Подземелье
Шрифт:
Нервы. Вот что это.
А какой новичок не страдал от этого?
Они снова вернулись к работе, дробя отбойными молотками особенно неподъемные валуны. В воздух летело много пыли, частиц и острых осколков породы, способных при определенной скорости рассекать кожу, как бритва. Спустя добрых пятнадцать-двадцать минут они побросали молотки, и бригада, снова образовав цепочку и передавая друг другу камни, стала вычищать штрек, так чтобы его можно было должным образом укрепить. Это была изнурительная, монотонная работа, но они продолжали.
Маки стоял прямо перед Бойдом… и вдруг он
Бойд видел, как он наклонился, схватил большой камень, потом земля словно сдвинулась, и он просто исчез. Сперва Бойд подумал, что его окутало облако пыли. Но потом он увидел под ногами огромную черную дыру и Маки, висящего, зацепившись пальцами за край.
Бойд сорвал с лица респиратор. — Черт! Вот, дерьмо! Эй! Сюда! У нас проблемы!
Что удивило его больше всего, так это то, что он не запаниковал.
Совсем.
Словно он был внутренне готов к чему-то подобному. Правда, времени совсем не было. Он опустился на колени и осторожно подполз к отверстию, разгоняя руками пыль. Бедный Маки изо всех сил цеплялся за жизнь. Респиратор у него слетел и висел на одном ремешке. А его голос, боже, он был каким-то пронзительным и скрипучим, — Бойд! Бойд, вытащи меня отсюда! Не дай мне упасть! Пожалуйста, ради бога, не дай… мне… упасть…
Бойд не имел такого умысла.
Единственное, что остановило его, когда он потянулся к Маки, так это то, что последовало потом.
Снизу донесся какой-то рокот.
Потом из подземных глубин послышался глухой стон, похожий на завывание ветра в печной трубе. В тот момент яма сработала как насос, чуть не засосав Бойда в себя, словно ветерок в дымовое отверстие. Раздался далекий гул, и Бойд понял, что он вызван резким перепадом атмосферного давления. Вроде звукового хлопка, с которым воздух заполняет пустоту, образованную сверхзвуковым самолетом. Что-то в этом роде. Сама атмосфера шахты вдруг наполнилась образовавшимся вакуумом. Бум.
Все это продолжалось секунду или две, и всасывание сменилось резким выбросом черного, застоявшегося воздуха, который со штормовой силой ударил Бойду в лицо, словно чей-то исполинский выдох из стигийской ямы. Он буквально выбил у Бойда почву из-под ног своим страшным, сухим запахом. Раньше он никогда не нюхал ничего подобного — смердящее плесенью дыхание невероятной древности.
— Бойд…
Он протянул руку, поймал Маки за воротник, потянул изо всех сил, но в тот же миг под тяжестью извивающегося тела его колени заскользили к зияющей пасти ямы. Живот внезапно свело от страха, когда Бойд понял, что он тоже вот-вот перекувыркнется через край. Но Маки отпускать он не стал. Тут появился Брид. При своей невероятной силе и железном равновесии, выработанном за долгие годы горного дела, он с легкостью схватил Маки и выдернул из ямы. А с ним и Бойда. Выдернул своими огромными ручищами.
Маки упал прямо на Бойда, словно хотел извалять его в клевере, задыхаясь, хныча и отплевываясь. Бойд оттолкнул его, но Маки вцепился мертвой хваткой.
— Ты спас мне жизнь, Бойд, — пробормотал он, выпучив глаза, такие белые на фоне грязного лица. — О, боже, ты спас
— Черта с два. Это Брид. Он спас нас обоих.
Брид лишь усмехнулся. — Кретины чертовы. На минуту отвернулся, и вы уже оба провалились в это «очко».
К тому времени появился Юргенс с большим фонарем в руке. — Что, черт возьми, случилось? — спросил он.
Бойд сделал вдох, и медленно выдохнул. — Маки поднял камень, и земля ушла у него из-под ног.
— Ага, я поднял камень, и земля ушла у меня из-под ног, — повторил для ясности Маки. — Вот что случилось. Если бы Бойд не схватил меня…
Юргенс подошел к краю ямы и посветил вниз. Пыль в луче фонаря была настолько плотной из-за кружащихся частиц, что походила на дым от костра.
— Какая странная яма, — сказал Брид.
Яма была действительно необычная. Пока Юргенс поигрывал фонарем, все смогли рассмотреть то, что уже видел Бойд — она была почти круглой, гладкой и блестящей, словно выжженной в породе, а не вырубленной инструментами. Напоминала трубу плавильни изнутри.
— Похожа на искусственную, — сказал Маки.
Бойд вопросительно посмотрел на него. — Здесь?
— Она не искусственная, — объяснил Юргенс. — Талые ледниковые воды пробурили ее тысячи лет назад. Постоянно текущая вода сделала ее стены гладкими.
В штреке собралась большая толпа шахтеров, все обсуждали яму. Работа в забое встала. Только генераторы и компрессоры по-прежнему работали, и все.
— Давайте выясним, насколько она глубока, — сказал Юргенс.
Так как под рукой не было суперсовременного эхолота, он запросил пятьсот футов веревки. Когда через пять минут ее принесли, Юргенс взял рулетку и отметил черным маркером каждые десять футов. Потом, привязав к концу веревки камень для веса, стал спускать ее вниз. Пока он это делал, никто не произнес ни слова. На глубине 420 футов веревка достигла дна.
— Довольно глубоко, — сказал Брид. — От тебя бы только мерзкая, говеная лепешка осталась, Маки.
— Отлично, — сказал Юргенс. — Расчистите этот штрек. Я хочу, чтобы он был расчищен и укреплен. И позвоните Руссо. Мне нужна сюда лебедка с корзиной.
— Для чего? — спросил Маки.
— Чтобы кое-кто туда спустился.
7
Маки сразу начал ругаться, на чем свет стоит. — Ну уж, нет, только не я, — бурчал он, пока они расчищали штрек. — Только не я. Хрен вам. Всякий раз, когда появляется дерьмовая работенка, чертов Юргенс зовет меня. Я что, крайний? Поверь мне, Бойд, я туда не полезу. Ни за что на свете.
— Так не лезь, — сказал ему Бойд. — Он не сможет тебя заставить.
— Стопудово не сможет. Хотел бы я посмотреть, что у него выйдет. Очень хотел бы посмотреть. Не, он меня не пошлет. Я из него все дерьмо вытрясу. Пусть хоть копов вызывает. Можешь взять себе на заметку. Да, черт возьми.
— Расслабься, — сказал Бойд.
— Не могу я расслабиться. Я знаю, как работает этот чувак. Вечно хочет меня поиметь. Но только не в этот раз, не в этот раз. Попробует, и я позвоню в Союз. Я ему с десяток жалоб в жопу засуну, вот что.
Подошел Юргенс. — Давайте, мальчики, есть работенка. Идемте.