Полигон
Шрифт:
– Ну, уж нет. Раз уж ты не убил ее сразу…
– На то были причины, Денис. Я ведь объяснял: о смерти носителя, из которого не удален чип-маяк, сразу станет известно Кожину. Тогда – жди штурмовую группу федералов. Посол наверняка захотел бы разобраться, что тут произошло.
– Ага, значит, тебе нужно было сначала избавиться от чипа…
– Нужно было… – согласился орг.
– А теперь?
– Теперь можно избавляться от объекта. Нужно избавляться.
– Я не хочу, чтобы Ирина умерла, – четко проговаривая слова, произнес Денис.
– Тогда тебе придется умереть вместе
Чмо вскинул руку сразу, опередив пахана. Юлька виновато взглянула на Дениса:
– День, так, наверное, правда, будет лучше для нас. И безопаснее. Я боюсь ее.
И тоже подняла руку. Опустив глаза.
– Я не хочу, чтобы… – упрямо начал Денис.
– Это уже не обсуждается, – прервал Николай. – Игры в демократию кончились. Хотите выжить – слушайтесь меня. А нет – я сам помогу вам сдохнуть.
– Погоди-погоди… – пытался возражать Денис.
– Все! – шикнул орг. – Девчонку проехали. Есть другая проблема – поважнее. Твоя подружка сказала, что Кожин готовится к отъезду из города. По-моему, это эвакуация.
– Что?! – пискнула Юлька. – Уже?!
– Да. Ростовску осталось жить ровно столько, столько потребуется для демонтажа лабораторного оборудования с базы «Мертвого рая» и удаления Каравана на безопасное расстояние от города. Времени не много, но и не мало, если использовать его с толком.
Чмо недоуменно вертел головой. Чмо по-прежнему ничего не понимал, но сам заговорить не решался. А просвещать его не спешили. Волчий вожак говорил сейчас не с шестеркой – с бывшими следаками:
– Кажется, полигон все-таки готовят к ликвидации, и я даже догадываюсь из-за кого.
Денис тоже. Догадывался… Два оператора, которые знают слишком много, – вот в чем причина? Бывшие следаки, что умудрились спастись от воздушного налета, облавы и засланного казачка в образе киллера-псевдожмура, да еще и скорешились с оргами, видимо, представляют серьезную опасность для кожинского эксперимента. А если не удается аккуратно ликвидировать двух феноменально живучих операторов Ростовска, есть альтернатива: отправить в тартарары целый город. А потом поискать новый полигон где-нибудь в другом месте.
– Но Ирина… – спохватился Денис. – Зачем тогда ее…
– Она должна помешать нам, – ответил Николай. – Чтобы мы не мешали Кожину.
– В чем не мешали?
– Покинуть город.
– Ничего не понимаю, – признался Денис.
– У нас есть возможность остановить посла. Точнее, у вас, следаки вы мои разлюбезные.
От изумления Денис даже позабыл о Ночке. Какая, на хрен, возможность! О чем говорит этот сумасшедший?!
– У нас?! – пролепетала Юла. Выглядела она вконец запутанной. – В смысле, у меня и Дениса?
– У тебя и у Дениса. Я имею в виду файлы «Мертвого рая». Ну, те… вы ведь сами рассказывали, что ваш коллега, как его… Вячеслав, да? Ткач?.. натаскал уйму компромата из компьютерной системы посольства и вывесил все это добро где-то в городской сетке. Верно я вас понял?
– Да, – согласилась Юлька. – Славка говорил, что спрятал. По телефону говорил. Кожину…
– А еще этот ваш Славка сообщил кому-то
Юлька сглотнула невысказанное. Поперхнулась. А до Дениса начал доходить смысл очередной затеи Николая. Безумной, безбашенной затеи! Денис почувствовал, как кожа покрывается пупырышками, а на затылке шевелятся волосы.
– Славка в телефонном разговоре с Кожиным действительно грозил разоблачением, – подтвердила Юла. – Но мне кажется, он просто блефовал.
– А вот мне так не кажется, – спокойно возразил Николай. – Кожин умеет вытягивать из пленников нужную информацию. Из любых пленников. И Славка ваш – не исключение. Если бы в городской сети не висела такая бомба, то и Павел Алексеевич не торопился бы с эвакуацией. Но посол чувствует реальную угрозу. Он боится.
– Чего? – тормозила Юлька.
– Того, что мы… что вы сделаете. Нужно активизировать файлы. Дождемся вечерних новостей, когда к сетке подключится максимум пользователей, – и начнем.
– Ничего подобного не делал никто, никогда.
Денис особенно выделил два последних слова. Орг лишь пожал плечами:
– Просто ни у кого еще не было ни достаточных возможностей, ни веской причины. Второе у нас есть: мы спасаем собственные задницы. А заодно, между прочим, все задницы Ростовска. Что же касается возможностей… Городскую сеть мегаполиса так просто не вырубишь. Ни из Периметра, ни со Старого Кладбища. А вырубишь – поднимется такая паника, что никакого компромата уже не понадобится.
– Так ты предлагаешь…
– Открыть закрытую информацию. Если популярно объяснить, что город обречен, а жителей – всех до единого – приносят в жертву какому-то «Мертвому раю», я полагаю, массовые беспорядки будут обеспечены. Очень массовые. На улицы выйдут не только орги. Выйдут все, кто хочет жить. Кстати, в сложившейся ситуации милки едва ли встанут на сторону федералов: их-то эвакуировать никто не собирается…
Денис смотрел на Николая и не мог решить, то ли крутить пальцем у виска, то ли восхищаться этим бунтарем, этим революционером хреновым. Интересно, неужели великие события всегда вершатся вот так запросто – возгораясь из бредовых идей? В чем же тогда их величие?
– Главное – правильно сориентировать толпу, – продолжал пахан оргов. Ни нездорового блеска в его глазах, ни фанатичного дрожания голоса Денис пока не заметил. Что ж, уже лучше. – Главное – перекрыть Трассу, не дать эвакуационному Каравану покинуть город. Вряд ли тогда Кожин станет вызывать бомбардировщики.
Денис усмехнулся. Все правильно: раньше в первую очередь брали мосты, вокзалы и телеграфы, теперь вот времена изменились. Теперь самая важная стратегическая цель – Межрайонная Трасса. Только по этому широкому спиралевидному шоссе, проходящему через все районы Ростовска и ведущему к внешним воротам, тяжелые транспортные контейнеры Каравана смогут быстро и беспрепятственно въехать в мегаполис и выехать из него.