Подменённый

Калугин Алексей Александрович

– Вам только рекинов стрелять, раздолбаи! – только и успел крикнуть Шагадди, прежде чем стражи, завернув ему руки за спину, заставили его упасть на колени и уткнуться лбом в дорожную грязь.

Двое других схватили Андрея.

Он попытался было оказать сопротивление, но, почувствовав, как горла его коснулась холодная сталь ножа, затих и покорно опустился на колени.

– Не двигайся, солдат! – пистолет капитана был направлен на Юнни.

Что ни говори, а ему верно удалось вычислить среди троих самого слабого. От кого нельзя было

ожидать никаких попыток к сопротивлению, так это от Юнни. Парень стоял, разведя руки в стороны, и испуганно хлопал глазами, словно вот-вот готов был расплакаться.

Усмехнувшись, капитан подошел к Андрею и, ударив его ладонью по лбу, заставил поднять лицо.

– Думал, я забыл тебя? – по-змеиному процедил сквозь зубы капитан Грулл, глядя сержанту в глаза. – С чего это вдруг тебя понизили в звании, лейтенант Стакки?

Коротко замахнувшись, капитан ударил Андрея по лицу рукояткой пистолета.

Из рассеченной щеки хлынула кровь.

Должно быть, и десны оказались разбиты, потому что Андрей почувствовал солоноватый вкус крови на языке.

И в этот момент откуда-то со стороны прозвучал выстрел.

Голова капитана Грулла дернулась назад.

Из аккуратной небольшой дырочки прямо в центре лба вниз по переносице потекла широкая полоса темной, похожей на густой клюквенный сироп крови.

И в этот момент что-то вдруг взорвалось у Андрея внутри.

Одним рывком он поднялся на ноги и стряхнул с себя не понимающих, что происходит, стражей.

Андрею ни разу еще не доводилось испытывать одновременно ту силу, которую способны придать его телу задействованные имплантанты, усиливающие мышечный тонус, и стимуляторы психомоторной деятельности. Его сознание не успевало даже следить за тем, что совершало тело. Оно фиксировало только завершающие фазы отдельных движений, встающие перед глазами, словно стоп-кадры в кино.

Он слышал, как хрустнули лицевые кости стража, когда он ударил его кулаком в переносицу. Удар оказался настолько силен, что левый глаз бедолаги вылетел из глазницы и повис на красном шнурке зрительных нервов.

Удар локтем назад – и второй страж, хватая перекошенным ртом воздух, упал Андрею на плечо. Обхватив его руками за шею, Андрей приподнялся и швырнул тело туда, где отбивался от двух насевших на него стражей Шагадди.

Андрей рванулся вперед.

Еще одного противника он сбил, просто ударив его тыльной стороной ладони по лицу.

Другой успел сориентироваться и направить в его сторону ствол винтовки.

Андрей в прыжке упал на землю.

Три выстрела грохнули один за другим.

Пули просвистели у него над головой.

Оттолкнувшись ногами от земли, Андрей откатился в сторону и, изогнувшись в прыжке, вскочил на ноги, одновременно занося руку для удара.

– Ты что, сдурел, Джагг!

Перед ним стоял Шагадди, прикрывая лицо рукой с растопыренными пальцами.

Андрей медленно выпустил из легких воздух и опустил руки.

– Что? – негромко спросил он.

–

Ты меня спрашиваешь? – удивленно посмотрел на него Шагадди.

Не дождавшись ответа, он склонился над мертвым стражем и выдернул у него из спины узкий нож с наборной рукояткой.

– Этот точно мертв, – сообщил он голосом врача, обещающего больному, что он непременно будет жить.

Андрей подошел к телу капитана и, подцепив его носком ботинка за плечо, перевернул на спину.

– Кто капитана грохнул? – спросил он.

Шагадди не спеша, вразвалочку, припадая на больную ногу, подошел к Юнни и по-приятельски обнял его за плечи.

– Ну, что, братишка, теперь тебе за убийство капитана трибунал светит.

Юнни нервно облизнул пересохшие губы языком.

– Представляешь, – обернувшись на Андрея, с усмешкой произнес Шагадди, – парень где-то старый семизарядный «брандл» раздобыл. Но самое смешное. – Шагадди взял пистолет из рук Юнни, чтобы продемонстрировать его Андрею, – что у него был к нему только один патрон. И одним выстрелом, – Шагадди прицелился из незаряженного пистолета в патрульный автомобиль, – он уложил не кого-нибудь, а капитана патруля. – Шагадди одобрительно похлопал Юнни по плечу. – Кто тебе этот пистолет продал?

– Рядовой Гроптик, – сознался Юнни.

– За сколько?

– За пять месячных купонов.

– Так, – Шагадди задумчиво почесал стволом пистолета подбородок. – Когда вернемся в часть, обменяем у Гроптика это старье на «брандл» последнего образца.

– Но…

– Ты думаешь, Гроп будет спорить со мной? – строго посмотрел Шагадди на Юнни.

– Нет…

– Ну, значит, и все на этом!

Шагадди наклонился над телом одного из стражей и вытащил из-под него винтовку.

– Имейте в виду, друзья мои, – сообщил он Андрею и Юнни, передергивая на винтовке затвор. – Я делаю это ради нас всех.

Пройдя по дороге, он всадил каждому из стражей по пуле в затылок, после чего кинул винтовку в кювет.

– Джагг, – сказал он, подойдя к Андрею. – Теперь ты снова командир.

– Серьезно? – Андрей провел ладонью по волосам и взглядом поискал на земле свою каску.

– Вот, – подал каску сержанту Юнни.

– Мы пойдем иным путем, – сказал Андрей, водружая каску на голову.

– Интересная мысль, – с серьезным видом кивнул Шагадди. От напряжения он даже выпятил нижнюю губу. – Вот только я не понял, что это значит.

– Это значит, что мы никогда не шли этой дорогой, – сказал Андрей. – И не встречали этот патруль внутренней стражи.

– И я не слышал, что капитан стражей назвал тебя лейтенантом Стакки? – чуть прищурившись, задал уточняющий вопрос Шагадди.

– Ты все правильно понял, – ткнув Шагадди в грудь указательным пальцем, заговорщически подмигнул ему Андрей.

– В конце концов, я мог просто ослышаться, – вскинув раскрытые ладони к плечам, заверил его Шагадди.

– А я вообще ничего не слышал, – пожал плечами Юнни.