Под тремя башнями
Шрифт:
— Откуда, откуда… — Ярко хмыкнул. — Да тот Крыж тогда в лесу вместе с Петровичем был, как мы с дядькой ехали.
— Что? — ахнул Мирек. — И ты не сказал?
До Ярки только теперь дошло, как они с Миреком замешаны в эту историю, и он растерянно забормотал:
— Дак, оно… Кто ж думал. — Он покрутил головой. — Смотри, как вышло…
— Да, уж точно вышло… — Мирек сокрушённо вздохнул. — Теперь нам остаётся не проболтаться…
Разговор с Яркой только растревожил Мирека, и, хотя они обо всём вроде как договорились, на обратном пути хлопца мучили всё те же мысли. Даже больше,
Заодно Миреку вспомнился и давний разговор с майором, когда он сам указал тому на Крыжа, больше того, проводил к вроде бы явке в парикмахерской. То, что именно там находится бандеровская явка, сейчас Мирек был просто убеждён, и именно это придало ему уверенности.
Какое-то время Мирек решал, не обратиться ли снова к майору и рассказать ему всё как есть, но тогда пришлось бы впутывать Сашку. А уж это могло привести к чему угодно. Подумав малость, Мирек решил о тайнике просто умолчать, мысленно оправдывая себя тем, что он всё равно пуст, и, кроме никому не нужных патронов, там ничего нет.
Правда, дикая выходка Крыжа, когда тот, узнав, что тайник пуст, буквально накинулся на Мирека, подсказывала хлопцу, что тут что-то не так, но страх оказаться замешанным в такую опасную историю был сильнее, и в конце концов Мирек окончательно решил молчать и никому, ничего, ни при каких обстоятельствах не рассказывать…
«Велодог»
Курок туго сдвинулся с места, а когда Сашка отпустил палец, сильно ударил по скобе барабана. Значит, боевая пружина была в порядке, и обрадованный хлопец с удвоенной энергией взялся за основательную чистку остальных деталей.
Больше суток револьверчик со снятыми деревянными щёчками рукояти отмокал в керосине, и это дало неплохой результат. Во всяком случае, ржавчина сошла почти на нет, и все сочленения механизма начали двигаться.
Покончив с чисткой, Сашка взялся за смазку. Оружейное масло в доме было. Отец привёз из Германии фирменное ружьё «Зауэр», но пока сходить на охоту у него не получалось, и он только регулярно, раз в неделю, любовно чистил двустволку.
Поэтому Сашке надо было только взять жестяную баночку с двумя стандартными пробками и, опустив тряпочку в масло, тщательно протереть очищенный керосином механизм. После этого, сняв ветошью излишки смазки, Сашка прикрутил на место щёчки и удовлетворённо хмыкнул.
Правда, отсутствие защитной скобы смущало хлопца, и голенастый, с шарниром посередине спусковой крючок странно торчал вперёд из рукояти, но Сашка всё-таки нажал на него. К его удивлению, барабан сам провернулся и курок звонко щёлкнул. Револьвер был в порядке.
Сашка заглянул в каждое гнездо барабана и довольно замурлыкал. Раковин ни в стволе, ни в барабане не просматривалось, а в том, что
Много позже, когда Сашка уже привычно шагал по Киевской, а маленький револьверчик, на удивление удобно угнездившийся в брючном кармане, вроде как дружески похлопывал его по ноге, к хлопцу в первый раз после разговора с отцом начало возвращаться чувство уверенности.
Неприкрытый испуг отца, связанный с Чёрным лесом, должным образом подействовал на Сашку, а память о ночном налёте и вовсе поставила всё на своё место. Но теперь, с револьвером в кармане, Сашка чувствовал себя защищённым и, если надо, готовым дать отпор.
Сейчас хлопец отчётливо уяснил: где-то в городе есть люди, которым известен секрет камина, и, может быть, даже хорошо, что они дознались про пустоту в тайнике. Возможно, наконец их оставят в покое…
В то же время Сашка понимал, это только надежда и может быть всякое. Если отца вдруг не окажется дома, то защищаться придётся именно ему, и внутренне он уже был готов к такому повороту событий. Задержка была за малым, надо достать патроны…
Приятелей Сашка нашёл во дворе. Сидя за столом в импровизированной беседке, Мирек и Ярко увлечённо играли в «Чапаева», щелчками сбивая шашки с доски. Увидев товарища, они переглянулись и с интересом начали к нему присматриваться.
Сашка, предвкушавший демонстрацию болтавшегося у него в кармане револьвера, и впрямь выглядел возбуждённым, отчего Мирек первым делом поинтересовался:
— Ты чего такой встрёпанный?
— А, было дело… — махнул рукой Сашка.
— Из-за чего? — сразу насторожился Мирек.
— Да, батя узнал откуда-то, что мы в Выселки к твоему дядьке кругом Чёрного леса добирались.
— И ты что, ему про Петровича рассказал? — встревожился Ярко.
— Я что, дурной? — Сашка всем видом продемонстрировал понимание ситуации и пояснил: — Отец думал, мы по узкоколейке поедем, а как узнал, что рекой, испугался. Нас же тогда в лесу перехватить могли, ну и…
Мирек с Ярком хмуро посмотрели друг на друга, и Мирек подтвердил:
— Это точно, могли…
— Зато теперь не смогут… Смотрите! — и с самым торжественным видом Сашка выложил на шашечную доску свой револьвер.
— Ух ты!.. Где достал? — восхищённо спросил Мирек.
— В гараже. Хлам всякий разбирал и нашёл. У него только защитная скоба отломана, а так он целый, — торопливо заверил Сашка.
— Отломана, говоришь? — Мирек взял револьвер двумя пальцами и поднял. — Нет, он такой всегда был.
— Как это? — не понял Сашка.
— А так, — спокойно пояснил Мирек. — Это «велодог», специальный пистолет для велосипедистов, чтоб от собак отстреливаться. Я помню, при Польше старшие гимназисты такими хвастались, у кого велосипед был.
— Для велосипедистов?.. От собак? — разочарованно протянул Сашка. — Он что, выходит, ненастоящий?
— Ещё какой настоящий. А что скобы нет, так это специально сделано, чтоб из кармана на ходу одной рукой достать легче было, видишь, спуск в рукоять прячется? — поспешил успокоить товарища Мирек.