не самый приятный способ пробуждения, однако, в нашем походе не радоваться солнцу было просто нельзя. Я лениво открыла один глаз. Максима в палатке не было. Был миллион объяснений этому, поэтому я не особенно за него беспокоилась. Зато со мной соседствовал кое-кто другой.

Пушистый бурундучок преспокойно сидел в разорванном пакете с хлебом и старательно набивал щеки. Его шкурка лоснилась, а глаза бусинки красиво блестели. Я затаила дыхание и некоторое время наблюдала за неожиданным гостем. Наконец он набил щеки до отказа и тут, видимо, почувствовал мой взгляд. Он резко повернулся в мою сторону, с секунду смотрел на меня, а когда я моргнула - дал деру. С досадой покосившись на фотоаппарат, лежавший слишком далеко, чтобы я смогла его достать, не потревожив пушистое чудо, я встала, потянулась и призадумалась на тему утреннего кофе.

От речки мы ушли далеко, но интуиция подсказывала, что возможно, где-то есть ручеек. Я взяла чайник и пошла его искать. В траве блестела роса, ветер ласково шевелил волосы, а солнышко пригревало, словом, не утро, а сказка! Я добралась до места, где начинались маленькие лужицы и огляделась. Макса видно не было, значит, он ищет обходной путь вокруг кустов. Я пошла вправо, если где-то на скалистом склоне есть источник воды, то я его найду.

Я оказалась права. Прямо из щели в скале бил холодный чистый ключ.

Пока набиралась вода, я стояла и думала, что возможно именно так и выглядел тот источник, который Моисей вызвал из скалы, согласно библейской легенде. Чайник наполнился, и я вернулась к палатке. Максим, как ни в чем ни бывало, подкладывал дрова в костер. Увидев меня, он засмеялся.

– Только не говори мне, что хочешь напоить меня болотной водой!

– И не скажу.
– отмахнулась я от него, ставя чайник на огонь.

– Я нашел тропинку, по которой можно обойти кусты!
– сообщил он, разогревая остатки своего вчерашнего ужина.

– А ты уверен, что она ведет туда, куда нам нужно?
– скептически прищурилась я.

– Почти.
– ответил он.
– Я не сплю уже два часа. И один из них потратил на прогулку по этой тропинке. По идее, направление верное.

– Не самая лучшая рекомендация.
– сморщила нос я.

– Ну извини.
– он пожал плечами.
– Либо туда, либо обратно через болото. Хотя, мы, конечно, же можем идти напролом через кусты, и тогда от наших рюкзаков и штанов останутся милые такие лоскуточки. Компас подтверждает, что я не ошибаюсь.

Я помолчала, взвешивая все "за" и "против". Разумнее всего было бы просто вернуться домой и вспоминать этот поход просто как прогулку, с другой - журнал, сделавший заказ на барсуков, сделал мне одолжение, приняв меня в дело после такого длинного перерыва. И платили они лучше большинства моих клиентов. Не хотелось терять возможно последнего заказчика. Я, конечно, могла бы сфотографировать барсука на одной станции, где двоих из них держали в клетке для развлечения посетителей. Но такая фотография не будет стоить и половины того, что я могла бы заработать на съемке в диких условиях. В конце концов, провизии должно было хватить, так за чем же дело стало?

– Окей.
– вздохнула я. - Тропинка так тропинка. Но если к вечеру я не увижу обещанного озера, мы вернемся!

– Я тебя обожаю! - просиял Максим.

Вскоре я выяснила, что для того чтобы обойти злосчастные кусты нам в буквальном смысле придется ходить по стенам. Ну, то есть по довольно крутым склонам. Звериная тропа, которую обнаружил Макс, огибала кусты единственно приемлемым способом. Поверху.

Глава 15

Мы шли чуть больше часа, а я уже начала уставать. Наша тропинка проходила под наклоном, из-под ног то и дело сыпались мелкие камешки. Все время казалось, что вот именно сейчас кто-то из нас сорвется и распрощается, например, с глазом, так как внизу ждали острые ветки. Кусты под нами шумели и раскачивались под нарастающими порывами ветра. Конца нашего пути видно не было. Макс изредка оборачивался проверить, успеваю ли я за ним, но все это время мы провели в молчании. Резкий ветер, кусающий меня за лицо, пригнал тяжелые тучи, и первые клочья тумана повисли на склонах холмов и на верхушках деревьев. Идти было жарко, но было ясно, что ночевка будет холодной, особенно если дождь лишит нас последней надежды на сухие дрова. Но все что мы могли делать - это продолжать идти.

С каждым шагом рюкзак как будто становился все тяжелее, видимо сказывались последствия последних дней. Начал моросить противный ледяной дождик. То и дело кто-то из нас спотыкался, поэтому приходилось идти как можно ближе друг к другу, чтобы была возможность подхватить падающего. Через некоторое время, показавшееся нам вечностью, Макс разглядел место, где можно было спуститься со склона. Наконец кусты кончились. Пока мы спускались, нас со всех сторон снова окутал туман. Я решила не устраивать передышки, так как нами обоими полностью владело желание увидеть наконец-то заветное озеро, поэтому мы продолжали двигаться.