Полночь
Шрифт:
— В поиске? — холод. Ледяной холод, от которого, казалось бы, даже мне стало не по себе.— В поиске, блять, че…
— Мистер Холланд, — перебивает Гэвин. Он устал сражаться с его словесной атакой, поэтому тут же переводит взгляд на меня, — мисс Прайс на некоторое время приютит Вас у себя.
О боже.
Он действительно это сказал.
— Я что, ёбаный щенок, чтобы она меня приютила? — возмущённо. Он кидает на меня быстрый, как бы говорящий: «Не принимай
— Можем предоставить Вам общежитие, — хмыкнул Гэвин. Блеф. Не было никакого общежития.
Губы Уэльса кривятся в отвращении, и он выпрямляется, будто для себя закончив этот бесполезный спор.
Слишком.
Слишком похожий на того, кого я никогда не забывала.
Поворачиваюсь к Остину и устало произношу слова, которые не хотела бы произнести ни разу в своей жизни:
— Садитесь в такси, мистер Холланд, поживёте пока что у меня.
— Я не буду этого делать, — срывается с его губ.
Звучит обидно.
Я приоткрываю рот, чтобы сказать хоть что-то, но он тут же перебивает меня, видимо поняв всё по моему выражению лица.
— Ладно.
Разворачивается, садится на заднее сиденье, кидает какую-то грубость водителю в ответ на замечание по поводу отсутствия переноски для кота, а затем выжидающе смотрит на меня.
— Я должна завтра быть в штабе, и не могу оставить его одного дома.
— Предлагаешь мне за ним присмотреть? — вздымает брови Гэвин. — Я пущу ему пулю в лоб при первой же попытке нахамить мне.
— Как по-взрослому, — фыркнула я.
Поправляю платье и собираюсь направиться в сторону машины, как меня хватает мужская рука.
— Что происходит, Джейд?
— Ты о чем? — действительно не понимаю я.
Секунда.
Две.
— Ни о чем, — отпускает руку и делает шаг назад. — Я позвоню тебе. Вечером.
Закусив губу, киваю, и направляюсь в машину, откуда Уэльс, прищурив глаза, наблюдает за Гэвином.
Мне кажется, что если мы задержимся здесь ещё на минуту, он обо всём догадается.
В какой нормальной социальной службе пострадавшего подселяют к социальному работнику? Что за бред, Гэвин? Ты бы себя со стороны послушал.
Ладно у Уэльса голова отбита, но не пройдет и дня, как он остынет и начнет осознавать весь абсурд данной ситуации.
Я должна с этим что-то сделать, причём завтра же.
— Ай, — всхлипнула я, отдернув руку, в которую успел вцепиться рыжий комок шерсти. — Держи своего друга от меня подальше, — чистое раздражение.
Смех.
Я
— Какого именно? — спрашивает он.
Что?
О, нет.
Всего секунды хватило, чтобы загнать меня в краску.
Я устало роняю голову в ладони и тихо выдыхаю, ощущая, как хвост этой лохматой живности лупит меня по спине.
Какой кошмар.
На что я подписалась? И…что будет дальше?
Они знают, что он жив. Они знают его новое имя.
Они легко вычислять, что он летал в Шотландию…со мной.
А затем пробьют адрес моего дома. Придут и убьют нас обоих.
— Приехали, — говорит водитель, и я поднимаю голову.
Уэльс смотрит на меня с неким подозрением. Затем оборачивается, зачем-то взглянув назад. Влево, вправо.
— Да, я живу в двух кварталах от тебя, — выдыхаю я.
— Удобно, — это всё, что он говорит по дороге ко мне домой.
Я отпираю дверь, а затем толкаю её и делаю несколько шагов вперёд. Меня тут же встречает радостный лай маленького щенка, заставивший меня замереть.
Нет.
Нет.Нет.Нет.
Губер.
По спине пробегается холодок от осознания того, что Уэльс позади меня тоже замер. Я слышу, в какой истерике бьется кот в его руках, но Остин вовсе не обращает на него внимания, потому что всё, что он перед собой видит — это щенок.
Его щенок.
Его и её.
Глава 8.
Меня будто окунают в хреновый омут, как только я сталкиваюсь взглядом с маленьким золотистым щенком.
Руки. Чужие руки, женские. На левой руке кольцо. Я не вижу лица, вижу лишь её руки и кружевное белое платье.
Моя мать любила такие платья.
Я видел её фотографии. Её и отца. Даже её свадебное платье было украшено элементами кружева.
Женские руки тянутся к щенку, гладят его. Он совсем маленький, комок, помещающийся в чужих, неизвестных мне ладонях.
Он скулит и облизывает бледную кожу ладоней.
— Остин? — где-то отдал§нно. Где-то на задворках памяти.
Отмахиваюсь, как от назойливой мухи. Всё расплывается…лишь щенок, который скачет у моих ног. Он больше, чем в воспоминаниях.
И в…воспоминаниях ли?
Может сон.
Такие мне часто снятся в последнее время.