Подруга волка

Андерсон Кэтрин

Он мог бы пойти к Хантеру и обсудить с ним вопрос о разводе. Их брак все равно еще не утвержден. Джейк погладил Индиго по спине, которая все еще сотрясалась от рыданий. Даже сейчас, когда она плакала, ему казалось, что тепло разливается по всему его телу, словно его согревают лучи солнца. Если брак будет аннулирован, он потеряет право держать ее в объятиях.

При этой мысли он похолодел. Чувствовать, как ее лицо прижимается к его шее, как тело млеет от ее объятий, — все равно что очутиться в раю. Каждый

ее всхлип отзывался в его членах. Как тот камень, который врезался ему в грудь, его пронизало внезапное открытие: чем дальше, тем сильнее он в нее влюблялся — безумно, невероятно.

Разум отступил, и чувства взяли верх. Боже, она нужна ему. Джейк даже не знал, что именно он хотел от нее. Во всяком случае, много больше, чем просто секс. Да и по правде говоря, его не слишком-то обнадеживали на этот счет. Нет, ему нужно… Что? Джейк не мог подобрать этому названия. Он знал лишь одно: она помогала ему справиться с душевной пустотой. Перед тем, как уехать из Портленда, он спрашивал себя: зачем он живет? Теперь он мыслил иначе. Индиго наполнила его жизнь смыслом и дала ему ощущение правоты.

Он пытался представить свое существование без нее и не мог. Тот, кто однажды вкусил сладость солнечного дня, не способен вернуться к мрачной реальности. Уголки его губ тронула улыбка. Мрачная реальность. Индиго являла собой ее полную противоположность — девушка, которая гуляет в полосе лунного света и слышит музыку ветра, девушка, которая разговаривает с животными и видит предметы изнутри, а не только их внешнюю сторону. Она удивительна. Чаще всего он вообще не понимал ее. Иногда ему казалось, что она безумна. Но, Боже, какое чудесное безумие!

Он не откажется от нее. Он не может решиться на это. Нужно как-то наладить их семейную жизнь. В его голове зазвучали слова Хантера: «Вы должны знать, что пойдете по тропе, по которой могла бы пройти и Индиго. Прислушайтесь к голосу своего сердца. Именно там вы найдете ответы на свои вопросы». Джейк не знал, что там шепчет его сердце, но одно он знал наверняка: мир Индиго здесь, и он обязан сохранить его для нее.

Положив руку на ее заплетенные волосы, он ощущал дуновение ветра и пытался в его шепоте расслышать мелодии ее песен. И хотя до него доносился лишь шелест листвы, он уже почти не сомневался, что Индиго слышит что-то еще, — то, что согревает ее душу.

Он наклонил голову и прошептал ей в ухо:

— А ты будешь счастлива, если я пообещаю, что никогда не заставлю тебя уехать отсюда?

Она замерла в его объятиях.

— Что? — спросила она глухим голосом.

— Я не заставлю тебя уехать отсюда, — повторил он.

Она слегка отстранилась и повернулась к нему мокрой щекой.

— Ты хочешь сказать, что останешься в Вулфс-Лэндинге?

Джейк сглотнул, понимая, что решается на безумный шаг.

— Иногда мне придется уезжать.

— И

оставлять меня одну?

В ее голосе прозвучала такая радостная надежда, что у него внутри все сжалось.

— Да, здесь, с твоими родителями. И тебе никогда не придется покидать свои горы.

— Но ведь мы женаты, — нерешительно произнесла она.

— Да, но многие люди периодически расстаются. Я постараюсь отлучаться ненадолго. Это нелегко, но мы как-нибудь с тобой договоримся. И ты будешь жить так же, как прежде.

Она судорожно вздохнула.

— Но, Джейк, мой отец во мне разочаруется. Мое место рядом с тобой.

— Я поговорю с твоим отцом. Он поймет. Кроме того, это касается нашей семьи, а не его. Мы можем поступать так, как это удобнее нам.

Она подняла голову и заглянула ему в глаза. На ее ресницах сверкали слезинки. Глядя на ее милое лицо, Джейк почувствовал, что его сердце переполняет счастье. Это то, чего не хватало в их отношениях с Эмили, — неожиданных переходов от боли к радости, когда ты полностью опустошен, то счастлив настолько, что, кажется, тебя сейчас разорвет.

— Ну, миссис Рэнд? Заключим сделку?

Ее лицо выражало такое недоверие, что он улыбнулся.

— Ты не шутишь? — спросила она. — Ты действительно никогда не заставишь меня отсюда уехать?

Джейк не удержался и наклонился поцеловать ее в мокрую, соленую от слез щеку.

— Никогда и ни за что, обещаю, — сказал он. — Кто знает, может быть, со временем у тебя появится желание ненадолго уезжать вместе со мной? Тебе даже будет интересно посмотреть новые места, если ты будешь уверена, что вернешься домой.

Она кивнула, правда, с некоторым сомнением.

— Может быть.

— Почему бы тебе не улыбнуться? Твоя улыбка вовсе не должна быть лучезарной, как солнце, но хотя бы слегка…

Она склонила голову и еще крепче вцепилась в его шею. Если она и улыбалась, а Джейк подозревал, что так оно и было, то его лишили удовольствия видеть это.

— О, Джейк! Вулфс-Лэндинг, навсегда! Я… Ты лучший муж в мире!

За эту фразу он с радостью простил ей то, что она спрятала от него свою улыбку.

— Лучший? — ему хотелось услышать это снова.

— О, да! Лучший в мире!

Джейк одной рукой обхватил кольцом ее спину так, что палец слегка касался груди. Она не напряглась и не оттолкнула его. Это наполнило его радостью, и он с восторгом вдыхал запах ее тела.

— Ты тоже лучшая жена в мире, — прошептал он. — Благодаря тебе, Индиго, мои мечты превратились в реальность.

— Еще нет, не лучшая. Но я ей стану, — убежденно сказала она. — Я стану такой женой, какой тебе еще не приходилось видеть. Обещаю. Я буду мыть, убирать, готовить. Обязательно! Я буду ждать твоего возвращения домой и так натру полы, что ты сможешь смотреться в них, как в зеркало.