Подопытный материал
Шрифт:
Третий вышел на поляну почти неслышно.
— Хряпа, Семен, — раздался негромкий голос.
— Орел! — отозвался один из двоих. — Вино будешь?
— Нет, — отказался пришедший. — Нечего рассиживаться — уходим!
Я ударил по гвоздю камнем, припасенным заранее, и бросил гранату. После громкого взрыва наступила тишина.
Потянулось ожидание. С поляны не доносилось ни звука. По большому счету, в кустах меня удерживал страх, а не инструкции Максима.
Я боялся, вслушивался в тишину, пытался что-нибудь
Как выяснилось, выжидал не только я. Кто-то медленно и осторожно уползал с поляны. Я бросил вторую гранату, целясь в источник звука.
Через несколько секунд тишины почти над моим ухом раздался знакомый голос:
— Воюешь?
Максим прислушался и смело направился на поляну.
— Молодец, Серега! — через несколько секунд сказал он. — Все трое готовы. Главная тварь отбегалась.
Всю ночь при свете появившейся луны, факелов и костров носили мертвые тела, закапывали их за деревней, рядом с дорогой. Убитых бандитов никто не считал — грузили на телеги и увозили за околицу. А там их хоронила команда из мужчин и женщин. Разумеется, без обрядов и почестей, по несколько человек в одной яме. Закапывали, как что-то ненужное, как мусор, как отходы.
— Наших трое погибло, а местных пятеро, — сказал мне Максим. — В принципе, потери приемлемые.
Наверно, он был прав, а если сравнить с несколькими десятками погибших бандитов, то тем более. Только не стало в живых людей, которых я знал, с которыми разговаривал, что-то делал. С двоими погибшими из наших я общался немного. Третьим был Гагик. Никогда добрый взгляд этого немногословного мужчины не остановится на мне.
Васильевич хромал, Большой ходил с перевязанной рукой. Хватало раненых и среди наших, и среди жителей деревни.
Утром пришли Катя, Полина и Света. Зомби, постоянно державшийся рядом с Полиной, невозмутимо смотрел на множество незнакомых ему людей.
Катя, раскрасневшаяся от быстрой ходьбы, сначала показалась мне бодрой и радостной. Может, такой она и была, но только до того, как увидела меня. Любимая подлетела ко мне, даже не обняла — вцепилась в меня и разревелась.
А потом, всхлипывая и глотая слезы, она, как всегда, быстро говорила:
— Сереженька, не уходи больше никуда! Не бросай меня одну, пожалуйста! Ведь ты больше не уйдешь? Как я без тебя?
Я, не разбирая куда, целовал ее мокрое от слез лицо, что-то говорил в ответ, еще крепче обнимая и без того прижавшуюся ко мне Катю.
Думаю, оторвать нас друг от друга не удалось бы никому.
Глава 10
Домой шли, почти не разговаривая, и улыбок на лицах я не видел: в телеге лежали погибшие товарищи.
Правил лошадью молчаливый Ильзат, постоянно оглядывавшийся назад. В хвосте нашей нестройной колонны рядом с Полиной шагали еще четыре девушки. Одна из них была невестой парня.
— У них тут
Всех женщин Витька отправил на базу стройматериалов: благо, там освободилось немало шалашей. Два мужика, оба среднего роста, лет под пятьдесят, строили маленькие утепленные домики.
В свое время всю территорию базы забетонировали. Вот прямо на этом бетоне два строителя выкладывали четыре кирпичных столбика, а на них сооружали жилище. Каркас из брусков, утеплитель — плиты из каменной ваты, обшивка — древесные плиты — вот и домик почти готов.
Нашлись умельцы и на улице Овражной. Небольшие печки, склепанные из алюминиевых листов и выложенные изнутри кирпичом, как раз подходили для отопления маленьких домиков с одним окошечком.
Внутри таких жилищ — всего одна комната, а места в ней — только для кровати, печки, маленького стола да пары табуреток. Особо не разгуляешься, но для двоих места вполне достаточно.
— Может, и нам такой же построить? — сказала Катя после экскурсии на базу.
Если честно, я и сам предпочел бы жить в таком маленьком домике, а не в огромном Витькином доме.
Большой по-прежнему гнет свою линию и не пускает к нам жить одиноких. Женщины, отбитые у бандитов, и девушки из татарской деревни поселились на базе. Только днем многие из них приходят к нам. Смотришь, а меха на кузнечном горне качает не Зоя, а пришедшая в гости женщина. Сама же спутница нашего инженера с ножницами в руках вертится вокруг еще одной новой подруги — прическу ей делает. И обе при этом улыбаются и о чем-то оживленно разговаривают. Отвлечешься от своих дел и видишь, как девушка в длинной юбке с головой, замотанной платком, увлеченно колотит молотком, делая гвозди из латунной проволоки.
Одна из таких девушек стала подругой Кати, по-моему, самой близкой. Гуля, невеста Ильзата — красавица, недаром на нее бандиты позарились. А с моей Катей они только комплекцией схожи — обе невысокие и ладные.
Гуля часто к нам прибегает и о чем-то болтает с моей ненаглядной, да и сама Катя нередко ходит к подружке на базу.
Ильзат невесту не забыл и приходит к ней. Только, похоже, не очень-то у них клеится.
Однажды я видел, как Катя разговаривала с парнем.
То, что моя Катенька может говорить быстро и много, я прекрасно знал. В этот раз она выглядела еще и убедительно. По крайней мере, Ильзат слушал ее очень внимательно, то глядя Кате в лицо, то опуская взгляд. Казалось, моя любимая полностью подчинила собеседника. Это ощущение усилилось, когда она закончила разговор и властным жестом отправила парня обратно в деревню.
Заметив меня, Катя подошла. От ее властности и убедительности не осталось и следа — рядом стояла моя милая и жизнерадостная возлюбленная.