Похищение
Шрифт:
Я шагнул на ступени лестницы и стал подниматься на второй этаж.
На втором этаже с двух сторон шли коридоры. И здесь я нашел первых относительно трезвых мужиков. Они стояли на круглой, окруженной декоративной баллюстардой лестничной площадке, курили и молча смотрели, как я поднимаюсь к ним по ступеням. Сигареты одинаково приклеились к их губам, и они одинаково щурились, уклоняясь от дыма. Они были из тех здоровенных, толстых, страшно сильных, но и неповоротливых мужиков, которых обычно подбирают на рынке вакансий для весьма определенных дел. Таким особенно и поворачиваться нет надобности. Вероятно, здесь в их обязанности
Я поднялся к продолжавшим испытывающе оглядывать меня сквозь сигаретный дым парням, и, приблизив губы к их сближенным ушам, объяснил обоим что мне надо. Показал и фотографию Марины, которую оба изучили по очереди. Потом кивком указав дорогу, меня повели по толстой ковровой дорожке левого коридора. Здесь тоже было люди. Лавируя среди них, мы шли дальше. Причем один из бугаев шел впереди, а второй последним замыкал шествие.
Помещение, куда мы наконец-то попали, вполне напоминало комнату в типовом офисе - с диваном у стены, журнальным столиком, креслами. Напротив входа была ещё одна дверь, возле которой на стуле сидел ещё один упитанный цербер. Он поднялся, подошел к нам, и все трое охранников, сгрудившись вокруг, стали с равнодушной деловитостью обыскивать меня. Я решил не сопротивляться - их право, я здесь непрошенный гость.
ГЛАВА 3
КРАСНАЯ РОЗА
Нашли у меня ключи от квартиры, от машины и удостоверение директора юридической фирмы. Тот, кто сидел у противоположной от входа двери, в эту же дверь и унес мои бумаги. Мне все это очень не понравилось, но я продолжал терпеливо ждать исхода событий. Дверь открылась, и меня пригласили войти.
Я обошел последнего, особо приближенного к телу хозяина охранника, и очутился в большой уютной комнате, пол которой был покрыт толстым персидским ковром, а стены украшены картинами и несколькими бра. Направо стоял телевизор с видеомагнитофоном. С экрана телевизора стонали от мучительного наслаждения обоего пола любовники. Слева находилась широкая удобная кровать, а перед телевизором - два бездонных кресла. На столике между креслами и кроватью находились несколько бутылок, стаканы, ваза с фруктами и маленькое ведерко со льдом и бутылкой шампанского. На кровати, укрывшись с головой простыней, кто-то лежал Мне показалось, что лежавший человек укрылся буквально только что. Рядом с укрытым телом сидел высокий мужчина в плавках и в распахнутом шелковом в китайский узорах халате. На вид лет тридцати.
При нашем появлении - моем и следовавшего за мной телохранителя мужик в халате взял пачку сигарет со столика, выудил сигарету, прикурил и окинул меня заинтересованным взглядом. Меня все происходившее уже стало раздражать. Не дожидаясь приглашения, я сел напротив хозяина, для чего мне пришлось подвинуть ногой одно из кресел, и стал в свою очередь разглядывать его. Пришлось сразу признать, что мужик был хорош: могучий торс и длинные ноги, карие глаза, темные, слегка вьющиеся волосы. Загорелая кожа была чиста и без изъянов. С точки зрения женщин тело передо мной было абсолютно безупречно. Но меня же занимало то, что творилось в его голове.
– Кто ты такой, и что тебе здесь надо?
– спросил наконец этот плейбой. Он ухмыльнулся
– И давай быстрее колись, мое время дорого стоит.
– Мои документы у тебя. Кто я ты уже знаешь. Мне нужна Марина Тарасова. Я приехал за ней по поручению её родственников, - объяснил я и лениво полез рукой в карман.
– Сигареты, сигареты, - бросил я дернувшемуся было телохранителю у двери, и голый плейбой ухмыльнулся.
– А ты наглец, мне это даже нравится. Меня все зовут Клин.
– Я - Быков Герман Геннадьевич, имею юридическую фирму и выполняю индивидуальные заказы. Повторяю, мне нужна Марина Тарасова. Больше меня ничего не интересует. Я хотел бы увидеть её и побыстрее уехать отсюда.
– Ишь ты! Ты что, думаешь я всех сучек здесь знаю в лицо?
– он захохотал и обратился к парню у двери.
– У входа всех останавливаю и фотографирую. А потом досье клепаю.
Толстяк у стены снисходительно улыбнулся, видимо, представляя подобную ситуацию и тоже находя её крайне забавной.
– Слушай, ты, - сказал Клин, наклоняясь вперед, - Забирай свои ксивы и катись из моего дома. Что мое - мое, а ты ко мне не лезь. По-хорошему предлагаю. Я сегодня добрый.
– Значит, признаешься?
– В чем признаюсь?
– удивился он.
– Признаешься, что Марина Тарасова у тебя дома?
– Ну какая тебе, "мусор", разница: признаешь, не признаешь - заладил, - с ленивым презрением сказал Клин.
– Я не "мусор".
– Ну "легавый". И те бегают, и ты бегаешь, вынюхиваешь.
Казалось, он развлекался, беседуя со мной. Чувствовалось, что все им давно решено, обдумано, взвешено, судьба моя ему ясна, и он просто так на свой лад веселится.
– Могу я полюбопытствовать, - вежливо спросил я, указывая на лежащее на диване тело под простыней, - не это ли разыскиваемая девица Марина Тарасова?
– Ты меня, мужик, восхищаешь! Какая же она девица, если лежит здесь со мной?
– он засмеялся, невольно поигрывая мышцами. Телохранитель у стены тоже хихикнул. Я молчал, потому как начинал думать, что женщина укрытая простыней, действительно Марина.
– Ну что, может она остаться девицей, если с ней такой мужик?
Клин, веселясь, перегнулся назад и шлепнул рукой по телу под простыней.
– Ты ещё девица или уже баба?
Из под простыни донеслось какое-то мычание, что вызвало новый взрыв смеха и у хозяина, и у слуги.
– Ты мне позволишь посмотреть?
– повторил я.
Клин вновь расхохотался.
– А если не позволю? Что ты тогда будешь делать? Наряд вызовешь? Или сам попытаешься?
– Придется самому, - спокойно сказал я.
Он отогнал дым сигареты.
– Хотел бы я посмотреть на это. Впрочем, не советую, - он кивнул в сторону охранника у стены и тот сделал предупредительный шаг вперед.
– Послушай, Клин, зачем нам ссориться? Мне нужно только убедиться, что здесь нет разыскиваемой Марины Тарасовой. Я посмотрю и уйду. Продолжу поиск в другом месте.
– А ведь ты не отстанешь, - покачал головой Клин.
– Знаю я вашу породу. Будешь до конца тыкаться во все дырки. До собственного конца, многозначительно добавил он.
– Хорошо, у меня сегодня неплохое настроение. Можешь брать свои бумаги и катиться отсюда. Может, даже мы ещё встретимся в другой обстановке, может, даже мне понадобятся твои услуги, мусор.