Pole dance
Шрифт:
— Ты оглох? Стриптизерша здесь чтобы завести тебя и чтобы твоя ненаглядная женушка — осталась довольна.
Скидываю с себя огромную лапищу и спускаюсь с небольшого круглого подиума. Пошло все к черту!
Выхожу в коридор и громко цокая шпильками иду искать охрану. На первом этаже мне попадается мой водитель.
— Мне нужна сигарета, — привлекаю внимание «немого», — и зажигалка, желательно.
Мужчина выполняет мою просьбу и через секунду удаляется, а я наугад открываю первую попавшуюся дверь которая выводит меня в тамбур,
Холодный воздух ласкает обнаженные участки тела, а мне плевать. Сейчас я крайне раздражена.
Падаю на подушки, которыми устелена деревянная лавка. Стягиваю плед и накидываю его на плечи.
Очередная затяжка все так же отдаёт противным жжением. Вместо желанной разрядки голова наливается свинцом и давит.
Хлопнула дверь и я увидела мужской силуэт. Мирослав держа руки в карманах приближался ко мне. И с каждым его шагом, воздух электризовался. Ненавижу!
— Кто тебе разрешал покидать общество моих друзей?
Склоняется и забирает у меня сигарету, а я выдыхаю ему в лицо ядовитый дым. Подавись!
Мужчина делает затяжку и выпускает струю дыма вверх.
— Ты знала, что если выпускаешь дым в лицо собеседнику, это откровенное «я хочу тебя»! — делает новую затяжку и на этот раз, выпускает дым на мою грудь.
Извращенец!
— Давай оговорим правила нашей игры. — Возвращает сигарету. Я ее тут же тушу. Не собираюсь после него облизывать фильтр.
— Детский сад! — отворачиваюсь в сторону. — Зачем это все? Зачем тебе я?
— Неприкасаемая, — хватает меня за лицо и цедит сквозь зубы. — Хочешь и дальше такой оставаться закрой свой рот и слушай внимательно. — Толкает меня назад и отходит. Облокачивается о стол.
— Но на твой вопрос я отвечу, — продолжает, — ты мне понравилась! Повторюсь, когда разонравишься — вернёшься в свою прежнюю жизнь.
— Ты же понимаешь что так не бывает? Пока мы здесь разговариваем моя бывшая свекровь роет под меня, а ты своей выходкой взрыхлил ей землю.
— Какие интересные метафоры… — задумчиво трёт подбородок.
— Бо-о-оже-е-е!! — вою и поднимаюсь.
Хочу обойти его, но тут же впечатываюсь в мужскую грудь. Руки по-хозяйских сдавливают мою талию:
— Какого хуя ты брыкаешься? Нет чтоб лечь и покорно ножки расставить, нет блять — она коготки выпускает. Считай что дочка поехала на уикенд к папочке. Будешь себя хорошо вести, получишь ее через неделю.
— Ты меня шантажируешь?
— Нет, иду на уступки, которые тебе дорого обойдутся!
— Ты в своём уме? Ты сейчас ломаешь мне жизнь и говоришь, что я сама в этом виновата?
— Да!
Непробиваемый!
Такие вообще бывают? Да! Вот он… предо мной..
— Ты самая настоящая мразь! Меня воротит от тебя! — выплёвываю каждое слово ему в лицо.
— А мне похуй! —
14
— Догола! — проталкивает меня в этот злачный кабинет и как бы, между прочим, напоминает что обычный приват его не интересует.
Остаюсь стоять на месте обнимая себя руками, наблюдая за его резкими, нетерпеливыми действиями.
Мужчина ногой, отталкивает в сторону небольшой столик и тот врезается в деревянный стеллаж. Затем, он усаживается на диван утопая в кожаной обивке. Несколько минут скользит пальцем по экрану монитора и тишину заполняет один из саундтреков к фильму «Пятьдесят оттенков серого», а именно «Put A Spell On You».
— Похоже, ты не смотрел «Триста шестьдесят пять дней»? — ухмыляюсь.
Дура! А если смотрел? Сама же себе масло в огонь подливаю.
— Я и эту дичь не смотрел, просто БДСМ мне ближе. — Раскидывает руки вдоль спинки и, взглядом, указывает на пустующее место между его ног. — Пока что я ещё жду, Кира, но не заставляй меня подниматься и за волосы тебя сюда тянуть.
Кира… с его уст мое имя звучит как оскорбление. Урод!
Откуда вообще берутся такие самовлюблённые мудаки? Как должна была воспитать улица, я уже не говорю про родителей, родители бы такого не допустили. Чтобы человек был без каких-либо, самых крошечных моральных принципов, сострадания и чувства самосохранения. Кажется ему море по колено или даже океан… он не боится что за все в этой жизни придётся отвечать.
Мирослав до сих пор выжидающе смотрит, и как только дёргается с места, я делаю шаг к нему. Снимаю шпильки и разминаю ступни.
Не дождётся он сегодня длинных ног.
Поворачиваюсь к мужчине спиной и широко растравляю ноги, прогибаясь и обратно выныриваю. Вывожу бёдрами восьмёрки закидывая волнистые волосы на одно плечо, обнажая спину. Разворачиваюсь и, на носочках крадусь к нему. Останавливаюсь между широко разведённых коленей. Наклоняюсь и веду вверх, туда, где виднеется в районе ширинки — бугор.
Мирослав отлипает от спинки дивана и ледяные руки ложатся на мои бёдра, а взгляд приковывает, удерживая мое внимание на чёрных омутах.
Выпрямляюсь и он сам начинает раздевать меня. Расстегивает пуговицу, цепляет язычок молнии и расстегивая молнию. Нетерпеливо стягивает с меня дешёвку оставляя в нижнем белья и капроновых колготках в крупную сетку. И снова падает на диван.
Извиваюсь между его ног ощущая чужие прикосновение. Каждый раз дергаюсь, потому что не привыкла к такому. Если бы это все происходило в другой обстановке, а точнее в «VO», его бы давно вышвырнули отсюда и месяц не пускали в клуб.
Но я сейчас не в клубе, сейчас я в частном доме за городом. Во владениях самого Сатаны, и если хозяин захочет приват с продолжением — он его получит. И никто мужчину не остановит.