Полигон
Шрифт:
– В припадках внезапного гнева мутанты ломают деревья и расшибают черепа о стены заброшенных домов. Я в фильме видел! – уверял Петя Резак мою супругу, а она ему возражала, мол, этого быть не может, это противоречит какой-то там теории, которую вывел ее отец…
След тянулся по заливному лугу, поросшему свежей травой. Река, протекающая неподалеку, нехотя вернулась в свое русло после затяжного сезона дождей. Луг не успел просохнуть: тут и там в траве поблескивали лужи и даже небольшие озерца, ставшие ловушкой для рыбы. Эх, пройтись бы по ним бреднем! Столько
На влажной тропе виднелись не только отпечатки протектора и оттиски кабаньих копыт, но и весьма странные следы, на которые ни Милена, ни Резак не обратили внимания – уж очень были заняты общением друг с другом. Вроде как прошел тут человек, но почему у него из пальцев ног торчали когти?.. Я не стал отвлекать спутников из-за этих следов. Поводов для беспокойства и так хватало.
Солнце высоко поднялось над горизонтом и уже припекало. Хотелось пить, но я терпел, Милена тоже ни разу еще не отхлебнула из фляги, а жажда Резака меня ничуть не заботила. Мы еще даже в лес не вошли, до которого рукой подать, Стена еще за спиной маячит, так чего тратить чистую воду сразу? Еще неизвестно, можно ли пить из местных источников…
– Если мы хотим тут выжить, Полигон надо полюбить, – не унимался безумный «африканец», не очень-то плавно сменив тему, – и тогда Полигон нас полюбит!..
С флангов кабанью тропу ограничивал высокий сухой камыш без намека на молодую поросль. За камышом слева – маленькое озерцо, подступы к нему заболочены, ну да нам туда и не надо. Справа – озеро побольше и тоже с топью.
Вскоре наша троица уже брела по колено в гнилой черной воде. «Коробочка» тут, конечно, проехала без проблем, а вот мне то и дело приходилось выдергивать ботинки из жидкой грязи.
– Ничего, ребятки, – вы ведь вместе, да? муж и жена? – дальше посуше будет! – Резак просто лучился оптимизмом у меня за спиной. Нашу колонну замыкала Милена.
– Конечно будет, – спокойно ответил я, хотя на самом деле мне люто хотелось стукнуть «африканца» прикладом ВСК по светловолосой башке. Честное слово, едва удержался.
– Стой! Замри! – Резак вновь решил поиграть в командира.
– А как же, – я как загребал ботинками муть, так и продолжил себе дальше. – Уже замер.
А вот и напрасно я не послушал Резака.
– Край, стой! – крикнула Милена, и в тот же миг щелкнула тетива, мимо свистнула стрела с ярко-красным оперением.
Я вдохнул побольше воздуха, чтобы возмутиться погромче, ведь мне едва бок не продырявило, но не успел.
С шелестом стрела ворвалась в камыши. И тут же впереди, метрах в трех всего, ярко сверкнуло, и во вспышке этой я увидел, как натянулась, выскочив из воды, проволочная растяжка, поставленная так, чтоб ее нельзя было не зацепить, пройдя по тропе чуть дальше. Одновременно жахнуло – уши заложило. И меня опрокинуло ударной волной на Резака. Милене, хоть и была она значительно дальше от взрыва, тоже досталось – ее швырнуло, как большую куклу.
Все трое мы дружно грохнулись спиной в воду, едва не погрузившись
Резак встал на колени.
– Слушай сюда, умник!.. – прошипел он мне в лицо, и я его отлично услышал. Значит, слух в норме. – Хочешь выжить тут?
Сев прямо в воде на пятую точку, я кивнул.
– Если я приказал что-то, ты сразу выполняешь. Без разговоров. Не обсуждая. Понял?!
– Нет, – я улыбнулся ему искренне, радостно. Жаль, мою улыбку он не увидел из-за дыхательной маски, закрывавшей лицо. Впрочем, Резак и так все понял.
Потому и сорвался.
Всего себя – все накопленное за время на Полигоне напряжение – «африканец» вложил в одно движение. Кулаком блондинчик метил мне в лицо. И попади он, точно сорвал бы респиратор или разбил бы фильтрующий патрон, что сейчас – все вокруг припорошено спорами, наверняка ядовитыми – равносильно смертному приговору.
Но он не попал.
Хоть и был Резак выше ростом и шире в плечах, а ловкости и мертвой хватки бывшего зэка и сталкера – как у меня – ему ой как не хватало. Кулак пролетел в считаных сантиметрах от моего лица, а в следующий миг я оседлал паренька, развернув его респиратором к воде, покрытой жирной пленкой спор. Еще чуть – и окунется «африканец» в жижу, что точно не прибавит ему здоровья.
– Отпусти!.. – прохрипел он.
– Край, отпусти мальчика, мальчик больше не будет, – вступилась Милена за нашего соратника.
Слово женщины – закон. Тем более, такой привлекательной, как моя жена. Она же просто прелесть с луком в руках. Прямо-таки эльфийская принцесса! Только ушей, как у зайчика, не хватает. И слава богу, что не хватает!
Короче говоря, мне ничего не оставалось делать, как подарить Резаку свободу. Не сразу, конечно. Чуток я его подержал еще, дал время осознать всю бестактность его поведения по отношению к более опытным членам нашего сообщества. Не хватало еще между собой перегрызться посреди Полигона!
– Что это было? – как ни в чем не бывало спросил я, тем самым признавая, что могу ошибаться и даже делать глупости. Но редко. Но могу.
Мы поднялись, завертели головами, высматривая, есть ли еще поблизости «приятные» сюрпризы.
– Так ты не знаешь, умник, что это было? – спросил Резак. Не слишком-то усердно он делал вид, что ничего такого между нами не произошло.
И «умником» напрасно меня назвал. Лучше бы дядей Максимом. Или боссом. И каждый раз, обращаясь ко мне, пусть кланяется, чего уж. Какой же я умник, коль по собственной воле влез в огороженный Стеной вольер, кишащий монстрами, где и шагу ступить нельзя – в ловушку вляпаешься? И не просто влез, но еще любимую супругу втравил…