Погружение
Шрифт:
– Думали, больше будет, если честно. Копили-копили, а вышел пшик. Столько домов обыскали, а багажа на пять ходок! Прими мешок… Лёха, надо бы трап носовой спустить и приготовить лебёдку, будем мотор втаскивать. А то тут без рук, без ног останешься.
– Добро.
Мы со шкипером уже заканчиваем крепить брезент, можно передохнуть.
И опять картинка меняется.
Небо над рекой затянуто тучами. С запада в нашу сторону плывёт одинокий разрыв в облаках, через него на тайгу падают призрачные солнечные лучи. Короткий перерыв в работе, «Нива» уехала, наступили мгновения тишины. Тяжестью преддождевого енисейского
Я слышу, как переговариваются женщины, набивая коробки, как скрипит открытая дверь сарая.
Через полчаса вместе с очередной партией груза появляется Дарья и протягивает нам с дедом термос с крепким и сладким чаем.
Шипит на поясе рация.
– «Самоед», ответь базе!
Это Катя такая дисциплинированная, демонстрирует образец радиообмена. Остальные в эфире то и дело разгильдяйничают. Ага, прибыли соседи, надо идти, принимать товар, предназначенные для обмена шесть мешков с мукой уже доставлены на берег. Решаю отправить деда. Не хочу я общаться с Осипом. Хоть дело и кончилось миром да выгодой, всё равно для меня он агрессор. Стимулирующий захватчик. Мужики справятся и без меня.
Как выяснилось, сам Осип тоже не пожелал участвовать в финале, послав пару юнцов.
Обмен проходит быстро, за ним следует прощание, главный коммерсант возвращается на плавмагазин. Ого, какой у них список! Похоже, мы на правильном пути.
И опять пахота на судах.
– Алексей, смотри, как я ружьё пристроил! – хвастается дед.
Его двустволка без чехла висит на крючке в углу рубки, рядом открытый кожаный патронташ жёлтого цвета.
– Пулевыми покамест зарядил! – Фёдорович вытаскивает из кожаного гнезда жёлтый цилиндрик с длинной латунной юбкой. – «Стрела»! Далеко палить можно, аж на сотню.
Мне это неинтересно, башка занята совсем другим, но я хвалю:
– Верное решение.
Кажется, что всё происходит излишне спокойно, даже лениво. А получается быстро.
Глебова то и дело пристаёт ко всем с требованием выпить большую кружку чистой воды. Обеда нет, как нет и аппетита. Это никуда не годится.
– Отчаливаем завтра, ребята, в ночь не пойдём! – решаю я. – Так что занимайте каюты и начинайте обустраиваться. К шести вечера все собираются на «Провокаторе». Если что и осталось, то это мелочи.
Морозильник забит под потолок, трюм пополнился новым грузом.
– Рацию новую будем подключать? – интересуется Игорь.
– Пока нет, – отвечает шкипер без раздумий. – Всё работает нормально, лучше не трогать. Повредим что-нибудь, а времени на починку не будет, пусть полежит. Ты её в инструментальной положи.
Мы продолжаем возиться. Подтягиваем, перекладываем поудобней, закрываем и завинчиваем. Каждый посчитал своим долгом сбегать на берег к избе и проверить на месте – вдруг что-то важное забыто? Опять нервозность, похоже, Фёдорович готов начать вытаскивать стёкла из оконных рам. Надо подвязывать с пахотой.
– Мальчики, ужин будет
– В кают-компании, утка ты мокрохвостая, итить тя в пень, – тихо ворчит шкипер. – Тунгус, ко мне, волчара черномордая! Посиди-ка в рубке, бесёнок, успокойся, избегался, смотрю… Да не молоти ты хвостом по ногам, синяки будут!
Время ещё есть, и я лезу на свой катер – свой плавучий дом…
…Старт! Вышли мы в шесть утра.
«Провокатор» встал впереди каравана и сразу лёг на трек, несмотря на то, что спутниковая навигация пока не фурычит. По графику для этого участка прибор полноценно заработает через три часа. Конечно, шкиперу помогают бакены.
Современные навигационные системы давно пришли на флот, однако никакая электронная картография не заменит ясную голову судоводителя. На Енисее полно предательских отмелей и перекатов, на которые очень часто любят засаживать суда те самоуверенные люди, которые используют в своей работе исключительно электронные карты. Трек мог быть записан или скачан у коллег с другого теплохода в одно время, а судовой ход уже ушел в сторону. Для возможной корректировки маршрута шкипер плавмагазина использует бортовой радар – берега засвечиваются, можно более-менее точно прикидывать дистанцию и выявлять погрешность.
Я плёлся следом, и было мне очень обидно… Какого чёрта? У КС-100 слишком маленькая осадка; чтобы его загнать на мель, надо вообще по сторонам не смотреть.
Пока не устал, идти в такую погоду очень хорошо. Енисей спокоен, на воде – почти зеркало, небо хмурое, но без дождя. По данным эхолота, глубины под килем приличные, с запасом.
Особое удовольствие – осознавать, что этот катер твой. Уж я его укомплектовал в дорогу всякими ништяками! Напилены под нужный размер и наколоты на тонкие полешки дрова, часть сложена возле печки, часть в носовом трюме. Трюм весьма условный, на самом деле это большой ящик, прикрытый люком, я его называю бомболюком. Капитаны «каэсок» часто используют его как хранилище для выловленной рыбы.
Разводить вонь я не собираюсь: ящик тщательно вымыт, и теперь там хранятся тросы и цепи, лопата и ломы, бензопила, отрезная машинка, компактный сварочный аппарат, запас топливной смеси для подвесного мотора, сам мотор, масла и электрогенератор. В салоне-кубрике тоже всё в порядке, в рундуках лежат матрацы, подушки и постельное бельё. Желая достичь максимальной степени автономности, я запасся продуктами. Набор стандартен: тушёнка, варенье, мёд, свежие яйца, масло, соль-сахар, мука для оладий, крупы, макароны, спагетти в пачках и сухари-конфетки. Всегда можно приготовить еду. Не забыл взять сети и пару спиннингов.
С учётом меандрирования реки нам предстояло пройти чуть больше трёх сотен километров к югу. Там теплей, широтные перемещения сильно сказываются на температуре воздуха, Казалось бы, опустился-то всего на сотню км, а организм уже чувствует! Через каждые пятьдесят километров пути я проверяю радиоактивный фон, пока что опасений не вызывающий.
Конечно, мне хотелось рвануть и успеть добраться до цели за сутки. Увышечки, это несбыточные мечты: сухогруз, по сравнению с «каэской», еле плетётся, дай бог добраться за двое суток. Дело в том, что ночью мы будем отстаиваться – нет надёжности в работе приборов, нет опыта и грамотных штурманов… Учимся.