Подгоряне
Шрифт:
"скотникам", "телятницам", "свинаркам", "птичницам". Но одной нехитрой
заменой слов проблемы не решить. Нужно было понять главное. А главное
состояло в индустриализации животноводства, в машинах, которые бы избавили
человека от соприкосновения с навозом и от всего того, что делало работу на
фермах "непрестижной", - так, кажется, пишут в газетах некоторые журналисты?
Престижная - непрестижная! Откуда, из каких таких щелей повыныривали
подобные словечки?! Голь
словечки!.. Ну да бог с ними, с журналистами!- Сложные механизмы, вся эта
механизация и автоматизация, пришедшие на фермы, произвели там подлинную
революцию. И не только в смысле экономическом - они потребовали
высококвалифицированных рабочих, то есть людей образованных. Вот это-то и
сделало работу на животноводческих фермах престижной - видишь, и я не
обошелся без того, чтобы не употребить этого "новейшего" слова!.. А
молодежь, как известно, любит иметь дело с техникой вообще, а со сложной - в
особенности. Она пришла к ним, что называется, на дом, в деревню, в село -
зачем же бежать в город, на завод, на фабрику. И не на одни фермы пришла, а
и на поля, на виноградники, в сады и огороды. Не будь сложнейшего
современного оборудования на животноводческих комплексах, многозначительные
вывески вроде "Фабрика мяса" или "Молочная фабрика" ничего, кроме кривой
улыбки, не вызывали бы у людей. Не увидели б на тех липовых фабриках парней
и девчат. Теперь не прочтешь в газете и фельетона, в котором рассказывалось
бы об агрономе, торгующем в городе газированной водой. Агроном находится
там, где ему и полагается находиться: на виноградниках, на полях и
совхозно-колхозных огородах и садах. Так-то вот, дорогой-москвич!..
Чувствовалось по всему, что Шеремет твердо и основательно стоял на
земле, а из-под моих ног она убегала. Нельзя сказать, что я ничего не слышал
об индустриализации сельскохозяйственного производства, обо всех этих
расчетах и хозрасчетах, о рентабельности и нерентабельности, о той же
механизации и автоматизации. Слышал от отца, от брата Никэ. Слышал обо всем
этом и от других. Порою мне казалось, что я нахожусь в каком-то огромном
актовом зале на лекции, которую читают, однако, на каком-то незнакомом мне
языке. Создавалось впечатление, что чуть ли не все мои односельчане побывали
на каких-то краткосрочных курсах бухгалтеров: все что-то считали,
пересчитывали, калькулировали, делали в уме сложные выкладки. Только и
слышалось: столько-то граммов и килограммов, столько-то кормовых единиц в
гранулах, столько-то в силосе и сенаже. Слышал и про то, что в других
районах появились какие-то "интенсивные
неизвестная прежде порода венгерских свиней. Слышал и о многом другом, о чем
не знал и не слышал раньше. Диалектика всюду диктовала свои законы. То, что
еще вчера было новым, сегодня безнадежно, или, как еще говорят сейчас,
морально устарело. Каждый район республики, исходя из своих климатических и
иных особенностей, в перспективном плане намечал что-то новое. Если удаление
сорняков из посевов пшеницы, ржи и кукурузы без применения ручного труда -
дело давно решенное, то теперь придумывалась технология обработки
свекловичных угодий тоже без изнурительного труда руками колхозных й
совхозных женщин. Руководители хозяйств нередко шли на риск,
экспериментируя. Не обходилось и без накладок, нередко очень серьезных. Одни
из них, скажем, увлекались иностранными сортами яблонь, якобы очень ранних,
точнее, раноплодоносящих: сегодня высаживай, а через три года снимай урожай.
Оказывалось, однако, что их попросту надули: деревья начинали плодоносить
лишь через семь лет, как самые заурядные прадедовские сорта. Мой Никэ,
обжегшись на такой сделке, вовсю поносил иностранцев за такое жульничество:
не могли же они, хваставшиеся своей аккуратностью, перепутать саженцы!
Было немало неурядиц и другого происхождения, о которых старая народная
пословица говорит так: хвост вытащишь - нос увяз; нос вытащишь - хвост увяз.
Вот сады. Их закладывали на гигантских площадях, подкармливали минеральными
удобрениями и боролись с вредителями с помощью разбрызгивателей и
распылителей, установленных под крыльями сельскохозяйственной авиации. А
растворы гербицидов вместе с вредными насекомыми убивали и пчел, прилетающих
в великом множестве в цветущие сады за своим взятком. Неутомимая работяга,
пчела в этих случаях не могла не только взять нектар, но и перенести в своих
лапках пыльцу с цветка на цветок, то есть сделать попутно еще одно в высшей
степени творческое и полезное дело - совершить опыление. Попробуй разберись:
где тут хвост, где тут нос! И что в таком разе нужно делать?
Ученые заговорили о биологическом способе борьбы с вредными насекомыми.
Известно, что каждая "букашка" имеет своего собственного, персонального, так
сказать, врага-душителя. Вот эти-то враги, используй их с умом, могли бы
стать верными друзьями человека, избавили б его от необходимости применения
всяческих химических соединений для спасения урожая.
На каждом шагу меня встречали сюрпризы. Алексей Иосифович по дороге