Подсадной
Шрифт:
Коля не сказал бы, что лицо Веры Павловны являлось эталоном женской красоты, но что-то привлекательное в нем, без сомнения, имелось. Возможно, впечатление портила форменная пилотка с железнодорожной кокардой. Или печать усталости, плохо скрываемая косметическими средствами.
Закончив с проверкой билетов, проводница обратила внимание на стоящий на столике коньяк:
– Распивать спиртное в поездах дальнего следования запрещено, – строго, но как-то формально предупредила она, – для этого есть вагон-ресторан.
– Верочка,
– Я вам не Верочка, – чуть обиженно произнесла проводница, выходя из купе. – В поезде работает наряд милиции. Если что – разбираться будете с ними. Спокойной ночи.
Она с силой задвинула дверь.
– Ишь, какая правильная, – криво усмехнулся Игорь, – а покажи бабки, стриптиз на столе спляшет. А то и обслужит по полной.
– Не исключено, – согласился Коляныч, распечатывая бутылку, – каждый прыщик мнит себя фурункулом. А каждый бред – Питом, ха-ха-ха.
Игорь снял пиджак, оставшись в черной футболке. Джинсы не снимал. Вернулся за столик, закрыл дверь на защелку. Сумку задвинул под сиденье.
Выпили за знакомство и хорошую дорогу. Для установления контакта Коля рассказал пару свежих неполиткорректных анекдотов, разжигающих межнациональную рознь, и тут же подлил в стаканы двойную порцию ароматного армянского пятизвездочного пойла.
Контакт установился после третьего тоста, как это обычно и бывает. Особенно в поездах дальнего следования, когда даже законченный трезвенник вдруг временно становится членом общества анонимных или открытых алкоголиков. Волшебный вагонный эффект.
Поначалу неразговорчивый Игорь наконец расслабился и жарко поддерживал беседу на тему «Страдания и мучения делового человека в современной России». Поведал, что сам он москвич, а в Питер едет по делам фирмы, занимающейся поставками строительных пистолетов.
– О, почти коллеги! – обрадовался Коля. – Я тоже спекулянт! Покупаем и перепродаем сварочное оборудование.
Он достал из заднего кармана брюк глянцевую визитку и протянул попутчику:
– Шеф отправлял в столицу осваивать рекламное пространство. Освоил удачно. Целых два издания. И к тому же федеральных!
– Ты питерский? – рассматривая визитку, уточнил Игорь.
– Коренной. Если хочешь, могу устроить экскурсию с посещением лучших питейных заведений. По ленинским местам! Цены – гуманные! Кстати, где планируешь остановиться?
– В гостинице.
– В какой?
– «Русь».
– Зря, она сейчас не комильфо. Одни чурбаны живут, да и совдепией пахнет. Гляди, если мест не будет, звони, помогу с комнатухой. Приятель в Турцию смотал, а мне ключ оставил. Цветочки поливать, ну и для прочих нужд. – Коляныч показал неприличный жест тазобедренной частью тела. – Евростандарт, джакузи, все дела.
– Договорились.
В половине первого в вагоне отключили общий свет,
«Вадик» принялся объяснять преимущества немецких сварочных аппаратов над финскими, но соседа это мало интересовало, поэтому перешли к нанотехнологиям.
– Нана? – переспросил сосед. – Да, эту тему я уважаю. Девочки бы сейчас не помешали. Молодость проходит безвозвратно. Может, поищем? В ресторане наверняка есть. На крайняк одну на двоих распишем.
Коля принялся было объяснять, что нанотехнологии и девочки – это немножко разные понятия, но Игорь не желал вникать в детали. Пришлось согласиться и поднять стакан за сближение не только городов, но и полов. Сосед махнул залпом, даже не закусив. Время дорого. Девки стынут.
Он уже не очень убедительно держался на ногах, но желание сексуально осчастливить какую-нибудь одинокую красавицу гнало в дорогу. Алкоголь скинул с него вуаль интеллигентности – Игорь разбавлял речь матерными оборотами в пропорции один к двум. Сторонний наблюдатель мог легко заметить, что торговля строительными пистолетами вряд ли является основным видом деятельности пассажира спального вагона – манеры не те, не делового человека. Но сторонних наблюдателей, кроме проводницы Веры Павловны, в коридорном пространстве не мелькало.
Более стойкий Коляныч попросил ее прикрыть дверь их купе на замок, дабы вагонные воры не смогли посягнуть на оставленное там личное имущество. И еще раз отметил, что проводница совсем недурна собой. Хотя чему удивляться? Поезд фирменный, и проводницы фирменные.
Девушка посмотрела на Коляныча брезгливо, словно из его ушей и носа свисали мокрые водоросли, а на темечке лежала дохлая медуза, но дверь закрыть пообещала.
Новые товарищи, поддерживая друг друга, двинулись в ресторан осваивать нанотехнологии. По пути заглядывая в приоткрытые двери купе, – нет ли одиноких сердец, жаждущих безудержного разврата? Коля уже по-свойски называл соседа Гариком. Тот не возражал. Опять-таки у стороннего человека могло сложиться впечатление, что перед ним не случайные попутчики, а старинные друзья, не в первый раз путешествующие вместе.
К сожалению, разврата никто из пассажирок не жаждал, а если и жаждал, то не показывал вида. Нет чтобы табличку на дверях повесить: «Хочу, просьба беспокоить, интим предлагать». А то гадай тут: хочет, не хочет…
По пути повстречался конвой, то есть милицейское сопровождение из двух хмурых сержантов, совершающих обход. Интересоваться у них, есть ли в поезде вагон-бордель, «Вадик» с Игорем не стали.
В ресторане дела оказались еще скучнее. Из гостей наблюдались пара носатых кавказцев, угощавших двух голодных барышень шампанским, да заспанная толстомясая официантка.