Pole dance

Мун Алекса

Поднимаюсь со своего места и тут же становлюсь центром всеобщего внимание.

— Ты че рыпаешься, а ну села! — шипит на меня Стас.

— Иди нахер, Стас! — шепчу ему в ответ.

Что-то сегодня у меня какой-то день посылания всех нахер.

— Имя? — произносит Мирослав, а у меня такое ощущение что он обратно впечатывает меня в стол.

— Пантера. — Отзывается Стас.

— Мы что блядь в зоопарке?

— Кира! — отвечаю я.

— Совещание законченно! — поднимается, — А ты

Пантера-Кира, идёшь со мной.

6

Мы сидим в кабинете уже больше пятнадцати минут.

Я — в кресле Биг Босса. Кстати очень удобное! Стасик говорил, что там ещё где-то есть кнопка, котороя превращает это кресло в массажное.

Он — сидит на полу оперевшись спиной об дверь. Мужчина, таким образом, удерживает меня здесь.

Просто когда мы сюда зашли и он отшил Макса, который впрягся меня сопровождать, у нас с ним случилась небольшая потасовка. И когда я поняла, что мой откровенный наряд выставляет меня отнюдь не в выиграшном положении, я отошла на максимально безопасное расстояние.

— Мне нужен чистый листок и ручка.

— Договор лежит справа от тебя.

— Я не собираюсь ни с кем заключать договор. Я хочу написать заявление об уходе. Хотя знаешь… к черту формальности! Отойди от двери, я уйду!

Мирослав поджимает губы, поднимается с пола и идёт ко мне.

— Ты добровольно подпишешь контракт, и возможно, я для тебя смягчу условия. У тебя будет только один VIP-клиент.

— Моему мужу-уголовнику не понравится даже один клиент.

Боже, что я несу?

Отталкиваюсь от пола и отъезжаю к окну, что расположено позади меня.

— Ложь! У тебя нет никакого мужа, тем более уголовника. Если бы был, он бы не разрешил тебе трясти жопой полируя трубу. — Блокирует мне путь нависая надо мною.

От него пахнет чем-то металическим. Да, я понимаю что металл не пахнет, но почему-то ассоциации именно такие: ледяной запах, который остриём проходится по нервам. Я никогда в жизни не встречала таких людей.

— Не нужно нарушать мое личное пространство! — поджимаю ноги и упираюсь коленями ему в грудь. — Окей, ты меня раскусил, он мне не муж, он уголовник.

— Подписывай! — игнорирует слова концентрируясь на моих губах, а я почему-то ощущаю резкую потребность их облизать. — Иначе..

— Иначе?..

Вот это мне уже не нравится.

— Иначе, в твою квартиру случайно забредёт кто-нибудь из органов опеки и увидит в каких условиях живет твоя больная дочь. Кажется у неё астма? — его рука перемещается на мое колено и скользит по крупной капроновой сетке к краю шорт. — Ты только представь как они удивятся, когда узнают, что ее безработная мать, бывшая стриптизерша.

— Замолчи..

Каждая фраза валит меня наповал. Убивает. Как он может об этом

так просто говорить? Он же не сделает этого? Зачем я ему сдалась? Сейчас становится очень страшно. Если за сутки он узнал всю поднаготную, то что ему стоит не привести свои слова в действия.

— А может опекунство над твоей девочкой перехватит твой бывший? — продолжает он давить на меня умело подбирая доводы.

Это была последняя капля. Прямое попадание в цель, я будто порхнула с девятого этажа и разбилась в лепешку.

— Я подпишу! — отталкиваю его от себя и он уходит победно ухмыляясь.

Сутки. И он нашёл самые сильные рычаги давление. Интересно, он на всех нарыл подобную информацию?

Склоняясь над столом перекидываю волосы на одну сторону. Открываю последнюю страницу. Беру ручку и пишу: «Ты самый настоящий мудак! Гори в аду!», и черкаю роспись.

— Умница!

Подходит в плотную и проводит руками вдоль талии. Склоняется целуя обнаженное плечо:

— Только вместе с тобой! — хватает за волосы и дергает на себя. — И желательно в одном котле. — Возле самого уха.

7

Дима

Дверной звонок жутко раздражал. Он раз за разом пробирался под кору головного мозга и будто бы пронизывал острой болью мозг, точнее где-то в той области. Ведь мозг не может чувствовать боль. Парень решил, что для него достаточно этой утренней пытки и сползая с кровати потёр лицо перед тем, как пойти открыть дверь.

Нажал кнопку на смартфоне, что покоился на тумбочке: восемь двадцать.

Кого принесло в такую рань?

— Ты откроешь эту дурацкую дверь? — брюнетка что лежала рядом, сладко потянулась и дёрнула одеяло, чтобы прикрыть ногое тело.

— Открою, куда же я денусь?

Дима наконец-таки поднялся с пола и, подхватив брюки натянул их на голые бёдра и пошлепал босыми ногами к входной двери.

Щелчок замка. Нажатие металической ручки и парень немного под охреневает видя на пороге свою мать.

— Э-э-э… ты немного не вовремя… — троит поглядывая в сторону спальни. Молясь, чтобы Арина или Алина не подняла свой худой зад и не высунула любопытный нос.

— Ты не рад родной мамочке? — женщина обходит сына и направляется в кухню.

Вроде пронесло.

Парень бредёт за ней. Ему сейчас не помешал бы холодный душ, но по интонации родственницы, он понимает что их беседа будет не менее отрезвляющей.

Дмитрий суетится достаёт чашки и нажимает кнопки на кофе машине. Ставит сахарницу перед женщиной, затем чашку с кофе.

— Больше ничего нет.

— Ты поговорил с Кирой? — сразу начинает с «основного блюда».