Покрывало ночи
Шрифт:
Трактирщик осторожно нащупал правую руку левой, проверяя свое наличие в окружающем мироздании. Наличие имело место.
Живой.
А что не заплатили, так это… ерунд, а в сущности. Ерунда. Не в деньгах счастье. Не в деньгах. Вот.
Придя к такому потрясающему умозаключению, трактирщик дрожащей рукой налил себе полный стакан своего лучшего вина и единым махом опрокинул его в себя. Дорогущее, зараза! Но… для живого себя – ничего не жалко. Ничего. Честное слово.
Трактирщик уже собрался было повторить подвиг щедрости, но тут открылась дверь и тихо вошли они. Трактирщик так и не понял, сколько их
Кошмар. А ему казалось, что страшнее ронских магов ничего и на свете не бывает. Как же.
Трактир заполнился до отказа, и и дверь захлопнулась.
– Садись, – приказал кто-то, и вошедшие быстро и дисциплинированно сели.
Трактирщик умудрился затолкать в себя небольшой комок воздуха и теперь пытался повторить эту полезную для здоровья процедуру.
– Трактирщик! – продолжил тот же голос. – Еды на всех!
– Что прикажут уважаемые господа? – стараясь не дрожать, спросил трактирщик.
– Вино и мясо, – прозвучал ответ. – И шевелись! Повелитель не должен ждать.
Содрогнувшись от непередаваемого ужаса и наконец-то сумев как следует вздохнуть, трактирщик опрометью бросился выполнять приказ.
– Эй, кто там! – придушено заорал он на попрятавшуюся от греха прислугу. – Живо сюда, вы! Убью, зарежу, а потом уволю без выходного пособия!!!
– Хорошая идея! – воскликнула его лучшая служанка, опрометью убегая через заднюю дверь.
– Главное – своевременная! – добавил старший повар, улепетывая следом, прямо в чем был, даже не переодевшись.
Трактирщик с тоской посмотрел, как развеваются узорчатые полы его поварского халата, как смешно подпрыгивает его треугольный поварской колпак, и вздохнул.
«Хорошо им. Они себе везде работу найдут. А мне бежать некуда. Это мой трактир.»
– Ну, чего стоите? – бросил он второму повару и двум оставшимся служанкам.
– Мы с вами, хозяин, – ответили те.
– Тогда живо тащите вино и мясо из погребов! – рявкнул он. – И не дрожите так. На столы… сам подавать буду.
– Но… – жалобно пискнула одна из девиц. – Эти… они так смотрят, словно вот-вот съедят!
– Вот поэтому и нужно накормить их досыта! – рявкнул рассерженный трактирщик. – Чтоб не съели. Бегом, дуры!
Обрадованные тем, что в зал им идти не придется, девицы мигом притащили все, что следовало. Второй повар от них не отставал.
"Я даже не думал, что он такой здоровый, " – отрешенно помыслил трактирщик, завидев, как повар единым духом доволок из подвала тяжеленный бочонок вина. – «Да его ж втроем катить нужно!»
Тут же, хлопнув себя по лбу, трактирщик кинулся за кувшинами.
«Стою тут, разинув рот, а эти-то… не приведи Боги, если осерчают! Ведь и впрямь – сожрут!»
Сжав зубы и стараясь не глядеть на ужасных посетителей,
«Только бы ноги не подвели!»
Собрав всю волю в кулак, он поинтересовался не желают ли восхитительные господа какого-нибудь гарниру. Есть замечательные салаты. Изумительный картофель. А еще…
– Мы этого не едим, – ответил все тот же голос.
«А остальные что – немые? Верно, что так. Не иначе. Гарниров не едят. Да что ж это деется-то, люди?!»
Посетители молча пережевывали мясо, запивая вином. Молча и монотонно. Их однообразные движения завораживали.
«Не смотреть на них. Только не смотреть. Это главное.»
– Подойди, – велел голос.
Трактирщик вздрогнул и повиновался.
– Протяни руку.
Протянул.
Ладонь дрогнула от тяжести кошеля.
– Золото, – произнес голос. – Повелитель хорошо платит тем, кто оказывает гостеприимство его слугам.
«Даже если там серебро – я в барыше!» – мелькнуло в мозгу трактирщика.
– Благодарю, господин, – трактирщик склонился в низком поклоне.
– Благодари моего Повелителя, – отозвался тот.
– И его тоже! – кланяясь пробормотал трактирщик, а сам скрутил в кармане кукиш.
«Кто знает, что вы за птицы, но упаси меня Боги от вашего Повелителя!»
И в этот момент снаружи послышался топот копыт.
"Много лошадей, " – с тревогой подумал трактирщик. – «Армия, небось. Или опять маги.»
Ему стало очень интересно, что случится, если новые гости сунутся в трактир. А ведь сунутся. Как пить дать, сунутся. Жрать-то всем охота, а другого трактира поблизости нет. Нет и не было никогда.
Ну… точно!
Грохнула дверь, и сочный увесистый гомон с треском ворвался в трактир.
– Все вон! – с порога взревел кто-то. – Освободить место для гвардии Его Величества!
На ослабевших ногах трактирщик доплелся до стойки. Опустил в укромный уголок кошель с деньгами.
«Жив останусь – заново трактир отстрою!» – подумал он.
После чего сел на пол и накрыл голову пустым мешком. Мешок пах ветчиной. С грохотом и смехом, звеня доспехами, ронские гвардейцы ввалились в зал.
– Я сказал – все вон! – вновь заорал кто-то из них.
– Пива! Вина! Жаркого! – орали другие. – Где хозяин? Шевелись, падла, не то трактир разнесем!
– Уходим, – сказал предводитель нелюдей, сидящих в трактире, и его тихий голос легко заглушил громкие вопли гвардейцев.
Трактирщик сидел, с головой укрывшись мешком, и пытался припомнить хоть одну молитву. Поэтому он не видел, как нелюди внезапно одним общим движением встали. Он не видел, как взлетели тусклые мечи. Как один за другим на пол стали валиться гвардейцы. Один за другим. Один за другим. Изрубленные до того чудовищно, что некоторых нельзя было признать за людей. Немногие, успевшие выхватить оружие, так и не смогли пустить его в ход. Стремительность, с какой действовали нелюди, не оставила их противникам никаких шансов. Трактирщик не видел, как на изукрашенных латах и ярких плащах расцвели чудовищные кровавые цветы. Зато он отчетливо услышал, как грозный рев ввалившихся гвардейцев прорезали короткие вздохи свистящей стали – а потом рев и крики сменились страшным булькающим хрипом, страшным еще и оттого, что он был многоголосым. Впрочем, хрипели гвардейцы недолго.