Пограничник
Шрифт:
Мы так и стояли с кролём глядя друг на друга, пока за моей спиной не раздалось пыхтение Миши.
— Жуть какая-то, — бормотал бородач, — как в канализационный колодец повалился. Серёга, ты здесь?
— Здесь, — отозвался я, не сводя глаз с кролика.
— Ух тыж ё… — удивлённо произнёс Миша, тоже увидев перекачанного пушистика. — Это что за… — птичка на этот раз смолчала, не спеша комментировать слова хозяина.
— Судя по всему, наш кролик — негромко сказал я.
Пушистый здоровяк утвердительно качнул головой, не переставая сверлить меня оценивающим взглядом.
— Паша, ты хоть что-нибудь
— Нет, но думаю, что лучше не останавливаться, — сосредоточенно ответил девушке рыжий.
— Идите на голос, — позвал я. — Дальше будет светлее.
Кролик вдруг кивнул и, развернувшись, в два прыжка углубился в тоннель метров на пять, затем снова обернулся и призывно поманив лапой, опять уставился на меня.
Я осторожно обернулся и убедился что вся команда в сборе. Лёша, Паша и Мария вошли одновременно и сейчас глазели по сторонам.
— Ого, Серёж, к тебе грибы тянутся, — вдруг произнесла девушка. — Может у тебя способность открылась?
Я не сразу понял что девушка имеет в виду, но потом заметил, что грибы ярко светятся только вокруг меня. Более того, они и правда начали вытягиваться, будто хотели коснуться моих ног. Причём, уже в пяти метрах от меня, свечение было едва различимым. Это ещё что за новости? У меня что, способность повелитель грибов, или ещё что-то более бесполезное. Наверное, я теперь старичок боровичок как в детской сказке. После того как в качестве тотема мне достался росток дерева, я уже ничему не удивляюсь. Даже не смотря на жутковатую ситуацию, я захотелось посмотреть чистым взглядом на себя, хоть и не знал возможно ли это… Но долго размышлять мне не дали.
Из глубины тоннеля раздался гулкий рык, заставивший всех повернуться в сторону звука. Я не сразу понял, что рычит наш пушистый провожатый. Сразу после этого, раздался неприятный скрежет, будто кто-то царапал каменную стену арматурой. Это перекачанный кролик, провёл по стене лапой, на которой блеснули длинные когти.
— Чёрт, если кролик так преобразился, то как будут выглядеть удавы? — пробормотал Миша.
Видимо, при упоминании пушистого, все стали разыскивать безобидного кролика, и судя по удивлённым вздохам, смогли его разглядеть.
— Ребят, я не хочу повторяться, но может вернёмся? — едва слышно пробормотал Лёша.
Вместо ответа, я тяжело вздохнул и перехватив поудобнее копьё, двинулся вслед за кроликом.
— Ты меня понимаешь? — спросил я, обращаясь к зверю. Я хотел добавить что-то вроде “Пушистик”, но ещё раз оценив жилистые лапы и неожиданно острые когти. решил воздержаться.
В ответ последовал лаконичный кивок.
— А говорить можешь? — задал я очередной вопрос, неспешно приближаясь к красноглазому.
Кролик поднял лапу и повертел ей перед собой. Я не понял, что означает этот жест, но вроде коммуникация начала налаживаться.
— Вам нужна помощь в войне с удавами? — решил я продолжить общение.
Кроль кивнул, а затем указал куда-то наверх.
Я проследил за его лапой и обнаружил, что потолок испещрён грубо исполненными рисунками, что едва виднелись в тусклом свечении грибов.
Я стал изучать рисунки, то и дело поглядывая на пушистого.
Над моей головой, если я правильно понял, было выцарапано изображение того самого
Я сделал пару шагов и увидел следующий рисунок. Он показывал змею, что пожирала кроликов, но разобрать это было сложно, потому что рисунок был перечёркнут крест на крест той же красной краской.
Дальше я различил толстую змею, внутри которой можно было увидеть не менее десятка кроликов. Видимо, по задумке планировалось изобразить перевариваемых удавом животных, однако рисунок был снова исправлен красной краской. Все кролики внутри змеи были обведены и не казались теперь мёртвыми. При этом в их лапах были зажаты палки, а головы были повёрнуты так, что могло показаться, будто это кролики едят удава изнутри, а не наоборот. Вокруг змеи тоже были дорисованы вооружённые ушастые, которые судя по всему, чинили расправу над змеёй снаружи.
Дальше, высеченный на камне рисунок был не различим, зато поверх него, были обильно намалёваны перекаченные ушастые мутанты с дубинами в лапах. В центре был изображён особенно крупный кролик, с кровожадным оскалом и когтистыми лапами.
Да уж, вот тебе и пушистики.
Пока я разглядывал жутковатые картины развития отношений между двумя народцами, белый кроль не сводил с меня красных глаз.
Дальше картины приобрели ещё более жутковатый характер. Кролики, во главе с жутким пушистым монстром, в разных вариациях истребляли и жрали удавов. На одном из изображений, кролики, среди многочисленных тел мёртвых гадов, уносили куда-то крупные яйца, судя по всему змеиные. Только теперь во главе рисунка находился здоровенный пушистый кроль, подозрительно похожий на пасхального зайца, каким его изображают в зарубежных мультиках.
Так мы прошли примерно двести метров, на протяжение которых, картины становились всё более жуткими.
То и дело, за спиной тяжело вздыхал Лёша. Иногда охала Мария. Я нарочно не оборачивался. Мне самом было не по себе, не хватало ещё и на их кислые мины смотреть. К тому же не хотелось поворачиваться спиной к белому кролю. Казалось он только и ждёт момента, чтобы наброситься. Кроме прочего появился ещё один неприятный фактор. Если до этого тоннель тянулся прямо как струна, то теперь он начал петлять. Плюс на пути то и дело стали появляться ответвления. Я не параноик, но каждый такой поворот обходил прижавшись к противоположной стене и выставив копьё вперёд, и плевать что наш пушистый провожатый при этом смотрел на меня как на трусливое ничтожество.
Сколько я не осторожничал, всё же пропустил тот момент, когда оказался в окружении пушистых монстров, вооружённых дубинами и десятисантиметровыми когтями. Я будто миновал какую-то тёмную пелену, такую же как при входе в пещеру. Просто завернул за угол, и меня захлестнуло волной серых и коричневых ушастых. Самое жуткое, что они не издавали звуков, до меня доносилось лишь сопение розовых носов, зато хватало многообещающих взглядов, горящих красным светом глаз.
Повисла немая сцена, нарушаемая лишь гулким стуком моего заходящегося сердца. Чёрт, не знаю что на уме у этих ушастых, но если они на меня сейчас набросятся, это будет очень жуткая смерть.