Пока стоит маятник
Шрифт:
– Ага. Сила есть ума не надо, – хмыкнула Алёна, намекая на плохие оценки Даниловой. – Я с вами драться не собираюсь. По-другому разберусь.
Прозвенел звонок на урок. Юля показала Алёне средний палец.
– Ждём, не дождёмся.
В этот день Алёна толком не слышала учителей. Обида на Диляру разъедала душу словно кислота.
«Я была совершенно права, когда решила, что мне никто не нужен. Больше никогда и ни с кем не буду дружить»
Глава 4
Вернувшись из школы, Алёна быстро поела, до прихода матери с работы оставалось
– Ау, Неркан!
– Я здесь, – услышала она ответ на свой призыв. – Задумался. Решал интересную математическую задачу. Справа от неё зашевелилась высокая трава, из неё высунулась сначала круглая голова, а потом неровное туловище.
– Тут есть ещё кто-нибудь живой? – Алёна потыкала пальцем в твёрдую поверхность рядом с собой. – Это настоящий камень или…
Неркан, медленно перебирая тонкими кривыми ножками, приблизился к ней.
– Или. Это место что-то вроде ваших песчаных пляжей. Здесь, скажем так, тарийцы отдыхали.
Алёна посмотрела тарийца, почти вросшего в местную землю.
– Этот явно слишком давно тут отдыхает. Твёрдый и холодный, совсем, как настоящий камень. Может, он умер?
Неркану явно тяжело давалось стояние, он опустил туловище на траву.
– Тысяча пятьдесят четвёртый жив, просто находится в глубоком анабиозе.
– Как лягушки зимой?
– Глубже. В таком состоянии он может находиться бесконечно долго. Это одна из наших способностей, – в голосе Неркана звучала гордость.
Алёна поёжилась. Ужас. На долгие годы превратиться в неподвижный объект и лежать, зарастая травой.
– А зачем он так сделал? У вас есть дома? Или все жители Тарии валяются на земле, будто куски скал?
Неркан возмущённо забулькал, Алёна не разобрала ни единого слова.
– Не поняла, что ты сказал?
– Ты как представитель отсталой Земли не понимаешь высших достижений нашей цивилизации. Мы совершенно ни в чём не нуждаемся, ни от чего не зависим. Мы прошли все стадии технического развития и достигли высшей точки. Наши города и техника давно рассыпались в пыль за ненадобностью. Планета очистилась и вернулась к истинному облику. Нам не нужна одежда и дома, чтобы согреваться или охлаждать тела. Не требуется техника для перемещения, мы в любом месте подключаемся к информационному полю планеты. И не только своей, но и ближайшего параллельного измерения. Имея в запасе тысячи лет жизни, нам не нужно спешить. Капсулой сознания каждый житель Тарии может перемещаться в любую часть своей планеты. А тот,
Алёна пожала плечами.
– Как я поняла: тот, кто тут лежит холодным булыжником, достиг высшей точки развития и сейчас создаёт новый мир.
– Правильно.
– Выглядит жутковато.
– Твой неразвитый ум пока не способен осознать.
– Если Тария похожа на Землю, значит, у вас похожие созвездия. Вы летали на них?
– Да. На заре нашей цивилизации.
– Нашли других инопланетян?
Неркан поднял круглую голову к небу.
– Все планеты солнечной системы безжизненны. Но в одном из созвездий Большой Медведицы есть планета Мицар, вот на ней мы и обнаружили развитую цивилизацию. На нашем языке они носят другие имена, я назвал по земному, чтобы тебе было понятнее. На Мицар мылящие существа как раз достигли высшей точки развития, как мы сейчас. Но тогда мы не поняли их, совсем как ты нас. Полная гармония и слияние с собственной планетой на ментальном, информационном и физическом уровне – высшая точка развития цивилизации.
Алёна задумалась.
– А как вы стали такими?
Ей показалось, в странных глазах Неркан промелькнуло смущение.
– Были ошибки. Мы почти погубили планету, но смогли выжить. Внешний облик – заслуга биоинженеров и… радиации. Но всё это в прошлом.
Алена пригляделась к нему. Глаза инопланетянина стали серыми.
– А почему ты другой? Не впадаешь в анабиоз и не творишь свой мир?
– Видимо, я ещё слишком молод, мне интересны любые проявления жизни. Мы слишком заговорились с тобой. Ты не потеряла маячок?
Алёна протянула ему белую коробочку. Неркан бережно принял её, коснулся ею одного из своих запястий. На глазах изумлённой девочки, по поверхности коробочки забегали разноцветные огоньки, потом они погасли.
– Спасибо. Столько эмоций и какие сильные, – произнёс он довольным голосом, возвращая маячок. Позже я наслажусь ими.
– Прибор записывал мои эмоции?
– Не только твои. Все эмоционально-психические волны в радиусе пяти метров. Я же говорил: мы полезны друг другу. Мне неоткуда взять эмоции. Я могу видеть, подключаясь к земным устройствам, как их испытывают другие, но сам не способен. Печально сознавать, но я отклонение, атавизм, ошибка, раз пока не могу как все тарийцы стремиться к совершенству. Ты тоже ошибка, атавизм. Помогла своей подруге?
Алёна печально вздохнула:
– Почему я атавизм?
Неркан выпучил и без того круглые глаза.
– Обязательно объясню. Потом. Мне нравится с тобой беседовать, я чувствую себя ожившим, но твоё время пребывания здесь истекает. Чем тебе ещё помочь?
– Одна помощь мне уже вышла боком. Теперь Диляра на меня злится.
– Без последствий не бывает. Если тебе ничего не нужно, отправляйся назад. Приходи как-нибудь ещё, буду ждать.
Алёна вспомнила о своём обещании отомстить банде Платовой.
– А нет. Есть одно дело. Мне нужна подсказка. Я хочу наказать своих врагов, но не знаю как. Хорошо бы их сильно напугать.
Неркан погладил запястье. Его глаза сменили цвет: из серых стали голубыми.
– Назови имена своих врагов, и я узнаю, чего они боятся больше всего.
– Как? Поищешь на открытых сайтах?
– На закрытых тоже. Если что-то попало в информационные сети остаётся там навсегда – Пальцы Неркан зашевелились в воздухе.
– Что ты делаешь? А где же экран?