Подопытный материал
Шрифт:
Если честно, фитильные ружья, выданные Николаевичем, меня не впечатлили: тяжелые, отдача страшная, дальность стрельбы маленькая. Недаром в армии от них отказались.
Впрочем, Мачан, восторженный поклонник всего огнестрельного и взрывающегося, радовался и этим плохоньким ружьям. Нашелся у Десятника и единомышленник — Поран. Только в отличие от Мачана, королевский стражник оказался вдумчивым исследователем.
— С тридцати шагов пуля пробьет любой доспех или щит, — отметил Поран главное достоинство нового оружия. —
Сам же я не сразу догадался, что в этих ружьях мне кажется знакомым. Оказалось, их стволы — точно такие же бронзовые трубы, из которых у нас в домах водопровод сделан. Вот почему на заводе так быстро ружья сделали.
Не успели мы с ружьями разобраться, как Николаевич уже первые пушки изготовил.
— Ствол стальной, кованый и закаленный, — объяснил Василий. — Замок с казенной части есть. Правда, открывать его долго… Стрелять можно ядрами и картечью.
Новые пушечки отличались только весом: калибр почти такой же, заряжание дульное, порох также фитилем поджигался.
Впрочем, Рожан остался доволен:
— Ее даже собранную два солдата уволокут, а по частям на любую гору затащить можно.
Когда я привез разрывные снаряды — привычные круглые бомбы, подходящие по размеру к пушкам — Рожан обрадовался не меньше, чем Десятник. Еще бы: из орудий эти гранаты улетали шагов на двести — триста.
Перед самым походом на заводе изготовили бомбы, которые взрывались не так сильно, но разбрасывали при этом горючую смесь.
— Королева целых десять бочек нефти привезла, — похвалился Николаевич. — Такие смеси делаем, что ничем не потушишь.
Войско собралось внушительное: более двухсот солдат, два десятка моих мужиков с ружьями и полсотни лесовиков — все взрослые мужчины деревни. Оказалось, что наши союзники давно и не очень успешно воюют с агрессивными соседями.
Разумеется, в поход отправился Десятник. Поран тихо и незаметно тоже вклинился в ряды ветеранов.
Нас с Пухляном Рожан отшил.
— Командовать еще начнете, — заявил тысячник. — Знаю я вас!
Почему-то я нисколько не расстроился.
Ушло войско ближе к вечеру, а вернулось только на следующий день после обеда. Возвратились, как и ожидалось, с победой: слишком велик был перевес в людях и оружии. Только радости на лицах людей я не увидел.
— Пути все разведаны были, — рассказал Поран. — Ночью окружили деревню, шарахнули из пушек зажигательными — у них все и запылало. Тех, кто выскочил, перестреляли, а утром остальных добили. Думаю, никто не ушел.
— Так вы и женщин, и детей? — ужаснулся я.
— Я же сказал: никто не ушел, — невозмутимо ответил Поран.
Признаться, я рассчитывал на другой результат. Думал, лесовики поймут, насколько армия сильнее их, сдадутся и прекратят свои глупые вылазки. Может, они так бы и сделали, но им не позволили. Вот почему Рожан меня не взял:
А что бы я сделал? Армия мне не подчиняется, а на тех территориях, что еще не завоевали, я тоже не хозяин. Только все равно я к этим убийствам причастен, ведь я королевский наместник.
— Думаешь, мне в радость с бабами и детишками воевать? — сказал Рожан. — Только я должен сначала своих солдат сберечь, а потом об остальных думать. Дети бы выросли и мстить за отцов стали, а женщины бы их врагами воспитали… Зато теперь и другие думать будут, прежде чем из кустов стрелять.
Может быть, в чем-то он прав, но все равно не дело — женщин и детей убивать. А что я должен сделать, чтобы такое не повторилось?
Глава 12
Карательный поход Рожана не остался незамеченным, и, кроме того, появились свободные земли. Быстрее всех это сообразили лесовики, жившие в предгорьях за золотоносной речкой. Их послы незаметно просочились мимо солдат и прошли в деревню к нашим союзникам.
Думаю, поделить освободившуюся территорию двум племенам было несложно: одним достался левый берег реки, другим — правый. А уж потом они к нам пошли, чтобы разрешение получить.
Конечно, сила у нас собралась немалая: у Рожана триста солдат, моих ветеранов почти полсотни, да и оружие у нас серьезное. Только поди вылови этих туземцев в лесу, в котором они выросли. На первый взгляд, могли бы они с нами ничего не согласовывать. Однако лесовики уже поняли ценность золота и хотели промышлять желтый металл на берегах реки.
На мой взгляд, договор и в этот раз удовлетворил всех. Рожан неожиданно легко разрешил лесовикам добычу золота. Мы взамен теперь могли продвинуть на запад вдоль гор еще на десять с лишним верст и делать там что угодно. За отдельную плату лесовики пообещали помочь нам строить крепость на правом берегу реки напротив сожженного селения.
Вроде бы, мы отдали реку лесовикам, а на самом деле, получили возможность спуститься по ней еще верст на семь-восемь.
— Мыть тамошнее золото у меня народу нет, — сказал Рожан. — Да и все равно лесовики все золото вам несут, а вы его мне отдаете… А мы в верховьях уже две богатые жилы разведали — их на много лет хватит.
В кои веки застал я всю свою семью в сборе: и Катю, и Ларку с Гришкой. Только Алло не было.
Черт! Я королеву уже членом семьи считаю!
Впрочем, дети скоро на холм засобирались: Ларку муж ждал, а Гришке в школу было пора. Дочь только и успела поговорить со мной чуть-чуть, а сын наказал у лесовиков лук купить.
— Зоя рожать собралась, — поделилась новостью Катя. — Дочку хочет.
— А ты?
— А я уж внуков буду нянчить, — недовольно сказала жена. — Говорила я ей: подожди еще хоть годик, так нет… Алло вон Степку рано родила и все здоровье нарушила — только сейчас в себя пришла… Готовься: месяцев через семь станешь дедушкой, а мы с Алло бабками.