Пока стоит маятник
Шрифт:
Она шла по коридору школы, а ей казалось, летит: за спиной, будто крылья выросли. Теперь свободна от нудных занятий живописью, скучных и неинтересных чтений и разборов пьес. Жалела только о том, что потратила кучу времени на эту ерунду.
– Алён, подожди! – остановил её полёт знакомый голос.
Она обернулась. Звал ученик из параллельного класса Денис Геленов, с которым она общалась только во время подготовки к олимпиаде по химии.
– Я нашёл пару новых решений к задачам.
– Не
– Точно. Приготовился долго ждать тебя, в своём театральном вы по три часа копаетесь.
– Больше копаться не буду, я бросила и театр, и рисование.
Денис поправил стильные очки, одобрительно кивнул:
– И правильно. Зачем тебе это надо, ты же химией увлекаешься. Пошли в лабораторию, на опыте покажу решение задачи.
Алёна замерла, тряхнула головой.
– Геленов – ты гений, а вот я не смогла найти ответ.
– Так кардинально я бы себя не называл, но умным считаюсь.
Алёна засмеялась.
Глаза Дениса и так большие, от удивления расширились ещё. Он ни разу не видел её смеющейся.
– У тебя ямочки на щеках.
– Всегда были, ты Геленов рассеянный человек.
***
Алёна отзвонилась матери, позавтракала, на всякий случай сообщила соседке, что собирается позаниматься в библиотеке. Потом замкнула дом изнутри, поставив перед собой маятник, уселась на пол. Переход на Тарию произошёл быстро, словно она уже проторила дорожку в параллельный мир. После заснеженной улицы странно смотрелась пожелтевшая трава, чуть колыхающаяся от слабого ветерка. Солнце стояло прямо над головой.
– Неркан! – позвала Алёна.
Шелест травы и больше ничего.
– Неркан – крикнула она громче.
Вспомнив, откуда он выбрался в последнюю их встречу, направилась туда. Проходя мимо камня, похожего на все остальные, она так и не научилась разбираться, где спящие тарийцы, а где настоящие камни, дотронулась до него. Валун шевельнулся. Алёна с визгом отпрыгнула.
– Это ты, Неркан.
Тариец медленно приподнялся, расправил руки, ноги.
– Когда ты прибыла?
– Только что. И, между прочим, я громко звала тебя.
– Увлёкся немного. Ты принесла маячок?
Алёна протянула прибор. Морщинистая тёмная рука схватила маячок.
– Мало! – раздался недовольный голос Неркана. – Почти совсем нет энергии, мало нужных эмоций.
Алёна удивилась.
– Не может быть. Я всюду брала прибор с собой: и на свадьбу мамы, и в больницу к Ольге, да везде. Там должно зашкаливать от эмоций.
– Ты не слушаешь! Мало нужной мне энергии.
– А какая разница? Ты же не киношный злодей, которому для подпитки нужны страдания и муки жертв. – Алёна посмотрела в мутные зеленовато-серые глаза инопланетянина.
– Не злодей. Мне нет дела
Алёна с подозрением уставилась на Неркана.
– Эмоции для тебя, как наркотик. Извини, но я не собираюсь издеваться над одноклассниками и знакомыми.
Неркан подтянулся, устроился на камне удобнее. Сложил руки на бочкообразном теле.
– Ты сама хотела наказать обидчиков, я помог тебе. Продолжай в том же духе, и останемся довольны оба.
– Из-за меня одноклассница чуть не попала в психушку. Я слишком далеко зашла, больше не хочу никому мстить. Удовлетворения никакого, только совесть замучила.
– Я думал ты сильная, не размазня, как большинство землян. Владеешь своим телом, проходишь из мира в мир. Что тебе чьи-то переживания?
Алёна ощутила резкую неприязнь к тарийцу. Он использовал её, а она легко поддалась на искушение навредить четвёрке Платовой. И сейчас подзуживает.
– Как оказалось, чужая боль затрагивает меня. Извини, но я вряд ли ещё соберу для тебя отрицательные эмоции.
– Тогда верни мой голограф, – прошипел инопланетянин. – Ты разочаровала меня. Зря я столько лет ждал твоего появления, думал, мы станем полезны друг для друга.
Алёна положила голограф на ближайший камень.
– Да пожалуйста. Он мне не нужен.
Неркан протянул руку.
– Подай голограф.
Алёна насторожилась, глаза тарийца дважды сменили цвет. Она ощутила непонятную угрозу.
– Сам возьмёшь, – на всякий случай она отступила от камня на пару шагов, встала вплотную к месту перехода.
– Погоди! Ты что, опасаешься меня? Тарийцы миролюбивая раса. Извини, я немного расстроился. Забирай голограф, вдруг пригодится.
Алёна ощутила ласковое тепло в голосе Неркана и поняла: «А ведь снова он пытается ментально на меня воздействовать». Прикинула расстояние от тарийца до камня, на который положила прибор.
– Ты можешь добавить в голограф изображение: глубокой ямы с водой, каменной стены или допустим колючей изгороди.
– Конечно. Сейчас сделаю, подай прибор.
Алёна покачала головой.
– Сделай, а я в другой раз заберу голограф, сейчас спешу домой. – Она повернулась к светящемуся овалу, краем глаза успела заметить злобную гримасу на лице тарийца.
Алёна считала Неркана неуклюжим, но он как-то быстро переместился и левой рукой, схватил её за щиколотку. Алёна взвизгнула и ударила ногой по серой конечности тарийца. Сухая кожа лопнула и выступили несколько капелек тёмной крови. Его пальцы разжались. Алёна прыгнула в проход, успев услышать его слова.
– Прости, я не хотел тебя напугать. Буду ждать здесь.