Подкопы

Писемский Алексей Феофилактович

«Гражданин», No 10, 1873

Дйствiе четвертое

Изящно убранная гостинная въ квартир Андашевскихъ.

Явленiе I

Входитъ Мямлинъ и князь Янтарный. Первый, по обыкновенiю, съ своимъ немного подергивающимся, бабьимъ лицомъ, въ невычищенномъ вицъ-мундир, съ непричесанными клочковатыми волосами, съ грязными ногтями, но за то во всхъ крестахъ и медаляхъ, какiе когда либо получалъ. Князь Янтарный, довольно не старый еще и красивый изъ себя мужчина,

съ большими черными и даже съ поволокой, но вмст съ тмъ ничего не выражающими глазами, напротивъ былъ выстриженъ почти подъ гребенку и подбородокъ имлъ тщательнйшимъ образомъ выбритый, который однако все-таки оставался немного черноватымъ отъ необыкновенной густоты волосъ. Одтъ князь былъ въ блый галстухъ и въ новенькiй съ иголочки вицмундирный фракъ; шлака и лаковые сапоги его блестли почти до неприличiя. Вс слова свои онъ произносилъ замтно важничая и закрывая для этого немного глаза и вообще рчь его должна быть нсколько похожа на журчанье ручья.

Мямлинъ (видимо стараясь что то такое втолковать князю Янтарному).

Я вамъ говорю, что Ольга Петровна все это устроила… У ней при мн былъ разговоръ объ этомъ съ Алексемъ Николаичемъ.

Князь Янтарный.

Странно!.. Встрчаясь въ обществ, я всегда съ ней немного пикировался и на ея маленькiя стрлы отвчалъ довольно колко; но, можетъ быть, этимъ самымъ я и выигралъ въ ея глазахъ, – qui peut comprendre la femme!

Мямлинъ.

Непремнно этимъ самымъ-съ! Она женщина большаго ума! Насквозь понимаетъ людей! Хоть бы взять съ меня! Вуландъ совершенно въ грязь меня втопталъ передъ графомъ… Она меня спасла!

Явленiе II

Тже и Ольга Петровна, уже madame Андашевская.

Мямлинъ (быстро хватая князя Янтарнаго за руку и представляя его Ольг Петровн).

Madame!.. permettez moi de vous pr'esentez: князь Янтарный.

Ольга Петровна.

Мы съ княземъ знакомы давно! (любезно протягиваетъ обоимъ гостямъ свою ручку и затмъ, легкимъ, движенiемъ головы пригласивъ ихъ садиться, сама тоже садится).

(Князь Янтарный и Мямлинъ садится въ нсколько церемонной, визитной поз).

Князь Янтарный (немного привставая съ своего кресла и прижимая вмст съ наклоненiемъ головы ручку къ сердцу).

Pardon, madame, что я являюсь къ вамъ въ этой ливре нашей, – но я прiхалъ къ вамъ почти офицiально, чтобы безконечно благодарить васъ за ваше доброе участiе, которое, какъ вотъ Дмитрiй Дмитричъ (показываетъ на Мямлина)передавалъ мн, вы принимали въ опредленiи моемъ на мсто г. Вуланда.

Ольга Петровна (съ живостью).

А вы уже опредлены?.. Ахъ, я очень рада!

Князь Янтарный.

Алексй Николаичъ еще недли дв тому назадъ захалъ ко мн и говорить, что Владимiръ Иванычъ Вуландъ скоропостижно померъ! Это такъ меня фрапировало!.. Я передъ тмъ только еще обдалъ рядомъ съ Вудандомъ въ англiйскомъ клуб и онъ былъ совершенно здоровъ!.. Какъ, почему и отъ чего человкъ умеръ?

Ольга Петровна (немного

сконфуженная этими словами).

У него, кажется, аневризмъ былъ.

Мямлинъ.

Да и жизни былъ невоздержной – это чт'o таить!

Князь Янтарный.

И Алексй Николаичъ тутъ-же предложилъ мн занять мсто Владимiра Иваныча, но я уже имлъ подобную должность и оставилъ ее, что я и высказалъ откровенно Алексю Николаичу; но онъ былъ такъ добръ, что въ довольно ясныхъ намекахъ далъ мн понять, что это мсто для меня пока; но что со временемъ я могу занять и большее.

Ольга Петровна.

О, конечно, если это хоть сколько нибудь будетъ зависть отъ мужа, то вы получите и большее, и я надюсь теперь, что вы помирились съ нимъ въ душ нсколько…

Князь Янтарный.

Я мало что помирился съ Алексемъ Николаичемъ, но я сталъ благоговть передъ нимъ, и въ этомъ случа не беру ничего другаго, какъ мой собственный примръ: я, какъ хотите это назовите, имлъ глупость, неосторожность, но я, не зная человка, позволялъ себ говорить противъ него, и Алексй Николаичъ слышалъ это, конечно; потому что я говорилъ это всюду, говорилъ не только что при васъ, но даже съ вами. Вы вроятно въ это время были уже невстой его, и полагаю, что должны были передавать ему это…

Ольга Петровна.

Да, я ему передавала.

Князь Янтарный (поднимая указательный палецъ свой, какъ-бы затмъ, чтобы придать боле вса словамъ своимъ).

И Алексй Николаичъ, не смотря на все это, въ видахъ уже, конечно, одной только пользы служебной и не находя меня, не знаю почему, заслуживающимъ настоящей моей должности, самъ первый прiхалъ ко мн и предложилъ мн трудиться вмст съ нимъ, – такъ поступить изъ милiоновь людей – можетъ только одинъ!

Мямлинъ (подхватывая).

И который, прибавьте, любитъ Россiю истинной любовью!

Князь Янтарный.

Именно любитъ Россiю истинной любовью! Кром того-съ: послднiе два дня я имлъ счастiе… Иначе не могу этого назвать!.. Имлъ счастiе видть Алекся Николаича въ его служебной дятельности и убдился, что въ этомъ отношенiи онъ генiальный человкъ!

Ольга Петровна.

Да, очень способный! Я хоть и жена его, но тоже, могу сказать, что онъ, какъ вс люди, иметъ, конечно, много недостатковъ; но какъ служебный дятель, онъ ршительно человкъ съ государственнымъ призванiемъ.

Князь Янтарный.

Ршительно съ государственнымъ призванiемъ: эта быстрота соображенiя!.. Ударъ прямо въ цль! Способность обобщить, разбить на группы тысячи фактовъ.

Мямлинъ (снова подхватывая).

А даръ изложенiя!..

Князь Янтарный.

Да-съ!.. Изложенья даръ! Бумаги, имъ написанныя, брильянтами, алмазами краснорчiя усыпаны, и я самъ видлъ, что он ничего ему не стоютъ: он такъ и льются, такъ и льются у него… Я теперь торжественно и всмъ говорю, что выборъ Алекся Николаича и предпочтенiе его другимъ кандидатамъ показываетъ въ граф Зыров величайшую прозорливость и величайшую мудрость.