Под сенью тайги

Лунная Надежда

– Прекрати изображать заботливую мамашу! - рявкнул он, по-прежнему не глядя на меня.

Мою спину сводило от напряжения. Сердце билось так, словно намеревалось пробить мне грудную клетку и укатиться в лес. Теперь мне было по-настоящему страшно.

Я молча повернулась и забралась в палатку. Мне нужно было хоть немного успокоиться и собраться с мыслями, да и его сейчас лучше всего было оставить в покое. Рука сама собой потянулась к рюкзаку и нащупала там складной нож. Некоторое время я смотрела на него, ненавидя саму мысль о том, что допускаю возможность его использования, но затем все же сунула его

в задний карман джинсов.

Послышались слабые раскаты грома. Вначале я испугалась, что это признаки нового землетрясения, но потом поняла, что это всего лишь гроза. Что ж, почему бы и нет? Для полноты впечатлений дня, то, что надо. Я заплела волосы в косу, и надевала теплый свитер, когда до меня донеслись новые звуки. Скулеж. И сомнений в том, кто его производит, не возникло.

Я выглянула наружу. Максим сидел на том самом месте, куда я его усадила, и медленно раскачивался взад вперед, оглашая тишину щенячьим повизгиванием. Его челка совсем промокла от крови, и тоненькая струйка бежала по его щеке. Костер почти догорел, оставив кучку переливающихся углей. Было холодно, и Макс дрожал.

Я глубоко вздохнула и погрузилась в искусственное спокойствие. Возможно, все еще существовал шанс достучаться до настоящего Максима сквозь слой мрака, окутывающий его сознание. Как говорится, не проверишь, не узнаешь.

Медленно, без резких движений, я приблизилась к мужу. Сейчас нас разделял только слабый свет угольков. В их красном свете Максим выглядел так, будто явился из самого пекла. Я немного помедлила и ласково обратилась к нему:

– Максим, скоро начнется дождь. Сюда идет гроза. Ты намокнешь.

В подтверждение моих слов уже совсем близко сверкнула молния, и задул пронизывающий ветер. Максим не отреагировал. Он продолжал раскачиваться и скулить. Я собралась с духом и приблизилась к нему. Опустившись на корточки, я взяла его за подбородок и заставила повернуться ко мне. Оказалось, он плачет.

– Они кусали меня. - плаксиво пожаловался он. - Они забрались ко мне в уши!

Я почувствовала как сжалось сердце. Не знаю, что послужило главной причиной – страх или жалость. Я попыталась взять его за руку и отвести в укрытие. Дождь обещал быть проливным и долгим. Но вдруг Максим выдернул свою ладонь из моей руки. Его глаза сузились, он вскочил на ноги и крикнул во весь голос:

– Это ты подослала их! Ведьма! Ты все это подстроила! Ты и ублюдок Игорь! Вы решили избавиться от меня!

Он бросился на меня. ОН. СНОВА. БРОСИЛСЯ. НА МЕНЯ. Вот он, момент того самого выбора. Но это все оказалось обманом. Не было у меня никакого выбора. Кто-то там, наверху, давным-давно написал этот сценарий, не спрашивая моего мнения.

Я резко поднырнула под его руки, нацеленные на мое горло, схватила его за грудки и стала падать назад, потянув его за собой. Я почувствовала, что он потерял равновесие, и уперлась правой ногой ему в живот, затем, опустившись на спину с силой перебросила его через голову. Маневр занял не больше двух секунд, однако, результат был ужасным. Максим приземлился лицом прямо в угли. Я была уверена, что ветер разнес его крик на несколько километров. Он инстинктивно откатился в сторону и принялся стряхивать с себя искры. Его волосы тлели, а правая половина его некогда прекрасного лица быстро раздувалась и становилась

багровой.

Ждать продолжения я не стала. Просто повернулась, и побежала, смутно надеясь, что боль приведет его в сознание. Однако, судя по полным ярости воплям, надежда была напрасной. Пробежав в сторону леса пару сотен метров, я оглянулась через плечо.

Максим громил наш лагерь. Бешеными пинками он загнал один из рюкзаков в кострище, затем принялся за палатку. За свистом ветра я различила треск разрываемой ткани. Тяжелая капля воды разбилась о мой разгоряченный лоб. Начинался дождь. Разделавшись с палаткой, Максим заорал:

– АННА!!!

Я побежала дальше. Бросив еще один взгляд назад, я увидела прыгающий по траве луч фонарика и выругалась на чем свет стоит. Как я могла забыть о нем?! Максим, не смотря на помешательство, об освещении вспомнил. Луч света направился в мою сторону и начал приближаться. Максим обнаружил след из травы, примятой мной, и начал погоню. И бежал он чертовски быстро. Ходят легенды о чудовищной физической силе безумцев и психопатов. Так вот, поверьте мне, все это правда.

Я напряглась и прибавила скорости. Глаза постепенно привыкали к темноте, и я начала понемногу различать - куда бегу. Травяной ковер кончался метров через триста. За ним виднелись деревья. Те самые, что лишили нас компаса. Там я могла найти себе временное убежище.

Бросив еще один короткий взгляд назад, я убедилась, что Макс не только не отстал, но еще и значительно сократил расстояние. Я не могу бежать быстрее. Не могу. Могу. Я прибавила ходу самой мне непонятным образом. Длинные стебли травы хлестали меня по ногам и грозили вовсе спутать их. В этот момент сверкнула молния, и Максим увидел меня. Он с победным воплем направил фонарик мне в спину так, что теперь я бежала, наступая на собственную тень.

Когда до деревьев оставалось около тридцати метров, я услышала его тяжелый топот совсем близко позади себя. Он настигал меня. Не рискуя оборачиваться, я продолжала бежать.

– Стой, сука! - крикнул он.

Ага, как же. Но он все равно настигал меня. Когда почти над самым ухом я уловила его частое дыхание, меня вдруг посетила идея. Глупо, но вполне могло сработать. Предвидя, что он постарается схватить меня за косу, я резко остановилась, бросилась на землю и покатилась ему под ноги, молясь про себя, чтобы он был так близко, как я думала. Он был в метре позади меня, так что я даже успела разок перевернуться и использовать возникшую силу инерции. Максим явно такого не ожидал. Он рухнул как подкошенный, упав покалеченным лицом на руку. Послышались новые крики боли и ярости.

Я, не теряя времени, вскочила на ноги и за несколько секунд преодолела расстояние, оставшееся до деревьев. Ледяные капли воды на лугу падали все чаще. Но в лесу они не успевали долетать до земли, разбиваясь о верхние листья. Здесь пока было сухо.

Из-за бушевавшего в крови адреналина, я не могла заставить себя сбавить скорость, поэтому очень скоро споткнулась о корень и кубарем полетела на землю. Левое плечо пронзила тупая боль. Я пропахала им метра два земли, так что это как минимум растяжение. Держась за плечо, я села на корточки и перевела дух. Я огляделась и увидела поодаль от себя луч фонарика, хаотично шаривший по сторонам. Максим не сдавался.