Полигон

Вяч Павел

– Вот и отец мне также говорит, – усмехнулся в ответ Ник.

– Ну ладно, тогда слушай. – Макс тепло улыбнулся, окунаясь в воспоминания. – Самое главное, взять в горы три вещи: тёплый спальник, близкого друга и уверенность в том, что доберёшься до вершины. Конечно, как показывает практика и опыт, ты можешь вернуться без первых двух, но зато третья, оставшаяся вещь, будет твоим лучшим вложением в жизни. Помню, как-то пошли мы с классом на Таганай. Купили путёвки, за нами приехал УАЗик, ну такая большая колесница, в которую мы набились словно в большую котомку и поехали в лес.

Приехали, значит туда и нам наш учитель говорит…

– Ну что, ребята, давайте распределять дежурства, – Алексей Александрович достал блокнот и щелкнул ручкой, – добровольцы на заготовку дров, шаг вперёд.

Десятиклассники растеряно переглянулись. Турпакет включал в себя полное сопровождение: спальники, палатки, трёхразовое питание и экскурсии.

– Эм, Алексей Саныч, а огласите весь список, пожалуйста, – как всегда не удержался от шутки Максимилиан.

– Легко. – кивнул учитель. – Дежурство на кухне - четыре человека. Сбор, пилка, колка дров - четыре человека. Сбор палаток - каждый свою собирает сам. Мытьё посуды - два человека посменно, а остальные очищают от шишек поляну и собирают мусор вот в эти мусорные пакеты.

– Подождите, – недоуменно спросил Миша Бакиров, – это же не наш мусор, зачем нам его убирать?

– Вы же, Миша, недавно переехали в новую квартиру, правильно?

– Ну да, а что?

– В квартире тоже мусор был от старых жильцов, вы же его убрали?

– Естественно.

– А почему?

– В смысле, почему? Мы ж не свиньи, чтобы в сраче жить.

– И я так думаю, – согласился Алексей Александрович, протягивая парню пакет.

Миша наморщил лоб и, явно о чём-то размышляя, автоматически взял мусорный мешок в руки.

– Но так это же не наш дом, – протараторила Маша, – а общественный лес.

– Сегодня и завтра мы здесь живём, а значит – это наш временный дом. Да и потом, разве мы с вами не представители общества?

– Но зачем убирать за кем-то? – продолжала настаивать Маша. – За всеми мусор не уберёшь!

– А вот сейчас, ребята, важно! Мы не убираем за кем-то, мы убираем для себя, очищая вместе с мусором свои сердца! – завел свою привычную шарманку Алексей Александрович.

– Я тогда на колку дров! – мгновенно среагировал Костян, не горевший желанием собирать чьи-то бычки и пивные бутылки.

– И я!

– Я с Костей!

– Э, я тоже за дровами! – наперебой кинулись кричать парни.

– Так, – учитель что-то черканул в своем ежедневнике, – идут Костя, Миша, Андрей и я. Следующий лот: приготовление обеда. Девушки, что скажете?

– Алексей Александрович, у нас же всё включено, зачем тратить время на готовку, когда можно позагорать? – Маша, ощутив молчаливую поддержку девчонок, пошла в наступление.

– Так это ж классно, – удивился Алексей Александрович, – представляете, вы готовите на двадцать человек вкусную кашу на костре, в котелке, общаясь при этом… Ведь вас четверо, а парни помогут воды принести или костёр разжечь. Хозяюшки же, нет?

– Ну ладно, я приготовлю обед, – милостиво согласилась Маша, – Ксюша, Алена, Лера, поможете?

Девчонки согласно кивнули.

– Отлично, кто помоет котелок? –

разобравшись с девчонками, продолжил АА. – У нас по расписанию шесть приёмов пищи, хочешь не хочешь, а всё поучаствуют в этом увлекательнейшем занятии. Кстати, скажите спасибо, что у нас есть моющее средство и губка, а не только холодная вода и песок, как раньше.

Распределив обязанности, класс принялся обустраивать лагерь: убирать шишки, разводить костёр, ставить палатки, мыть и резать овощи для каши. Те ребята, которые с первого раза не сумели поставить палатку, разбирали её, сворачивали и, под присмотром Алексея Александровича, ставили снова.

Время до обеда пролетело незаметно! Ну, а после приема пищи класс пошёл на гору. На горе было… божественно. Воздух был другой, стоящие плотной кучкой одноклассники были другими, даже мысли – и те были другими! Вымотанные после подъема в гору ребята с удивлением обнаружили, что у них открылось второе дыхание. Далее – спуск и возвращение в лагерь.

Вернулись дико уставшие ребята только к ужину. Благо оставшийся на стоянке инструктор, прикинув по времени, что группа детей задерживается, сам приготовил поесть. Обычные макароны с адыгейским сыром и томатной пастой были сметены практически мгновенно.

Потом пили чай, сидели у костра, играли на гитаре, пели песни, считали звёзды, рассказывали истории, играли в Мафию и встречали рассвет. Вернувшись в город, некоторые ребята, конечно, повозмущались тем, что пришлось всё делать самим, но после того, как в школе состоялся диалог Маши, которая ходила в поход с классом, и Никой, летавшей в Турцию на неделю, многие ребята поменяли свою точку зрения.

– Чем вы занимались в походе? Я вот загорала на пляже, пила свежевыжатые соки, каталась на банане, каждый вечер танцевала на дискотеке, – начала хвастаться Ника первого сентября на классном часе.

– Да, ничего особенного. Приехали, поставили палатки, приготовили обед, искупались в прохладном озере, потом поднялись на гору, вернулись в лагерь, поужинали, поиграли в мафию, костёр, гитара, звёзды, рассвет. Ну, в общем, как обычно.

– Прям сами палатки ставили и на костре готовили? – переспросила Ника.

– Конечно, как ещё-то? – с видом бывалой туристки проговорила Маша. – Парни вон даже дерево сухое сами срубили и на дрова распилили, а потом покололи.

На этом разговор как-то сам собой закончился, завершившись батлом фоточек в Интсаграме. Победителей выявлено не было, но на перемене Ника и ещё несколько ребят подошли к Алексею Александровичу и сказали: «Мы тоже хотим в поход!»

Почему-то эта история больше всего запомнилась Максимилиану, особенно то чувство правильности и свежести, охватившее его, когда он выбрасывал четыре здоровых мешка с мусором, привезённых из леса, в мусорные баки.

– Да, - задумчиво протянул Ник, – а говоришь про лес нет историй. Зато про горы толком ничего и не рассказал.

– Да, успеем ещё, – отмахнулся Максимилиан, – что про них рассказывать, в них идти надо.

– О, десятник зовёт, – навострил уши Ник, услышав условленный птичий свист, – пошли лагерь на обед разбивать.