Похитители бессмертия
Шрифт:
Сажусь в кресло при резонансной пушке, переключаю ее на ручное управление. На панели лежат наушники, я быстро их надеваю. Окликнув О'Рейли, велю ему тоже вложить в уши этот непременный при бурильных работах атрибут: сканирующий луч пушки дает информацию о составе материала, который необходимо размельчить, потом узконаправленной волной пойдет звук необходимой резонансной частоты словом, нагрузка на перепонки будет изрядная.
Я пробегаюсь пальцами по приборной панели — сканирование произойдет автоматом, мне останется только прицелиться и нажать на гашетку. Берусь за отполированные до блеска металлические
Машина на мгновение выравнивается — словно за мирает в звуковом шоке, потом, сильно забирая влево, начинает падать. Измельчить флаер в стальной салат этой пушечке, конечно, слабо — не порода. А жаль — эффектное было бы зрелище. Но выход из строя всей ведущей аппаратуры я ему обеспечил. А также глухоту его пассажирам на всю оставшуюся жизнь — то есть на тот десяток секунд, в течение которых они достигнут земли.
Флаер падает за холмы, но взрыва нет, только весь живой покров приходит в неописуемое волнение — спружинил он от них, что ли? Волна пошла? Или заглотил железяку с ядовитыми сапиенсами, а теперь мучается коликами?.. Да черт с ними — если живы, пускай налаживают контакт.
Вылезаю из-за пушки и иду к машине, вынимая на ходу наушники. Не оглохли там мои бойцы? Звук, конечно, был узконаправленный, но и здесь гремели отголоски децибел — не зря же платформа вся на титаните, иначе бы рассыпалась в первые же дни эксплуатации.
Подумал и сам себе усмехнулся — в самом деле, что ли, за них волнуюсь? Скорее привыкаю к ответственности. Но только не за Грабера!
Когда дверца поднялась, я обернулся, чтобы поторопить капитана. Волнение уже улеглось, и, поворачиваясь, я краем глаза зафиксировал едва приметное движение между холмами.
Флаер! Еще один. Но этот шел, как и мы, прижавшись к земле, и тоже использовал цветомаскировку, поэтому и сумел подобраться к нам на более близкое расстояние — можно сказать, почти вплотную.
Так и не взглянув напрямую в ту сторону, я по возможности, спокойно — якобы ничего не заметил — разворачиваюсь к двери:
— Грабер, пушку! — Вскинув настороженный взгляд, он мигом забирает у Жен лучевик и сует его мне в руки. — Не то! Веерник! — По спине бродит холодок, словно она голая. Мышцы сводит в чисто инстинктивном порыве нырнуть в салон, спрятаться, уйти из-под прицела.
Почему они не стреляют?.. Опасаются повредить гравиплатформу? Вероятно. Если платформа рухнет, никто не поручится за то, что аппаратура уцелеет. А также за то, что уцелеет драгоценная голова профессора Рунге. Наша фортуна. Ну вот уже Грабер протягивает то, что нужно.
Все тело — натянутая до звона тетива: едва я прикасаюсь к оружию, происходит мгновенный уход в пси-бросок.
Разворот-цель-огонь!
Флаер поражен и падает, теряя цветомаскировку.
Разбился вражеский аппарат о «тундру», спружинил или его поглотила биомасса, я уже не видел: после выстрела противника платформа обваливается вниз, словно лопнул невидимый канат, на котором она висела. А я, бросив пушку, с полуразворота прыгаю назад — в дверь машины, чуть ли не на колени к Граберу. Пальцы левой уже на ключе — контакт!.. И мы зависаем.
А платформа со всем содержимым ударяется оземь в сотне метров под нами. Одно из распростертых там неподвижных тел принадлежит О'Рейли.
Некоторое время сидим молча, глядя вниз. Своего рода дань памяти. Потом Жен, отвернувшись, ныряет в заднюю дверь. Ей и впрямь лучше отвлечься, похлопотать над профессором — профессиональная деятельность помогает прийти в себя. Даже хирургам. Киллерам — нет.
Я закрываю двери. Трогаю.
Сбываются, граберовские мечты — очередной главный свидетель упокоился на дне карьера. Похоже, что в этом мире только такие мечты и сбываются.
Московский портал располагался у них на так называемой центральной площади, напротив здания Администрации. Уже издалека было видно, что здесь кого-то ждут, и я даже догадался, кого именно: меж фургонами разгуливали безопасники в форме, у въезда в портал выстроились полицейские тачки.
Все яснее ясного: на планете, где на два города имеется всего один портал, им незачем было гнаться за нами или заведомо нас встречать. Не тот случай. Тут все гораздо проще: из Кемерова в Москву сообщили по местной связи, что к ним направляются террористы с заложником. Ясное дело зачем — требовать за него алмазный выкуп: капитан Космофлота фигура редкая и довольно ценная. Москва вызвала через компорт полицию и спецкорпус, они прибыли и дожидаются нас у здания Администрации, готовясь к долгим переговорам, в процессе которых произойдет штурм нашего внепогодника отважными спецами — разумеется, победоносный. Это они себе все так представляют.
Ситуация, как это ни странно, наиболее для нас выгодная. А все потому, что смотрим мы на нее с разных точек зрения.
Даже место для нашей посадки было заранее отведено прямо перед зданием Администрации.
Для начала я вывел звук на внешний динамик (незаменимый прием для переругивания в городских пробках) и потребовал с высоты, чтобы нам для приземления расчистили участок перед въездом в портал. Не спеша туда опускаться, я предъявил дальнейшие требования, поначалу заметно их встревожившие велел открыть портал и полностью очистить пропускное отделение от служащих. Все это по идее мне полагалось бы требовать, уже имея в кабине ящик, набитый алмазами.
Они, видимо, решили, что я — хитрый негодяй, раз хочу вести переговоры прямо из помещения портала. Тем не менее эти первоначальные, с их точки зрения, требования выполняются довольно быстро. Великая все-таки вещь — дорогостоящий заложник. И Граберу это не мешало бы учесть
Причины уступчивости стали ясны после въезда в портал: аппаратура оказалась заблокирована, что, по их мнению, должно было превратить нас в пленников, которых можно будет держать здесь в длительной осаде, моря голодом, жаждой и донимая штурмами.