Похитители теней
Шрифт:
Не тратя время на расцепление, Светлан направил корабли вниз, к припортовой площади, куда уже вынеслась странная троица. Пока суда спускались, Жак обрел прежний, почти человеческий вид и помог озерному пирату слезть со взмыленной лошадки. Грог явно был не в себе, будто крепко перебрал или не оправился от ранения. Или просто смертельно устал.
Но когда он вместе с остальными взошел на «Лауру», выяснилось, что причина в ином: парня угораздило подвернуться под взгляд Горгоны. К счастью, он успел вырваться из опасной зоны прежде, чем остолбенел.
Говорил пират с трудом. За него рассказывала Альба, вовсе не робевшая короля и глядевшая больше на Светлана. Вообще Грогу повезло дважды – второй раз, когда на него наткнулся Жак, сразу потащив к целительнице. Иначе бы бедняга возвращался к себе длинной дорогой, и то не гарантировано, что вернулся бы.
– Ну почему люди не слушают советов? – пробурчал Светлан, когда картина прояснилась. – Ведь предупреждал Гийома насчет русалок – нет, сунулся в самую пасть! Маменькин сынок, воистину. На этом и погорел.
– Тут еще Бриз постарался, – сообщил Жак. – А после шел за подранком – видно, хотел добить.
– И?
– И мы встретились, – коротко ответил трансформер. – Одной заботой стало меньше.
– М-да. Нет человека – нет и… А больше, выходит, из ловушки не вырвался ни один?
– Конечно, мальчик мог бы досмотреть концовку, – произнесла Альба. – Но тогда мы ничего бы не узнали.
– Пока она приводила беднягу в чувство, я порыскал вблизи тамошнего места, – прибавил Жак. – Больше – никого. На всякий случай пустил по поселку слух, будто за каждого спасенного король наградит, – это заставит рыбарей чесаться.
– Как бы в азарте они сами не сделались добычей, – сказал Светлан.
– Только самые жадные, – осклабился кузнец. – Эти – пусть.
С жалостью богатырь поглядел на Бэлу, притихшую, съежившуюся. Вот так ждешь своего принца, ждешь… А он возьмет да выкинет фортель. И в каком виде Гийом заявится к невесте: переваренным в Горгону?
– Ты все сделал правильно, добрый человек, – заговорил Луи ровным голосом. (На «человека» Жак усмехнулся.) – Мы не забудем твоего усердия. – Затем посмотрел на Светлана: – Но что теперь станет с Гийомом?
– Я не знаю, – сказал тот откровенно. – И даже не знаю, кто может об этом знать. А полагаться на пересуды…
– Ну, когда нет иных источников… Какой исход более вероятен?
– Скорее всего Дьявол поглотил Гийома и его парней. А внутри чудовища творится… ад. Возможно, картинки, по которым мы судим о преисподней, нарисованы людьми, сумевшими заглянуть в Дьявольское чрево. Хотя сомневаюсь, что они там были, – иначе не поведали бы ничего.
– Что же там делают с пленниками?
– По-видимому, их ломают, лишая остатков человечьего, – пытками, страхом. Уж в этом с Дьяволом не сравнится ни один палач. А сколько времени выдерживают несчастные, прежде чем их превращают в рабов с обликом Горгоны, – тут я не берусь гадать.
– Когда
– На закате, – с трудом выговорил Грог.
– Прошло всего несколько часов, – произнес король. – А до рассвета осталось еще меньше. И если наши предположения верны… Хватит этих часов, чтобы Гийом погиб?
– Понятия не имею, – ответил Светлан.
– А где он может пребывать, когда Дьявол нападет на город?
– Думаю, не среди Горгон – там пока заняты все места. Но когда на смену первым головам гидры начнут поступать новые… Откуда мне знать, какие у Дьявола резервы и по скольку раз он может менять насадки на своих щупальцах? Может, десять, а может, всего три.
– Или даже два – разве нет?
Богатырь пожал плечами.
– Выходит, без боязни можно уничтожать лишь первый комплект Дьявольских голов?
– Э-э, ты куда клонишь? – забеспокоился Светлан. – Наиболее-то страшны как раз старшие Горгоны, самые ядреные. А с каждой заменой они будут делаться слабей.
– И отлично, – заявил король. – Потому что все другие я запрещаю убивать.
– Гм… А что с ними делать: целоваться?
– Их можно срубать.
– Как это?
– Рассекая щупальца, – пояснил Луи. – У вас же хватит на это силы? Отделенные от Дьявола головы не станут вредить.
– Подозреваю, что станут, ибо уже сделались его частицами. А Дьявол, возможно, управляет ими не только через щупальца.
– Если будут наскакивать, сбрасывайте их со стены – не важно, в какую сторону.
– Надо ж, какая щедрость! – хмыкнул Светлан. – Ты представляешь, насколько это усложнит задачу? Мы ведь и так – вовсе не гарантированы. И если проиграем…
– А ты уверен, что сможешь узнать Гийома под личиной Горгоны?
– Не поручусь.
– Видишь? Тем более его не узнают те, кто не встречался с ним. Я не могу рисковать сыном.
– А страну, значит, на фиг? Ты же король, Луи. Не лишай меня последних иллюзий.
– Я не смог уберечь его мать, но сгубить Гийома – не позволю. Буду защищать, сколько хватит сил.
– Любой ценой, да? – покачал головой богатырь. – Не поздно ли хватился, папаша? Или свое большое чувство ты копил двадцать лет?
– Как бы то ни было, я принял решение.
– Это – твое дело. А вот мы можем решить иначе.
– Тогда я прикажу лучникам стрелять в вас.
– И лишишь город последней защиты?
– Но если не остается другого!..
Удивленно покачав головой, богатырь заметил:
– Ты же знаешь, мой король: я могу свернуть тебе шею – в любой миг.
– Я знаю также и то, что ты не сделаешь этого, – возразил Луи.
– А вот я не уверен. Если любимый правитель делается опаснее для страны, чем пришлое чудище… К тому же я не желаю, чтобы стреляли в моих друзей.
Артур одобрительно кивнул, Лора оскалилась с угрозой. Даже де Круст явно не одобрял своего короля, хотя, верная душа, уже изготовился его защищать – отлично понимая, что шансов никаких.