Подменённый

Калугин Алексей Александрович

– Пистолет, – скрипнув от злости зубами, прошипел капитан.

Он уже был доведен до белого каления наглым поведением лейтенанта. Но именно то, что тот вел себя столь вызывающе, заставляло капитана держать себя в руках. Кто его знает, этого Стакки. Может быть, племянничек какого-нибудь старикана из высшего руководства. Только тронь его – потом у самого проблем будет по макушку. Вот когда в управлении выяснят, что за тип этот лейтенант Стакки, тогда и можно будет доходчиво втолковать ему, как следует держать себя со старшим

по званию.

Холодная рукоятка пистолета Дейла легла в ладонь капитана. Тот в свою очередь передал его вместе с автоматом рядовому Тапи.

– Выполняйте, – резко дернул подбородком капитан.

Бранк вопросительно глянул на Дейла.

– Пошли, ребята, – усмехнулся тот и неторопливо, вразвалочку, засунув руки в карманы плаща, зашагал в сторону кустов, в которых был спрятан мотоцикл.

Капитан остался стоять на месте. Широко расставив ноги в стороны, он смотрел вслед удаляющейся троице. Когда они отошли метров на пятьдесят, капитан взмахом руки подозвал к себе одного из находившихся неподалеку солдат и, не говоря ни слова, сорвал у него с плеча автоматическую винтовку. Передернув затвор и прижав палец к спусковому крючку, он положил винтовку на плечо.

– Напрасно вы так, лейтенант, – покосившись на Дейла, негромко произнес рядовой Бранк. – Капитан Грулл шуток не любит.

– Пустое, – беспечно махнул рукой Дейл.

Дойдя до места, Дейл раздвинул кусты и выкатил из них мотоцикл.

– Давай ключ, – протянул он руку к Бранку.

– Вначале ты попробуй, – Бранк отдал ключ на брелоке рядовому Тапи.

Тот закинул автомат Дейла за спину и, оседлав мотоцикл, вставил ключ в зажигание.

 

Дейл быстро осмотрелся по сторонам.

Посещение Управления внутренней стражи в Сабате не входило в его планы. Документы у него были идеальные, но при проверке в управлении сразу же выяснится, что никакого лейтенанта Стакки в подразделении «Неустрашимых» нет и никогда не было. Если бы не дождь, можно было бы попытаться рвануть на мотоцикле прямо по полю за холмы. Пока патрульные сообразили бы что к чему, да погрузились бы в свой драндулет, да развернули бы его в нужную сторону, Дейла уже бы и след простыл. Но сейчас, после нескольких дней проливных дождей, о гонке по полям, превратившимся в болота, не могло быть и речи. На дороге и то можно было в два счета завязнуть.

Выход был только один. Мотоцикл стоял точно в том месте, где должен был открыться переход. Нужно было только вовремя дать сигнал.

Рядовой Тапи повернул ключ в зажигании.

Мотор завелся с первой же попытки и, кашлянув пару раз, ровно заурчал.

Тапи глянул на Дейла со снисходительной ухмылкой.

И в тот же момент нокаутирующий удар в челюсть выбил его из седла.

Бранк среагировал быстрее, чем рассчитывал Дейл. При внезапном нападении он не замер в растерянности на месте, а быстро попятился назад, одновременно вытягивая из-под плеча винтовку.

Дейлу

пришлось бросить мотоцикл, который он держал за руль. В прыжке он достал Бранка и сбил его на землю. Солдат оказался крепким орешком. Он не стал отчаянно вырывать из рук противника винтовку, а сразу же потянулся за ножом. Дейл ударил его коленом в живот, а затем надавил согнутой в локте рукой солдату на горло. Бранк дернулся и захрипел. Теперь ему уже было не до ножа. Он обеими руками вцепился в руку Дейла, пытаясь освободить горло и сделать вдох.

Дейл не хотел убивать солдата. Приподнявшись, он коротко и резко ударил его сгибом сустава среднего пальца в висок.

В следующую секунду Дейл был уже на ногах.

Он не стал терять время на то, чтобы взглянуть на дорогу. И без того было ясно, что все, кто там находились, сейчас бегут в его сторону.

Подхватив мотоцикл с земли, Дейл поставил его на колеса и перекинул ногу через сиденье.

Чудовищной силы удар в поясницу едва не заставил его упасть.

Удивительно, но боли от попадания первой пули он не почувствовал. Он даже не сразу понял, что произошло.

Вторая пуля, вошедшая в тело чуть выше, словно бы разорвалась внутри фонтаном нечеловеческой боли. Дейл запрокинул голову и закричал.

Дождь хлестал по лицу. Вода широкими полосами стекала за края капюшона.

Третья пуля пробила легкое.

Дейл уронил голову на руль.

Последние две пули из пяти, попавших ему в спину, Дейл уже не почувствовал…

– А что произошло потом? – спросил Андрей.

– Больше я ничего не помню, – ответил Дейл. – Скорее всего в тот момент, когда я потерял сознание, открылся переход. И меня успели втащить в него прежде, чем подоспели солдаты.

– А если бы не успели?

– Ну, в таком случае капитан Грулл, наверное, получил бы награду за поимку тайного сторонника Совета Пяти.

– А как же ты сам? Неужели Статус ничего бы не предпринял для того, чтобы попытаться спасти тебя?

– Как ты понимаешь, после тех событий я своего тела не видел. Но подозреваю, что оно пребывает не в лучшем состоянии. Если бы я остался в Кедлмаре, то не прожил бы и десяти минут.

– И ты говоришь об этом так спокойно, словно твоя жизнь для тебя самого ровным счетом ничего не значит?!

– Я ценю свою жизнь так же, как и любой другой разумный человек. Но дело в том, что я привык не идентифицировать понятие жизни с биологическими функциями физического тела, в котором заключен мой разум. Каждый агент Статуса, отправляясь на задание, оставляет в банке данных матрицу с копией своего сознания и образец генетического материала. В случае гибели агента его сознание переносится из матрицы в новое тело, выращенное искусственным путем. Естественно, при этом теряется тот опыт, который агент приобрел после снятия копии. Но в принципе с подобной потерей можно смириться.