Подрядчик
Шрифт:
– Вот тебе два, – прошептал я.
– Я… я… я… – заикался камазист.
Проигнорировав его попытки, я развернулся и зашагал к стоянке такси. И без того времени потерял много. Слишком много.
Если раньше весь план спасения самого дорогого, что у меня есть – моей шкуры – сводился к одному – драпать, драпать, как можно скорее, то теперь, сидя в такси в пробках, когда времени собраться с мыслями было предостаточно… сказывалось еще и что я отошел от первоначального шока. В общем, голова стала трезвее рассуждать. Звенья разрозненных соображений складывались в одну цепочку,
Значится так. Захожу домой, забираю всю наличку из сейфа, собираю вещи, беру «Лекса», валю к Семенову. А дальше… у Сашки – друга детства, моего одноклассника, где-то в области, в какой-то глухой деревни под одним из закрытых городов, которой даже на карте нету, был домик, доставшийся в наследство от черт знает сколько раз «пра» бабки. Хрен кто когда меня там отыщет. Отсижусь, а дальше – видно будет.
– А там посмотрим, – произнес я вслух.
– Чего? – навострил ухи водила.
Мы как раз проезжали мимо шестнадцатиэтажной свечки, стянутой швеллерами по периметру. Помню, еще учась в школе, я недоумевал – зачем нужны на здании эти железяки? Теперь то я знаю – геология хреновая. Высокий уровень грунтовых вод, вот фундамент и поплыл, а дом стянули, чтобы по швам не разошелся. Еще два квартала – и я дома.
– Да ты продолжай, – кивнул я. – Я внимательно слушаю.
– Аха, я и говорю, – оскалился таксист. – Прежний-то был что надо. Чекист – сразу власть чувствуется. И одевался нормально – костюм, галстук, плащ. А этот… в кожаной куртке!!! Ты подумай, а! В кожанке, как байкер какой-нибудь!
– Знаешь… – протянул я. – Здесь налево, во двор. Сдается мне, что этот вопрос согласован на самом высоком уровне. Направо поверни… опять направо…
И вот я дома. Видавшая виды 24—10 остановилась перед моим блестящим лаком Lexus IS300. Расплатившись с водилой, закрыв с третьего хлопка дверь, я зашел в подъезд. В груди что-то екнуло. Очередное предчувствие, или уже паранойя? Я прислушался к своим ощущениям. Беспокойство лишь нарастало. Да нет, не бывает так, чтобы в третий раз за день какая-нибудь фигня случилась. Подгоняемый недобрыми подозрениями, не дожидаясь лифта, я пулей взлетел по лестнице на четвертый этаж, достал из кармана ключницу, отработанным движением отщелкнул кнопку и откинул нужный ключ. Вставил его в скважину, глубоко вздохнул, и открыл дверь.
Я видел наводнения – приходилось. И в Германии, и в Польше, и в Луизиане. В Краснодарском крае – тоже. По телевизору, но видел. Так что имел некоторое представление. Но чтобы у себя в прихожей!
Пол скрывался за равномерным слоем воды. Хм! Как будто слой воды неравномерный бывает… Два белых парохода с лейблом «adidas» дрейфовали в сторону балкона. Чуть поодаль из-под воды торчала корма красных босоножек, а дальше плыл огромный айсберг пены. Где-то в глубине квартиры грохотал водопад.
– Блин… – прошептал я. – Это какая-то уличная магия.
Осторожно ступая по болоту, придавив ботинком к грунту розовые стринги, я продрейфовал в ванную. Каждый год поздней осенью наступает такой момент, когда я выглядываю в окно и тихо офигеваю. Земля, которая еще вечером была нормального
– Твою ж мать! – уже в который раз за день произнес я, закручивая краны.
Кто-то мне за это ответит. Уже наплевав на сохранность штанин, я прошлепал в спальню. Здесь, как и ожидалось, натянув одеяло до самого подбородка, на кровати сидела вчерашняя девочка. Невинно хлопая ресницами, она подняла на меня свои большие удивленные глаза.
– Так, – рыкнул я.
– Леша, я нечаянно! – залепетала она. – Хотела набрать воды искупаться, и уснула.
– Так, – повторил я. – Ты кто?
– Я? – тон девушки моментально изменился. – Я – Роксана, – произнесла она, грациозно потянувшись.
– Роксана??? – усмехнулся я. – А между ног – Маруся Марусей. Деточка, ты как за все это расплачиваться собираешься? Твоих десяток за ночь здесь знаешь, сколько надо?
– А никак!
– Здрасти, Маруся, приехали! С чего это никак-то?
– А мне еще несовершеннолетняя! – ответила пиглица.
– Чего? – удивился я. – Вчера же двадцать два было?
– Мне восемнадцать… с половиной.
– То-то и заметно, – протянул я. – К двадцати двум пора бы сиськи и побольше отрастить. Но вообще у нас не США, совершеннолетие как раз в восемнадцать и наступает.
– Слушай, ты! – воскликнула Роксана, не забыв ладонями смерить размер своего бюста. – Я, знаешь, с кем трахалась?
– Да мне до апельсина. Проваливай.
– Как? Не искупавшись, не накрасившись? – испугалась девочка.
– А ну быстро! – проорал я.
Сообразив, что шутки кончились, шалава, схватив в охапку свои вещи, вылетела из комнаты. Еще через секунду ее топот смолк, и о девочке напоминал лишь чулок, свисающий с бра.
Это звездец какой-то! Взяв с тумбочки полупустую бутылку Baccardi, щелчком большого пальца отвинтив пробку, я приложился к горлышку. Через несколько глотков стало заметно лучше. Отдышавшись, я посмотрел на бутылку. До дна оставалось всего пара сантиметров – чего уж там? Задрав к потолку донышко, я влил в себя остатки, и почувствовал себя совершенно замечательно.
Из коридора донесся всплеск воды. Неужели, рискнула за чулком вернуться? Взвесив в руке бутылку, развернувшись, я приготовился метнуть снаряд в лоб надоедливой шлюхи.
Но в дверях стоял совершенно незнакомый плюгавый мужичонка в потертом совдеповском костюме, с очками диоптрий на пять, лысиной, окаймленной редкими волосами и совершенно заурядным, совершенно обычным, невыразительным лицом. Его скулы ритмично работали, перемалывая жвачку, а в руке он держал нечто, завернутое в грязную рваную тряпку.
– Алексей Сергеевич? – уточнил он.
– Я, – согласился я. – А ты – сантехник?
– Не совсем.
Пришедший развернул тряпицу, и на тумбочку, с громким грохотом вывалился ТТшник.