Шрифт:
– Дэн, неужели ты действительно веришь в эту чушь?
Приятель снисходительно смотрел на меня, ничуть не беспокоясь о только что полученном недобром предсказании. Я передёрнул плечами, вспомнив полный обиды и злости взгляд.
– Всё-таки я считаю, что не стоило её злить. Не обеднел бы от сотни рублей.
– Я принципиально против попрошайничества. Пусть идёт работать. Терпеть не могу бездельников.
–
– Не мои проблемы, – отрезал Роман, давая понять, что разговор на данную тему окончен.
Однако избавиться от предчувствия чего-то нехорошего так и не удалось. Мыслями возвращался к брошенным в сердечной боли словам: "Чурбан бесчувственный! Таким навек останешься, так и знай!"
Странное пожелание. Вроде ничего особенно плохого не пожелала, но какое-то смутное подозрение не давало так спокойно отнестись к сказанным словам, как сделал это мой товарищ. Может, потому так серьёзно воспринял неприятное происшествие, что шагавший беспечно Ромыч – друг детства? И всё случавшееся до сих пор с одним из нас неизменно отражалось на другом? Хотя мне вроде бы ничего не грозит. Ручку исправно позолотил, отмахнувшись от предложенной "чести" узнать свою судьбу. Уж очень непрезентабельный вид представляла эта Кассандра. Что хорошего можно услышать от нищей ворожеи? Получается, я в безопасности, а вот мой друг серьёзно влип. Ощущение нависшей над его головой грозовой тучи тревожило не на шутку.
Остаток пути я помалкивал, а ничего не подозревающая о моих тягостных раздумьях "жертва" как ни в чём не бывало радовалась жизни, рассказывала смешные истории из личного опыта, поминутно разражаясь хохотом.
"Не к добру такое веселье", – мелькнула тревожная мысль, хотя солнечные лучи июльского дня, заливающие потоками жара землю, должны были напрочь рассеять плохое настроение. Но друг, как назло, решил добавить в бочку мёда не ложку, а целое ведро неприятно пахнущей субстанции. Я про дёготь, если непонятно. Ладно, кого обманываю. Именно то, о чём вы и подумали в первый момент.
Внезапно Ромыч остановился, прервав на полуслове один из своих занимательных рассказов, и спросил:
– Ты ничего не слышал?
Удивлённо смотрю на него:
– Что именно?
– Меня кто-то звал.
В это время мы находились неподалёку от лесопарка, являющегося излюбленным местом отдыхающих граждан нашего города. Однако сейчас под густыми кронами тополей и берёз царила сумрачная прохлада, не нарушаемая человеческими голосами. На дороге, по которой шли, тоже было пустынно. Спрятались от дневного зноя, наверное.
– Нет, – говорю. – Тебе показалось.
Пройдя пару шагов, Ромка снова остановился и сказал:
– Нет,
– Да нет здесь никого. Кто будет звать тебя?
– Голос доносится оттуда.
Жест в направлении лесопарка.
– Там никого нет, сам видишь, – убеждаю его.
– Я уверен, что есть, – упорствует всегда разумный товарищ. – Подожди немного, сейчас вернусь, только узнаю, кому понадобился. Голос знакомый, а разобрать точно, чей, не получается.
– Ты сдурел? – не выдерживаю подобных нелепых выдумок. – Некому тебя звать, пусто вокруг. Заняться больше нечем, как эхо ловить?
Но все мои доводы, приводимые факты разбивались о тупое, ослиное, я бы даже сказал, упрямство. Никогда не подозревал в уравновешенном, не склонном к опрометчивым поступкам характере старинного друга подобной бычьей упёртости, причём на пустом месте. Отмахнувшись от меня как от назойливой надоедливо жужжащей мухи, он быстрыми шагами направился к роще.
– Подожди! – крикнул вдогонку, однако этот упрямец уже скрылся под зелёными сводами.
Вздохнув, подошёл к ближайшему дереву, облокотился на него и приготовился ждать. Скоро убедится сам, что поиски его напрасны, и возвратится обратно. Недолгая остановка наших планов не нарушит.
Постояв некоторое время, начал беспокоиться. Пора бы уже и вернуться. Неужели решил заняться поисками несуществующего голоса всерьёз? Вспомнилась недавняя неприятная встреча, и к лёгкому недовольству прибавилась тревога, становившаяся с каждой минутой всё сильнее. Не выдержав томительного ожидания, уже хотел отправиться за сгинувшим в дебрях (ха-ха три раза) товарищем. Однако пропажа нашлась сама, спасательная экспедиция не понадобилась.
– Почему так долго? – спросил подошедшего друга. – Нашёл кого-нибудь?
Да, я издевался. Имею моральное право после его не самого умного поступка.
Ромка не отвечал. Стало заметно, что ходьба давалась ему с трудом. Движения замедлились, стали дёргаными. Глаза смотрели в одну точку, лицо застыло, будто все эмоции разом его покинули. Учитывая его предыдущее безоблачное настроение, это казалось довольно странным.
– Испугался кого-то в лесу? – подколол, желая расшевелить и вернуть оживление на застывшие черты.
Молчание. Не нравится мне вся эта ситуация.
– Пойдём, – говорю, – и так уже непонятно для чего здесь застряли. Неужели для тебя не нашлось более интересного дела, чем бежать за слуховыми галлюцинациями?
Стоит, не двигаясь. Всё, надоело.
– Как хочешь. Можешь тут хоть поселиться вместе с теми, кто тебя звал.