Поле боя – Земля
Шрифт:
Джонни с большим усилием забрался в боевой самолет. Там были шерстяные одеяла. Первый удар он получил о панель управления, страховочный пояс не уберег. Он обмотал колени и пульт одеялами, спохватился: в салоне самолета валялось множество предметов, и при взрывной волне каждый мог превратиться в метательный снаряд. Он вышел из кабины и принялся бросать вещи в распахнутую дверь бомбодрона. Коробки с боезапасом, лопата – зачем она тут? – и прочее. Он избавился от подвесной лестницы и сети для руды. Вещевой мешок затолкал под сиденье. Борясь с безудержным приступом тошноты, упал в кресло пилота и намотал на себя одеяло. Дважды опоясался ремнем безопасности и вжался в спинку. Пора… Проверил режимы автомата: «Полная мощность», «Уничтожение», «Готовность». Нацелил ствол на коробку с капсюлями. Кажется: бомбодрон накренился, или померещилось? Взглянул на индикатор. Точно! Его боевой самолет находился выше по уклону от
Бомбодрон превратился в реактивную ракету. Из его дверей, как из сопла, вырывались струи зеленоватого пламени. Джонни ухватился за панель управления, пытаясь выровнять машину. Та не слушалась. Правый мотор не заводился. Самолет начал медленно вращаться и уходить в пике. Скорость его все увеличивалась. Левый мотор не справлялся.
Боевой самолет Джонни штопором врезался в шторм.
7
В головокружительном падении Джонни сражался с управляющей панелью. Было очень трудно сосредоточиться. Если вырубить первый мотор, может быть, самолет начнет планировать? Удалось. Потом он вспомнил, что автомат все еще на спуске. Он сбросил одеяло, отключил стрельбу и увидел… Бомбодрон, превратившийся в огромный жуткий факел, зловеще падал прямо на него. За монстром тянулся черный дымовой след. Джонни запустил двигатель, и вращение началось с прежней силой. Бомбодрон прошел так близко, что Джонни обдало жаром. Боевой самолет стремительно приближался к… воде? Вода… Джонни испытал облегчение. Значит, еще не Шотландия, он над морем. Вода! Сейчас последует удар. Он знал, что давление воды заблокирует двери. Собрав все силы, опустил стекла обоих бортов. На что бы нажать для снижения скорости падения? Машина рухнула. От сотрясения Джонни потерял сознание. Но ледяная вода тотчас привела его в чувство. Она заливала кабину двумя мощными струями. Джонни боролся с огромным неподатливым спасательным ремнем психлосов. Казалось, вокруг все плывет. Наконец он сбросил ремень. Вода становилась все темнее. Очевидно, машина стремительно погружалась. Неужели он сейчас отключится? Как хорошо, что больше не крутит… Внезапно его охватила решимость. Он освободил колени. Никто не придет на помощь, рассчитывать можно только на свои силы. Нет, напрасно, в такой ледяной воде не выжить. Он заставил свое тело протиснуться сквозь ветровое отверстие и начал всплывать. Воздушные баллоны маски тащили вверх. Вода просачивалась под маску, смывая кровь со стекла. Толща воды становилась светлее. Он добрался до поверхности?! Вокруг бушевала стихия. Огромные бурлящие волны вздымались и опадали, сплошная стена дождя и брызг. Жуткое зрелище! Холод сковывал все его существо. Джонни понял, что еще немного, и он потеряет сознание. Теперь уже – навсегда. Волны накатывались, заливая уши. Ему вдруг почудился голос. Он знал, что умирающим часто слышатся ангельские голоса, а он, несомненно, умирал… Опять? В который раз ему померещилось то, чего он так жадно желал. Но, кажется, что-то действительно ударило по стеклу маски. Конец веревки? Он напрягся. Почудилось, что увидел Даннелдина, спускающегося по какой-то веревочной лестнице… совсем близко над водой… Даннелдина то и дело окатывало мощными валами. Джонни почувствовал, как петля охватила его кисть и крепко затянулась. Уши оказались над водой, и он услышал… Нет, это не бред! На веревочной лестнице – промокший насквозь Даннелдин…
– Давай, давай, парень! – кричал тот. – Цепляйся покрепче! Сейчас вытащу тебя. Холодновато еще купаться…
Часть 15
1
Сознание возвращалось к Джонни мучительно медленно, с трудом пробиваясь сквозь пелену черноты и боли. В памяти отрывисто всплывали эпизоды. Вот он лежит в самолете. Потом посадка. Кто-то с ложки кормит бульоном. Несут куда-то на одеяле. Зал с каменными стенами. Незнакомые лица. Сильная боль в руке. Но вот он снова проваливается в темноту… Кажется, он опять в бомбодроне. Джонни открыл глаза и увидел склоненное над ним лицо Даннелдина. Как?! Разве он не в воде… Нет, кругом тепло и сухо.
– Кажется, приходит в себя, – мягко произнес незнакомый голос. – Скоро начнем операцию.
Джонни увидел множество башмаков и юбок. Все башмаки и юбки, юбки и башмаки, как их много,
– Что это? – чуть слышно прошептал Джонни, показывая слабым жестом на трубку.
– Кровь переливают, – ответил Даннелдин. Взвешивая каждое слово, скрывая страшное беспокойство за жизнь друга, он старался напустить на себя веселость. – Тебе крупно повезло, парень. Теперь в тебе течет королевская кровь Стюартов – ни больше, ни меньше! Отныне ты прямой наследник шотландского трона, после меня, разумеется.
Доктор подал Даннелдину знак, чтобы не увлекался. Все понимали, что Джонни может умереть, шансов выжить у него слишком мало: череп пробит в двух местах, множество переломов, состояние шока. Дыхание едва прослушивалось. Там, в подвалах замка, на земле, где оперировали веками, трепанация была отработана неплохо. Однако даже в хороших больничных условиях вероятность летального исхода всегда оставалась высокой. Джонни же случай очень редкий.
– Это доктор Мак-Кендрик, – представил Даннелдин. – Он поставит тебя на ноги. Ты, как всегда, превзошел всех. Любой на твоем месте ограничился бы одним проломом черепа, тебе же – подавай два… – Даннелдин улыбнулся. – Все будет хорошо, вот увидишь.
Господи, как бы ему хотелось верить в то, что он говорил! Но какое у Джонни посеревшее, безжизненное лицо.
– Наверное, мне следовало бы остаться в бомбодроне, раз ты был совсем близко, – прошептал Джонни.
Самый старший из шотландцев отрицательно покачал головой. Глава клана фиргусов подался вперед:
– Нет, Мак-Тайлер, эта штуковина была всего в миле севернее мыса Гнева. Считай, почти над нами!
– Как же меня нашли?
– Знаешь, – начал Даннелдин, – когда ты зажег такой факел в небе, это послужило сигналом для всех кланов. Ну и представление же ты устроил! Бомбодрон, охваченный пламенем, взвился, как ракета, осветив всю Шотландию. Это надо было видеть.
Глава агриллов ухмыльнулся:
– Твой друг тут слегка приврал, Мак-Тайлер. Он говорил нам, что заметил небольшой предмет, упавший в ледяную воду, а уж потом мы заметили вспышку в небе.
Даннелдин сохранил невозмутимый вид:
– Для истории пусть останется, как рассказал я.
Все одобрительно закивали. Действительно, так лучше.
– Который сегодня день?
– По-психлосски – девяносто пятый.
Странно, подумал Джонни, сколько дней выпало из его памяти. Где он был все это время? Где он сейчас? Почему?
Врач заметил его растерянность.
– Они ждали меня, – объяснил он. – Меня в тот момент не было в Абердине. Потом искали для тебя доноров. Кроме того, тебя же еще нужно было вывести из шока, отогреть как следует. – Он печально покачал седой головой. – Если бы я знал, что с тобой такая беда случилась… Мне ведь пришлось оказывать помощь и другим.
Джонни насторожился:
– Много ранено? Говорите правду! Им нужен врач?
– Нет-нет, – заверил Глава камеронов, – доктор Аллен, которого отправили два дня назад, тоже хорошо во всем разбирается.
– Пострадал двадцать один человек, – доложил Даннелдин. – Один из них – ты. Погибло двое. Это еще легкие потери, если учесть, что мы сделали. Остальные приходят в норму.
– Кто эти ребята? – Джонни шевельнул слабой рукой в сторону скамейки.
– Эти? А-а… это члены Мировой Федерации по объединению человеческой расы. Первый – Мак-Дональд, говорит по-русски. Второй – Ашгрилл, его язык немецкий.
Даннелдин, разумеется, слукавил. Парней собрали в этот самолет просто потому, что у них была такая же группа крови, как у Джонни.
– А почему я опять в самолете?
На этот вопрос никто отвечать не хотел. Доктор предупредил, чтобы Джонни не волновали. В действительности же они переправляли его на подземную оборонительную базу в горах. Их могли контролировать. Никто толком не знал, что произошло при телепортации бомб, взорвались они или нет. Сдавшиеся психлосы-братья толковали о каком-то защитном экране на перевалочной станции Психло, о том, что преждевременная волна отдачи свидетельствует о закрытии этого экрана. Они еще объяснили, что обыкновенная соль нейтрализует смертоносный газ. Ангус раздобыл мощные вентиляторы, их установили на подземной базе, снабдив солевыми фильтрами. Отряд бесстрашных русских парней заканчивал расчистку древней базы, а пастор занимался погребением останков. Лучшего укрытия, чем старая оборонительная база, для Джонни не подыскать! Даннелдин уклончиво ответил: