Поле битвы
Шрифт:
И тогда монстр выступил из недр. Проявив себя, Машина вступила в контакт с правительством молодой колонии. Она пообещала им поддержку, обмен знаниями и создание комфортных климатических условий. Взамен Машина попросила не много — предоставить ей генетический материал для создания собственной расы.
Информация, накопленная за тысячелетия, оказалась бесценной, и люди согласились. Двести лет Машина трудилась, создавая, отращивая репродуктивные органы, а колонисты собирали по всем планетным системам подходящий генетический материал. Метаболизм новых жителей планеты оказался чужд расе, некогда создавшей
Двести лет совершенный биоорганизм работал над задачей, и двести лет колонисты выполняли обещание — пополняли информационную базу Машины и искали во Вселенной родственную ей расу.
Такой расой оказались песчаники. Племя людей с далекой убогой планеты абсолютно подходило для целей Машины. Замкнутый мир песчаников не испытал генных мутаций, «чистая раса» Великого Народа попала в сферу интересов могущественной к тому времени цивилизации Каррины.
И даже отдаленность Песочницы вполне устраивала монстра. Он не хотел привлекать внимания к отдаленному миру. Новые жители Каррины перенесли на космические корабли часть саморегулирующихся репродуктивных органов Машины и отбыли к Благословенной Земле.
Отсталая планета приняла посланников с богатыми дарами и распростертыми объятиями. Остановившаяся цивилизация засыхала в песках, и любой всплеск, любое движение спасали жизнь. Правительства быстро договорились, каррианцы спрятали под землей то, что привезли с собой, и возвели на этом месте храм.
Позже его назовут храмом Матерей.
Но это много и много позже. А вначале Машина поставила перед собой простую цель — оплодотворить своим генетическим материалом как можно больше молодых и здоровых женщин Благословенной Земли. Создав по всей планете сеть современнейших больниц и клиник, монстр заставил врачей без устали трудиться.
Но все впустую. Лишь одна из миллионов женщин смогла родить жизнеспособного ребенка. В других же случаях произошло либо отторжение плода, либо появление мертворожденного дитяти.
Не помогали ни медицинские препараты, ни уход за роженицами, ни искусственное выращивание плода. Природа наказала Машину за самоуверенность.
И тогда монстр решил создать религию. Там, где научные подходы потерпели фиаско, на выручку приходило чудо — молитвенный экстаз. Когда женское естество нацеливалось на получение результата — ребенка, происходили чудеса.
Над спрятанными под землей частями Машины создали Купель. Тонны жидкости прокачивались через губчатые репродуктивные органы Машины, насыщались живыми молекулами и собирались в чашу Купели. Миллионы женщин Благословенной Земли прошли через омовение в храме Матерей, и чудо свершилось — за девятьсот лет существования молитвенного омовения на свет появилось двести шестьдесят восемь детей.
Сейчас их было сто семьдесят четыре. И их звали — легисы.
Каждая молекула-сперматозоид отца несла в себе всю собранную Машиной информацию, плод-мутант становился разумным еще во чреве матери. И мало того, Природа отплатила трудолюбивой Машине сторицей. Еще не рожденный легис получил ментальную связь с отцом. Через невообразимо огромное расстояние тянулась, создавалась нить прикосновения разума к разуму. Препятствием для этого контакта становились лишь определенные металлы. И
Железо на Благословенной Земле объявили вне закона.
Планета стала стерильным родильным домом для легисов.
Политический и религиозный строи Песочницы поставили на службу единой цели — созданию потомства монстра.
Машина добивалась господства во Вселенной.
В течение почти девяти столетий на ключевые посты в галактиках вставали легисы. Существа, обладающие всей мыслимо полной информацией, через отца обменивались данными и правили Миром. Машина рассредоточила своих детей в правительствах и Советах, ни одно важное решение не принималось, не пройдя предварительную оценку и обработку в недрах Каррины.
Каррина добилась своего — негласно правила мирами. Машина получила новую игрушку — огромную, подвластную Вселенную.
Благословенная Земля безропотно поставляла рекрутов-легисов. Огромный и стерильный родильный дом охранялся всеми силами галактик. И он был — тайной. Точнее, Каррина и Благословенная Земля Великого Народа стали самой охраняемой тайной изученной Вселенной. В суть и масштаб происходящего на этих планетах, кроме легисов и Машины, не был посвящен никто.
Но несколько веков назад один из легисов случайно подвергся ментальному зондированию. Секрет Машины мог быть раскрыт, существование теневого правительства едва не выплыло наружу.
Только мгновенная связь пострадавшего легиса с отцом и немедленная реакция Машины — уничтожить данную планету! — спасли их от разоблачения. После этого случая и прецедента похищения песочника с Благословенной Земли всех менталов целенаправленно истребляли по всем галактикам. Тайна должна быть сохранена…
Даяна с трудом вынырнула из видения и слепо обвела глазами роскошную каюту, еще больше, чем ранее, показавшуюся ей раззолоченной тюрьмой Ее сын был прав, — то, что он позволил подсмотреть, человеческий мозг осмыслить не в состоянии. Мыслящая планета Каррина… Тысячелетия исследований… Уничтожение целой расы и попытка создания новой…
Легисы.
Правители Вселенной.
Для их могущества не существует пределов. Корабль из цельного кораллопласта — сухая горошина в сокровищнице Властителей… Они играют мирами, как камушками из шивата, сочиняя картинки и создавая историю цивилизации…
Узнав так много, Даяна словно вывернула все знания о Вселенной наизнанку. К этому невозможно привыкнуть, мир наоборот. Сто семьдесят четыре легиса сшивают и расшивают миры…
Сын был прав — такое знание подавляет.
«Ты постепенно привыкнешь, мама», — сказал ей сын.
«Как и другие Большие Матери? Они быстрее привыкали?»
«Они ничего не знали. Я — исключение. Мутант среди мутантов. Едва зародившись, легис получает связь с Отцом. Мать ему не нужна».
«А я была экраном, — в полной мере поняла Даяна значение этих слов. — Живым экраном из витахрома».
«Да. Я не смог вступить в контакт с Отцом».
Даяна вспомнила параноидальную тревогу, страх и раздражение первых недель беременности. Ее сын с остервенением искал возможность выхода на связь с Машиной и не находил.