Подруга Мародеров
Шрифт:
– В порядке.
– Мне так не кажется.
– Брось, Джеймс, я королева порядка.
Джейн не сразу поняла, что только что сказала. Ведь это было так привычно для нее - говорить с Сохатым. Сердце Сириуса дрогнуло. Если Джейн разлюбила Поттера на самом деле, то почему с губ её срывается его имя?
– Сириус, - Джейн вдруг поняла, что только что назвала друга не его именем. На лице ее появилась досада, и девушка прикусила нижнюю губу.
– В смысле,
Щеки вспыхнули, став цвета помидоров.
– Ничего, - мягко ответил Блэк в несвойственной ему манере. Того и гляди, превратится в Лунатика.
– Джейн, если тебе нужно поговорить…
– О, Бродяга, - Джейн, наконец, повернулась к Сириусу, лицо ее было абсолютно спокойно, даже казалось немного веселым, - прекрати вести себя словно Рем, ладно? Тебе не идет. И успокойся, со мной все хорошо. Если хочешь помочь, иди к Джеймсу. Ему ты нужнее.
– То есть ты не переживаешь?
– удивился Сириус. Джейн покачала головой.
– Нет. Я просто хочу снова стать ему другом, если получится. И я понимаю, почему Сохатый так ведет себя со мной, - губы девушки дрогнули.
– И мне очень жаль.
Голос сорвался, и Картер отвернулась, закрыв лицо руками. «Плохая ты актриса, Котенок», - с грустью подумал Сириус, глядя на тонкую согнувшуюся фигурку подруги. Он же ясно видел, что Джейн переживала ничуть не меньше Джеймса. После расставания оба они словно сломались. Их силы ушли, и сейчас от них остались лишь блеклые тени прежних Картер и Поттера. И хуже всего было наблюдать за этим со стороны - как страдают два самых близких человека, и не иметь возможности им помочь.
В эту ночь Сириусу снова не спалось, и он спустился вниз, в гостиную. Каково же было его удивление, когда в кресле у камина он увидел Джейн. Девушка сидела, поджав колени к груди, и рассматривала книгу в коричневой обложке. Лишь подойдя ближе, Сириус понял, что это был фотоальбом.
– Ностальгия, Котенок?
– произнес он, нарушая тишину. Джейн вздрогнула от неожиданности и обернулась.
– Напугал меня, - ответила она. Слова эти вызвали в груди тоску. Прежде Картер бы съязвила что-нибудь, пошутила или сообщила Бродяге, что убьет его, если он еще хоть раз подкрадется к ней так незаметно, но не была бы так покорно равнодушна.
Парень прошел и сел на подлокотник кресла подруги. С фотографий на него смотрели мистер и миссис Картер, а так же высокий парень с точно такой же, как у Джейн улыбкой - Ник. Сириус так ни разу и не видел их вживую, но слышал о них так часто, что словно бы знал. И ему было жаль, что встретиться с семьей Джейн теперь уже не получится никогда. Наверное, миссис Картер была такой же доброй, как Джейн, а мистер Картер - столь же отчаянно-храбрым. А Ник… Сириус знал, что старший брат был для девушки всем.
– Мне всегда будет их не хватать, - печально улыбнулась Джейн. Ее тонкие
– Быть может, всем было бы лучше, если бы я была с ними в той машине.
Сердце заколотилось часто-часто, а дыхание сбилось. Мысль эта казалась такой невозможной. Такой… страшной. И как она только пришла Картер в голову? Почему? Почему сейчас?
– Не думай так, - Сириус резко одернул девушку.
– Джейн, не смей! Не было бы лучше никому!
Джейн выглядела так жалко, словно в любое мгновенье могла заплакать. И на одно короткое мгновенье Сириус поверил, что сейчас она все ему расскажет, всё, что её терзает, что пугает и заставляет думать о смерти. Но все-таки Джейн Картер была собой. Глаза ее оставались сухими, а губы дрогнули, впустив короткий хриплый вдох, и она ответила:
– Извини. Глупые мысли. Больше не буду. Просто я скучаю по ним.
«Нет, - хотелось ответить Сириусу, - дело не в этом. В чем-то еще. В Джеймсе?» Он не понимал, но чувствовал.
Джейн захлопнула альбом и поднялась из кресла. Сириус встал следом. Теперь они стояли друг напротив друга, и больше всего на свете Бродяге хотелось обнять эту девушку, прижать к себе и поцеловать. Никогда прежде это желание не было в нем столь сильным. Его всегда сдерживало то, что Джейн была девушкой его лучшего друга. Но теперь это препятствие больше не существовало.
– Доброй ночи, Сириус, - улыбнулась ему Джейн. И зачем-то мягким движением легко коснулась ладошкой его щеки. Мимолетно - как ветер.
В животе Сириуса вдруг стало тепло и щекотно. И в висках застучало так, словно он пробежал все поле для квиддича по кругу. Разум затупился, поглощенный вспыхнувшими словно пламя чувствами. «Тебе нужно сказать ей о своих чувствах, Сириус. Пока это не сделал кто-то другой», - прошептала в голове настойчивая Амелия Джойс.
– Джейн!
– выдохнул Сириус в спину уходящей подруге. Картер обернулась. Личико ее внимательно вглядывалось в парня, пытаясь понять, что случилось. И в полумраке карие глаза казались черными, и в них блестели огни.
– Я… - голос внезапно стал хриплым и чужим, - я люблю тебя.
Сказал. Отступать было поздно. Затаив дыхание, Сириус смотрел на Джейн. Ощущая подступающий к горлу ледяной страх. И панический голос в голове вопил: «Зачем?! Не нужно было ничего говорить!».
Лицо Джейн вытянулось, губы приоткрылись, глаза расширились. Осторожно она сделала пару шагов навстречу парню. Сведя брови, Картер смотрела на него, пытаясь заметить подвох.
– Что?
– наконец, выдохнула она как-то дергано.
– Что ты сказал? Это не смешно, Бродяга. Это… это глупо…