Полночь
Шрифт:
– Так какие же это причины?
– Первая – хорошая мексиканская кухня.
– Да, я бы тоже не стала с этим расставаться.
– Вторая – пиво «Гиннес».
– Я предпочитаю «Хейнекен».
– Хорошее пиво, но оно не может оправдать существование. «Гиннес» – может.
– Какова третья причина?
– Вы знакомы с Голди Хоун?
– Что вы! Я и не хочу с ней знакомиться, боюсь разочароваться. Я имею в виду ее экранный образ, идеальную Голди Хоун.
– Выходит, она – девушка вашей мечты?
– Она для меня
– Вы надеетесь когда-нибудь встретить ее?
– Шутите?
Тесса продолжала расспросы:
– Знаете что?
– Что?
– Если вы когда-нибудь на самом деле встретите Голди Хоун, если она вдруг подойдет к вам на каком-нибудь вечере и скажет что-нибудь смешное, что-нибудь остроумное и захохочет, то вы, может статься, и не узнаете ее.
– Не беспокойтесь, я ее обязательно узнаю.
– Нет, у вас не получится. Вы будете так поглощены своими мыслями о несправедливости, о пороках общества, о трагедиях и черной работе, что вы просто упустите момент. У вас перед глазами будет туман из ваших мрачных мыслей, вы ее просто не увидите сквозь этот туман. Ну ладно, а какая четвертая причина?
Сэм замялся.
– Страх смерти.
Тесса от удивления даже заморгала.
– Я не понимаю. Если жизнь настолько ужасна, то почему надо бояться смерти?
– Дело в том, что я уже не раз в своей жизни находился в состоянии клинической смерти. Последний раз это было, когда мне делали операцию, извлекали пулю из грудной клетки. Вот тогда-то я чуть было не сыграл в ящик. Я почувствовал, как поднимаюсь над собственным телом, взлетаю к потолку, смотрю сверху на хирургов, а затем лечу со страшной скоростью по темному тоннелю к источнику ослепительного света. Одним словом, мне удалось досмотреть кино до самого конца.
Тесса была явно под впечатлением этого рассказа. Ее голубые глаза расширились от изумления.
– Что же было дальше?
– Я увидел то, что находится там, за гранью жизни.
– Вы говорите серьезно, не шутите?
– Совершенно серьезно.
– Вы хотите сказать, что видели то, что будет явлено нам после смерти?
– Да.
– Там Господь Бог?
– Да.
Пораженная, Тесса произнесла:
– Но если вы знаете, что Бог существует, что мы идем к нему через всю нашу жизнь, значит, у жизни есть смысл, значение.
– Ну и что?
– Я хочу сказать, что в основе мрачного взгляда на жизнь, в основе депрессии у многих людей лежит именно непонимание смысла собственной жизни. Поэтому большинству из нас не хватает именно того опыта, который пережили вы. Испытай мы то же самое, у нас не было бы сомнений в смысле жизни. Мы тогда не боялись бы никаких трудностей, мы знали бы, что есть высший смысл, что существует жизнь после жизни. Так что вам не на что жаловаться, мистер. Почему
– Болван?
– Отвечайте на мой вопрос.
В это время загудел мотор лифта – Гарри вызвал его на третий этаж.
– Сейчас спустится Гарри, – заметил Сэм.
– Отвечайте на мой вопрос, – повторила Тесса.
– Скажем так: то, что я там увидел, не прибавило мне оптимизма. Я бы даже сказал, что увиденное напугало меня до смерти.
– Да? Не мучайте меня, скажите. Так что там, на том свете?
– Если я скажу вам, вы будете считать меня сумасшедшим.
– Вам нечего терять. Я уже считаю вас сумасшедшим.
Сэм вздохнул, тряхнул головой и в душе пожелал, чтобы этот разговор кто-нибудь прервал. Как же ей удалось так ловко вывернуть его наизнанку? Лифт, судя по звуку, уже поднялся на третий этаж. Тесса отошла от кухонного стола и приблизилась к Сэму.
– Так признавайтесь, что вы увидели там, не тяните.
– Вы не поймете.
– Я вроде не идиотка.
– О, я вовсе так не считаю. Вы, конечно, поймете, что я там увидел, но вам трудно будет представить, что это значит для меня.
– Сами-то вы понимаете значение того, что видели?
– О да! – торжественно произнес Сэм.
– Так вы скажете мне все по доброй воле или мне придется взять со стола нож и начать вас пытать?
Лифт уже спускался вниз.
Сэм с надеждой посмотрел в холл.
– Я в самом деле не хотел бы говорить об этом.
– Так не хотите?
– Нет.
– Вы видели Бога, но не хотите об этом говорить?
– Именно так.
– Вообще-то те люди, которым посчастливилось встретиться с Богом, после этого только об этом и говорят. Эти люди основывают целые религии, они начинают говорить с миллионами людей о своей встрече.
– Но я…
– Я всегда считала, и это, наверное, действительно так и есть, что люди, пережившие клиническую смерть, пересматривают свой взгляд на жизнь и уже не могут жить как прежде. Эти люди всегда меняются к лучшему. Если прежде человек был пессимистом, он становится оптимистом. Атеисты становятся искренне верующими. Меняется система ценностей, люди начинают любить жизнь как таковую. Они просто начинают светиться от счастья! А вы не изменились. Да что там, вы стали еще мрачнее, еще холоднее.
Лифт остановился на первом этаже.
– Сейчас войдет Гарри, – предупредил Сэм.
– Скажите, что вы там увидели?
– Может быть, я скажу вам, – пообещал Сэм, удивляясь, что у него откуда-то появилась необходимость раскрыть перед этой женщиной всю душу, – но в другое время и в другом месте. Я скажу вам, что я видел. Но не теперь, после.
В кухню вбежал Муз, он повизгивал от радости и бросался ко всем целоваться. Вслед за ним вкатил на своей коляске Гарри.
– Доброе утро, – приветствовал он Сэма и Тессу.