Пограничник

Лаврентьев Александр

— Все? — Иван посмотрел на детей. Они терпеливо ждали, когда он закончит пить чай. Иван все медлил. Ему не хотелось покидать дом. Его дом. Последний кусочек прежнего мира, последняя надежда на то, что все еще можно исправить…

Ничего не исправишь. Отец, видимо, мертв, да и дом скоро рухнет под напором новых тварей. Да уж! Жизнь продолжается, ничего не скажешь!..

Иван обратил внимание на то, что Вероника одета совсем легко: тонкие брючки, рубашка и ветровка. На Павлике был толстый свитер.

— Замерзнет девчонка! — пожалел Иван Веронику, но понадеялся, что пять километров на мотоцикле она выдержит.

Напоследок Иван приготовил подземным гостям сюрприз:

выдернул чеку у гранаты и установил газовый баллон на полу так, что при сильной вибрации пола баллон должен был взорваться. Чтоб неповадно было.

— Стойте здесь! — сказал Иван детям, когда они вышли в прихожую перед парадным входом. — Сейчас я подгоню мотоцикл, ты, Павел, сядешь вперед, а ты, Ника, назад. Держаться будешь за ремни рюкзака. Ничего не бойся. Поедем быстро, поэтому держись крепко.

Дети испуганно молчали.

— Боитесь?

— Я не боюсь, — тихо сказал Павлик. — А куда мы поедем?

— В бомбоубежище. Там стены в полтора метра толщиной, никакие твари нам там будут не страшны. Все поняли?

Они покивали.

— Дверь пока закройте. Выйдете, когда скажу.

Иван подкатил мотоцикл к крыльцу, вывел детей, сел сам, усадил на мотоцикл Веронику — назад и Павлика — вперед. И выехал на дорогу через задний двор, пинком ноги распахнув шаткую калитку. За ревом двигателя Иван слышал, как кто-то бежит вдоль забора по соседскому саду. Но он только открутил ручку газа, крикнул:

— Ника, держись! — вылетел на дорогу, повернул с юзом и понесся прочь от дома.

Оборачиваться он не стал. Вероника молчала, наверное от страха, и крепко держалась за ремни рюкзака. Она почти ничего не весила, и Иван проверил рукой, на месте ли она.

Доска через траншею была откинута в сторону. Иван останавливаться не стал, развернул мотоцикл, проехал по дороге назад и свернул в проезд между двумя заборами. Краем глаза он видел, как возле траншеи заметались тени. Как бы там ни было, это было его родное село, и догнать его здесь не удастся. Он по бездорожью, прямо через лесок выехал на пустое, темное шоссе, свернул налево и помчался вперед, к цели. И в этот момент далеко позади, в поселке, грохнул взрыв…

— Вовремя мы оттуда удрали! — крикнул Иван и включил последнюю — пятую — передачу.

По шоссе они проехали без происшествий, не считая нападения кандара-одиночки. Да и не нападение это было, скорее, хищник их попугал. Начал их догонять, паря в воздухе над самым асфальтом, а когда Иван с разворотом остановил мотоцикл и вытащил из-за спины дробовик, приготовившись отразить атаку, тот взмыл вверх, несколько раз рассерженно взлаяв. Рядом с мотоциклом на асфальт шлепнулась кучка дерьма.

— М-да, хорошо хоть коровы не летают, — хмыкнул Иван, закидывая дробовик за спину. Вероника помогла его там устроить.

— Как ты там? — поинтересовался Иван. — Не холодно?

— Терпимо… — буркнула она.

— А ты как? — Иван погладил Павлика по светловолосой голове. Мальчик запрокинул голову и посмотрел на Ивана снизу.

— Хорошо, — сказал он. — Нам долго еще ехать?

— Нет, надеюсь, нет, — ответил Иван, и они поехали дальше.

Но, свернув на проселочную дорогу, на которой нельзя было разогнаться из-за колеи, образовавшейся, по-видимому, весной, когда грузовые машины продавили влажную глину, Иван понял, что дело дрянь.

Он явственно различал похрустывание веток вокруг, пофыркивание за спиной. Слышали это и дети: встревоженно завертел головой Павлик, сзади несмело подала голос Вероника:

— Иван…

— Я знаю!.. — ответил Иван.

Ехать быстрее он не мог, боялся упасть, поранить детей. Эх, все-таки надо было постараться

и найти исправную машину. Хотя кто ж знал, что Иван обзаведется таким ценным грузом?

Наконец мотоцикл вылетел на пригорок, и Иван едва успел нажать на тормоза. «Ямаха» несколько раз вильнула, но Иван сильной рукой удержал тяжелый мотоцикл.

Они стояли полукругом и ждали его. В свете фары глаза горели фосфоресцирующим голубым огнем. Они были огромными и похожими на медведей-переростков, только с длинными, предназначенными для бега лапами и с тупыми, угрюмыми мордами.

— Вот теперь я боюсь! — пискнул снизу Павлик.

Иван почувствовал, как Вероника вцепилась тонкими ручками в его куртку.

— Не бойся, — сказал Иван. — Никогда ничего не бойся. Лучше помолись.

— Я не умею, — прошептал Павлик.

— Просто скажи: «Господи! Спаси и сохрани!»

Повторил ли Павлик молитву, Иван не слышал, потом что повернул мотоцикл вправо и погнал его прямо через кусты. Конечно, за прошедшие годы и дорога, и лес сильно изменились, но Иван помнил, что неподалеку начиналась асфальтовая дорожка, по которой можно было уйти от хищников. Дорожка пролегала мимо ограды из кованых металлических прутьев, за оградой располагался давно заброшенный сад, а в глубине сада стояло какое-то кирпичное здание с башенками. Кирпич был таким старым и темным, что из красного превратился в темно-бордовый. За ограду Иван с друзьями никогда не лазил, потому что охоту у пацанов отбивали огромные лохматые собаки, свободно бегающие по всей территории.

Дальше дорожка выходила на укатанную гравийку, по которой надо было проехать всего с километр, чтобы оказаться рядом с бункером. Но в тот момент, когда Иван выехал на заросший асфальт, огромное животное поравнялось с мотоциклом. Медлить было нельзя.

— Держись за руль! — крикнул он Павлику, цепляющемуся за рукава его форменной куртки.

Иван ударил по тормозам, вытащил из кобуры громадный пистолет «Рюгер», заряженный разрывными пулями, — подарок Андрея и несколько раз выстрелил в «медведя». Мутант споткнулся и покатился громадным шерстяным клубком, ломая черемуховую поросль. Вероника тоненько закричала. Впереди из кустов появился еще один зверь, он тяжело дышал. Иван отстраненно смотрел, как в свете фары поднимаются и опадают покрытые клочковатой шерстью худые бока. Иван в упор выстрелил в покрытую пеной морду, еле успел объехать упавшего зверя — одной рукой управлять мотоциклом было неудобно. Иван оглянулся. Дорожка опустела. Иван сунул «Рюгер» за пояс, схватил руль двумя руками и, поддав газу, помчался вдоль ограды. На какое-то мгновение ему показалось, что он все-таки оторвался от преследования, но из кустов слева на дорогу выкатился еще один громадный мохнатый ком, и Иван понял, что вытащить пистолет не успеет. Мутант бросился прямо под мотоцикл, подставляя переднему колесу свой огромный, словно шкаф, бок. Иван изо всех сил нажал на оба тормоза, но остановить мотоцикл не смог. С отчаянием смотрел он на приближающегося зверя, на его оскаленную морду и понимал, что сделать ничего не успеет. В последний момент почти инстинктивно он подхватил на руки маленького Павлика. Мотоцикл налетел на мутанта, и Ивана подбросило в воздух. Он сгруппировался так, чтобы при падении мальчик остался цел. Легкая Вероника перелетела через Ивана и покатилась кубарем — рук на всех у Ивана не хватило. Он только с облегчением успел заметить, что упала она не на асфальт, а на обочину, на землю, а значит, должна была уцелеть. Сам Иван задохнулся от боли — ударился как раз той стороной, где были сломаны ребра. Ударился плечом и проехался по асфальту боком, прижимая мальчишку к себе.