Подопытный материал
Шрифт:
— Камышовый остров, — сказала Валентина. — Мы туда на пикники ездили.
Кажется, она права. Получается, мы улетели совсем недалеко и по-прежнему находимся в городе. Только тут должна быть бетонная набережная, а чуть дальше от берега шла улица со старинными домами высотой в два-три этажа.
Сейчас здесь только холмистая пустошь, поросшая зеленой травой. Может, Валя ошиблась?
— Действительно, Камышовый остров, — подтвердила Татьяна Сергеевна. — Только на берегу все куда-то подевалось.
Здания и набережную убрали — как их и не было.
Зелень заинтересовала не только меня. Света и Василий Васильевич уже сорвали по травинке и внимательно разглядывали стебельки, разминая их в пальцах и нюхая.
— Не знаю такой травы, — поделился Васильевич.
— Тоже ни разу не видела, — согласилась Света.
Следуя их примеру, я с трудом сорвал прочную травинку и решил ее пожевать.
— Есть траву запрещено! — раздался голос Куратора.
Я выбросил зеленый стебелек и стал озираться, пытаясь понять, откуда звучит голос. Такое ощущение, что говорили у меня над ухом, но ничего похожего на динамик рядом не наблюдалось. Да и остальные, похоже, этого голоса не слышали.
Куратор не успокоился и скомандовал:
— Займите место в транспортном средстве!
Крутить головой мне не пришлось, потому что все смотрели в сторону, противоположную реке. Метрах в пятидесяти на травке стояла очередная переросшая шайба, раз в пять меньше, чем та, которая нас сюда привезла.
Кажется, команда предназначалась только мне: остальные двигаться с места не собирались.
— Сереженька, ты куда? — крикнула Катя.
Я подошел к большой черной таблетке и, обернувшись, заметил, что любимая так и не двинулась с места.
На этот раз для меня нарисовали овальный люк, ведь в стенке высотой менее полутора метров для двери места попросту нет. Согнувшись, я прошел по низкому узкому проходу и попал в круглую кабинку диаметром около полутора метров. Посередине стояло кресло, на которое, судя по всему, мне предстояло забраться.
Действительно, послышалась команда:
— Разувайтесь и займите место пилота!
Можно подумать, здесь другие места есть.
Я снял башмаки, сунул их в черный квадрат, появившийся в самом низу светлой стенки, и уселся в кресло. Скосив глаза, поставил ноги на изображения следов от ступней, нарисованных на подножке кресла. Для рук тоже нашлось место: на широких подлокотниках имелись изображения ладоней с растопыренными пальцами.
Подлокотники вспухли, и кисти моих рук закрыла серая масса. Ноги тоже плотно обжало, видимо, таким же образом. Я испугался и попытался вырваться, но не смог. Держало меня крепко.
— Успокойтесь, — сказал Куратор. — Вас подготовили к управлению аппаратом. Начинайте движение.
— А как?
Мой вопрос остался без ответа.
Ну и что прикажете делать? Усадили на кресло, привязали к нему, а что делать — не говорят.
Вся стена передо мной
Я попробовал согнуть указательный палец на правой руке. Как бы не так! Палец гнуться не желал.
А вот просто опустить прямой палец я смог, и, судя по изображению, «таблетка» довольно шустро отъехала назад. Рывок почти не ощущался, а ведь резкое ускорение обычно хорошо чувствуется.
Я остановил движение, приподняв палец, а когда задрал его повыше, мое транспортное средство двинулось вперед.
Все понятно: палец вверх — вперед, вниз — назад. Если честно, мне показалось, что должно быть наоборот. Двигая палец влево-вправо, я обнаружил, что «шайба» поворачивается в соответствии с моими простейшими манипуляциями.
Получалось, что я смог управлять движением черной «таблетки» всего одним пальцем. А зачем остальные девять пальцев и ноги? Попробовать хотелось, но я решил быть осторожным и освоить хотя бы что-то одно. Несколько минут я кружил по траве, взбираясь на холмы и опускаясь в ложбины.
Повинуясь моему указательному пальцу, «шайба» забирала вправо или влево, ехала вперед и назад, быстрее или медленнее.
— Возвращайтесь к жилому модулю — распорядился Куратор.
Я осторожно подъехал к своим товарищам, так и стоявшим возле черного параллелепипеда. Мои руки и ноги освободились, башмаки сами выползли из стены. Знакомство с необычной машиной состоялось.
Когда я, довольный собой, выбрался из «шайбы», внимание на меня обратили только Катенька:
— Сереженька, слава богу, вернулся!
Все остальные, не отрываясь, смотрели на огромную черную махину, взявшуюся непонятно откуда. А к двери, «нарисованной» на черной поверхности, приближалась Татьяна Сергеевна.
Больше всего эта здоровенная штуковина напоминала танк. Правда, гусениц у него не было, да и не слышал я о танке тридцатиметровой длины. Зато на корпусе пятиметровой высоты имелась небольшая башня с чем-то, похожим на пушку.
«Мегатанк» постоял пару минут, затем плавно развернулся и медленно пополз в сторону развалин. Двигался огромный механизм почти беззвучно, только из-под днища раздавалось негромкое шуршание.
— Метров двадцать будет, — Николаевич на глазок определил ширину большой машины.
Несмотря на внушительные размеры, «танк» в землю совсем не проваливался, только трава под ним приминалась. Наверно, такое происходило из-за большой площади опоры, ведь танк скользил всем днищем по земле.
Мы все пристально смотрели на огромный механизм. Кто-то молчал, кто-то комментировал, а Катя еще успевала расспрашивать меня. Как выяснилось, она делала это не зря, потому что через несколько минут ей пришлось занять место в «таблетке».