Пограничник
Шрифт:
— Где же вас выращивают, цыплята? — процедил Иван сквозь зубы, понимая, что идея идти пешком по шоссе была глупой.
Молодец Марья! Удержала все-таки дурака. А он-то хорош…
Не обращая внимания на стаю, Иван расстрелял в голову приближающемуся монстру оставшиеся в магазине патроны. Тварь приостановилась. Щелчок бойка сказал, что пора менять магазин. По всем расчетам, времени должно было хватить, но, когда Иван буквально ударом воткнул магазин на место, магазин переклинило, и Иван не смог даже передернуть затвор. Такого с ним еще не случалось.
«Хана!» —
Перехватив дробовик, как дубинку, он сшиб на пол еще одного мелкого хищника, выхватил пистолет… Пора было отступать, но Иван не хотел поворачиваться к противнику спиной. Он сделал шаг назад, уперся в металлическую планку турникета… Большая тварь стремительно бросилась вперед, и Иван понял, что уйти не успеет. Он несколько раз выстрелил в появившуюся в свете фонаря свирепую морду и успел пригнуться, чтобы не стать жертвой мощных огромных челюстей.
— А ну отойди от него, зараза! — прозвенел над ним решительный девичий голос.
Что-то звякнуло о толстую шкуру зверя и разбилось, потом зазвенело и разбилось, на этот раз на полу, там, где затаились животные помельче. В нос Ивану ударил резкий запах горючего.
— Получай!
Мимо Ивана пролетел пылающий предмет, а в следующий момент монстр вспыхнул, запылал мраморный пол под его мощными, толстыми ногами. Пламя разлилось по холлу, словно масляная пленка по воде, и в его нестерпимо ярком свете Иван разглядел громадное, покрытое толстой броней животное. И он надеялся пробить эту броню из «замарашки»?
Громогласный рев сотряс холл «Нового Авалона». Пылающая тварь заметалась, круша все на своем пути. Хищники помельче, которых Иван так и не успел как следует рассмотреть, хором взвыли и помчались прочь на улицу через пролом, оставленный их странным предводителем.
— Сюда! Давай сюда!
Иван едва успел перепрыгнуть через турникет и отбежать, как вся шеренга турникетов была смята обезумевшим от боли и огня животным. Вскоре в щепки разлетелись и будки охранников, и рамки-искатели, и несколько маленьких рекламных роботов, и столы администраторов, встречавших посетителей «Нового Авалона».
Иван перевел дух только тогда, когда за ними захлопнулись толстые бронированные двери охранного отделения. Он задержался, на всякий случай забаррикадировав двери столом, навалил на стол подвернувшуюся скамью, постоял, приходя в себя.
— Это кумора с курумканами, — Мария тяжело дышала от бега и волнения, — я видела их в зоопарке. Их клонировали на основе ДНК каких-то вымерших миллионы лет назад животных. Они живут вместе — вроде как симбиоз. Помогают друг другу охотиться.
— Симбиоз… — повторил Иван, осматривая дробовик, — ничего себе симбиоз!
Вдруг оглушительно хлопнуло раз, потом еще один. Дрогнул под ногами пол.
— Баллоны!.. Баллоны с воздухом поджарились! Эх!..
Рев куморы оборвался. Они еще постояли, прислушиваясь. Иван занялся дробовиком. Он еле выдрал магазин обратно, передернул затвор, внимательно осмотрел затворную раму, потом тщательно
— А ты молодец, Марья! Не ожидал! — серьезно сказал Иван. — Спасибо, выручила. Где взяла горючку?
— Так ведь спирт был в сумке! — удивленно сказала она. — Остальное там взяла, — Мария кивнула в сторону шкафчиков.
— А ты, оказывается, девушка непростая! — усмехнулся Иван. — Научись только пистолет с предохранителя снимать, и все будет в порядке.
Он помолчал, прикрыв глаза и прислушиваясь к себе. О приступе напоминала только головная боль, да и соображал он не так быстро, как обычно. Таблетки сейчас пить нельзя: усугублять заторможенность ни к чему. «Ладно, перетопчемся», — решил он.
— Что теперь будем делать? — поинтересовалась Мария.
— Давай поднимемся на крышу, глянем сверху, что вокруг происходит. Лестница вон там, — Иван кивнул на проход в углу за шкафчиками.
Служебная лестница вывела их на крышу. Иван без труда выбил хлипкую дверь и шагнул вперед. Мария безмолвной тенью следовала за ним.
— М-да… — сказал Иван, с трудом подбирая слова. — Это… Армагедец!
Лицо Марии стало сосредоточенным и торжественно-печальным.
Вид, открывавшийся с крыши здания, был ужасен и вместе с тем величественен. Под черным небом в неясном сумраке колыхалась тьма: ни одного огонька, ни светящегося окошка, ни мерцания костра. И только повсюду нехотя поднимались вертикально вверх столбы густого жирного дыма. Иван разволновался, стараясь угадать, где горит. Вот это, справа, далеко, — нефтеперерабатывающий комбинат, а вот дым прямо и слева — кажется, заправочные станции для автомобилей. Происхождение других пожаров угадать отсюда он не смог, но понял, что нет больше столицы и даже уцелевшей ее части в привычном понимании этого слова тоже нет, словно древний, могущественный и злой хан Тохтамыш прошелся по городу с войском, вооруженным по последнему слову техники. Прошелся да и сгинул, исчез, оставляя за собой только прах и пепел. Иван до боли сжал карабин.
— Да что же это такое?
Он осторожно перебрался от одного края крыши к другому, пытаясь хоть где-то разглядеть огоньки костров или факелов, надеясь услышать шум вертолетных винтов или моторов спасательных амфибий. Но до самого горизонта простиралась только тьма, тьма и ничего, кроме тьмы. И тишина.
Иван посмотрел вниз, на крышу вестибюля, и к своему удовлетворению заметил, что пожар в холле, кажется, потух. Одной проблемой стало меньше.
Зато на земле Иван заметил какое-то движение, и это его не обрадовало, потому что так быстро передвигаться, ломая деревья и кусты, могли только большие звери, а никак не человек. И не транспорт — потому что шума двигателей не было слышно. Внизу, неподалеку от здания, он заметил стаю животных, по-видимому курумканов, которые быстро унеслись прочь по склону парка — к шоссе.