Полночь
Шрифт:
— Я социальный работник, похоже, что у меня должно быть ранчо?
Он качает головой.
— Может, какой-нибудь фестиваль? Ну там, фестиваль виски, он ведь бармен, — пожимает плечами напарник. — Джессика предлагала мне…
— Когда он начнется? — тут же спрашиваю я.
— Третьего мая.
— То есть послезавтра, — раздумывая, начинаю постукивать кончиками пальцев по ноге, — где
— В Шотландии, — улыбка Гэвина выглядит сочувствующей.
— Отлично! — киваю я, приведя напарника в замешательство, — значит, уже завтра можно вылететь.
— Ты серьёзно? Как ты себе это представляешь?
— Понятия не имею, — честно призналась я, — но другого выхода у нас нет.
Глава 4.
— Жак? Может Жан? — спрашиваю я у потрёпанного рыжего кота. — Как насчет Джорджа?
В ответ слышу протяжное вытьё и закатываю глаза, выставляя перед ним палец:
— Будешь возмущаться, обязательно найду самое паршивое имя, и назову тебя им, — мой тон был холоден, но кота это ничуть не насторожило, он всё так же вылизывал себя и противно завывал.
Каждый его вой напоминал мне лишь об одном: о том, как она была прижата между мной и кухонными шкафчиками.
И откуда взялась эта хренова забота?
Застегнуть пуговицу?
Вот нихуя не по-мужски!
Подрываясь с места, я направляюсь на кухню, чтобы наполнить кружку водой, а затем нахожу горшок с жасмином на окне.
В который раз за сегодняшний день я пытаюсь полить это растение?
Ей богу, если оно не решится зачахнуть само, над этим постараюсь именно я.
Оставляю кружку на подоконнике и поворачиваюсь к окну спиной, кидая взгляд на кота, запрыгнувшего на стол. Его шерсть разлетается во все стороны, и я прихожу к выводу, что не мешало бы купить какую-то щётку или, что ещё лучше, вообще постричь его налысо.
Эта мысль заставляет меня улыбнуться впервые с того момента, как она ушла.
Ушла?
Сбежала!
И даже не попрощалась!
— Ты однозначно заслуживаешь самое отвратительное имя в мире, — зло проговариваю я, глядя в зелёные глаза кота.
***
Выходя из троллейбуса, я поспешно направляюсь в сторону его дома, роясь в сумке и пытаясь найти билет на самолёт. Очень надеюсь, что у него не было никаких планов на одиннадцать утра, потому что ждать его у меня совсем нет времени.
Попытка связаться с ФБР и оповестить их о том, что
Что очень странно.
А если честно признаться, то работа в штабе полетела к чертям, как только Уэльс впал в кому.
Да, он был лучшим агентом, но чёрт возьми, он ведь не руководителем, а всего лишь агентом.
Уф.
Открыв дверь дома, я поднимаюсь по лестнице и подхожу к двери. Стучу три раза.
Сегодня я чувствую себя куда уверенней, так как тёмно-синяя юбка ниже колена, а блузка без пуговиц.
Дверь распахивается.
— Мистер Холла…
— Всего доброго, мисс Прайс, — холодно проговаривает он, выходя ко мне на встречу.
Я делаю шаг назад, чтобы между нами было хоть какое-то расстояние, а он поворачивается ко мне спиной и запирает дверь.
— У Вас какие-то планы, мистер Холланд? — интересуюсь я, скрестив руки в замок.
— Да, и в мои планы не входит очередной бесполезный разговор с Вами, — его лицо непроницаемо.
Я не понимаю почему, но его слова мне неприятны.
— Тогда я отниму у Вас всего минуту, мистер Холланд, — я пытаюсь не выглядеть обиженной, но всё равно прячу взгляд.
— Время, это такая роскошь, мисс Прайс, и я не собираюсь раскидываться им направо и налево, — Остин не отступает и делает шаг вперёд.
Между нами больше не осталось места.
Я не двигаюсь, он тоже.
Некоторое время он медлит, словно ждёт от меня каких-либо действий, а затем обходит и направляется к двери.
— Мистер Холланд, выслушайте меня сейчас же, — моему гневу нет предела.
— Прошу Вашего грёбаного прощения, мисс Прайс?! — оборачивается он, тяжело дыша.
Я прочищаю горло, сдерживая в себе все те гадостные слова, которые могли бы ежесекундно полететь в его сторону, и спокойно произношу:
— Мистер Холланд, социальная служба в свой юбилей делает каждому пострадавшему в аварии и потерявшему память — подарок, — ровно проговариваю я и протягиваю авиабилет в его сторону. — В Вашем случае — это Фестиваль Виски в Шотландии.
Он сощурил глаза и заиграл желваками.
— Похоже на то, что я мечтаю побывать в ёбаной Шотландии? — его голос ядовит.
— Вы хотели убедиться, на самом ли деле Вы бармен, — его реакция пугает меня, поэтому я делаю шаг назад, — по-моему, это отличная возможность…