Подопытный материал
Шрифт:
— Заместителя и казначея я тебе дам, а с остальными — посмотрим: сам подберешь, или я назначу, — продолжил Гурчан.
Вот так всегда: говоришь, вроде бы, по делу, и собеседник доволен, результат получается неприятный. Судя по всему, я теперь с Капитаном расстанусь. Жаль. И неизвестно, с кем придется работать — может, придурки какие-нибудь попадутся.
— А королеве мы другого хранителя найдем, — под конец, как бы между прочим, сказал король.
Совсем грустно стало. Хоть и понимаю, что так
Нельзя сказать, что Катенька встретила известие без радости. Однако выводы она сделала неожиданные.
— Ларка замуж выходит, — сказала жена. — А король приличия соблюдает.
— Какие еще приличия, — не понял я.
После разъяснений меня совсем тоска одолела. Смысл моего назначения в том, что Лара стала дочерью королевского наместника, а не девицей, взявшейся непонятно откуда. «Принц женится на дочери наместника Северных земель» — звучит вполне прилично — не стыдно ни перед подданными, ни перед правителями соседних государств.
На самом деле, короля не волнует, получится у меня хоть что-то за горным хребтом. Гурчану и так живется неплохо. А если армия завоюет новые земли, то, по всей вероятности, заправлять там будет мой заместитель, назначенный королем. Я же при нем буду только для вида, поскольку никогда никем не командовал.
От королевы меня тоже убирают ради приличия, потому что ее сын и моя дочь станут мужем и женой.
Остаток дня и почти вся ночь прошли в унылых и бестолковых размышлениях. Под утро разочарование сменилось злостью. Что бы я был какой-то мебелью? Да ни за что!
Решение было принято, и сразу же пришел сон.
Разумеется, поднялся я поздно и, не обнаружив ни жены, ни детей, отправился вниз. Охранник на первом посту пропустил меня, ничего не спросив, а через несколько шагов я вспомнил, что не доложился, как обычно, начальнику караула. Получается, мне теперь не дадут провожатого? Выпустят ли меня вообще с холма? А если выпустят, смогу ли я пройти обратно? Наверно, мне уже нельзя здесь жить.
На этом мои не слишком веселые мысли оборвались, потому что за первым же поворотом я угодил в могучие объятия.
— Привет, Сержан! Лихо мы с тобой поднялись!
Таким радостным я Капитана еще не видел.
— Куда поднялись? — спросил я, даже не пытаясь вырваться из его сильных рук.
— Ты теперь наместник, а я твой заместитель. Не знаю, как у тебя, у меня жалованье в десять раз больше стало! — восторженно сообщил Капитан. — Дом рядом с тобой построю, жену заставлю со службы уйти — пусть детей рожает!
А ведь неплохо все складывается — зря я вчера унывал. Капитан со мной остался, а о таком заместителе я и не мечтал. Интересно, что за казначея нам подобрали?
Если честно, я таких людей на этой планете не видел, да
Голова тоже большая, между здоровенных румяных щек спрятались глаза с длинными ресницами, аккуратный носик и пухлые губы. А волосы почти черные — я таких темноволосых барасцев по эту сторону гор не встречал.
Капитан задумчивым взглядом смерил внушительную фигуру и спросил:
— Ну и как тебя зовут?
— Пухданвертонлян, сын Бардентерляна, — звонко ответил большой колобок.
— Западник, — объяснил мне Капитан. — У них имена такие, что выговорить невозможно.
Я попытался вспомнить имя казначея — ничего не получилось. Думаю, такого же результата добился Капитан.
— Мы тебя Пухляном будем звать, — сказал мой заместитель.
— Использование сокращенного имени при обращении к подчиненному — проявление невежливости, — звонко отбарабанил казначей.
— А друзья как тебя зовут? — поинтересовался Капитан.
— Пухлян.
— Значит, будем друзьями.
Колобок широко улыбнулся, и я почувствовал, что у нас собирается неплохая команда.
Далее последовала аудиенция у главного казначея королевства. Повелитель финансов оказался маленьким, тощим и лысым старикашкой. Однако смотрел он грозно и ответить на наши приветствия не соизволил.
— По повелению короля получите пятьсот золотых, — проскрипел королевский казначей и уткнулся в бумаги, лежавшие на столе.
Видимо, старичок посчитал беседу законченной. Однако у Пухляна было иное мнение.
— Чиновнику первого класса при вступлении в должность полагается единовременное пособие — пятьдесят золотых, а чиновнику второго класса — тридцать, — громко и уверенно заявил толстяк.
Старичок грозно глянул на Пухляна, но тот, нисколько не смущаясь, назвал номер и дату королевского указа. Мы с Капитаном замерли в ожидании грозы, но королевский казначей неожиданно подобрел, и его губы тронула едва заметная улыбка.
Капитан взвесил на широкой ладони мешочек с золотыми монетами.
— А ты красавец! — сказал он Пухляну, — Слушай, а если бы ты не напомнил, нам бы денег не дали?
— Не знаю, но должности я точно бы лишился, — ответил Пухлян, вытирая пот со лба. — Со Скелетом шутки плохи.
Парень явно переволновался. Немудрено, ведь он совсем молоденький — лет двадцать, не больше. Впрочем, несмотря на возраст, должность у него солидная — значит, уже себя проявил. Или у него родственники влиятельные?