Полночь
Шрифт:
Раньше все файлы находились у меня дома. Но после того, как Остин вспомнил, Гэвину было поручено в обязательном порядке доставить все видеозаписи в штаб, что и было сделано незамедлительно.
Как только машина остановилась, я тут же расплатилась с таксистом и принялась открывать дверь, как замерла, почувствовав удар о что-то мягкое.
Сжав губы в тонкую линию, Остин отошел чуть вбок, накрыв ладонью колено.
— Прости, — виновато проговорила я.
— Я собирался открыть
— Я не…не знала…
— Тебе что, дверь никогда не открывали? — нахмурился он, а затем выпрямился, стерев с лица маску боли.
Отрицательно качаю головой и отвожу взгляд в сторону, пытаясь не улыбаться. Он, наверное, даже и не догадывался, какой эффект произвел на меня этим не случившемся поступком.
Как только машина трогается, и мы остаёмся стоять возле дороги, я решаюсь направиться к чёрному выходу, чтобы не привлекать излишнего внимания на опустевшей улице. Остин идёт следом за мной, заметно похрамывая и оглянувшись назад я вспоминаю мелочь, которую в принципе не должна была помнить.
«А для вас с Купером нужно особое приглашение, Уэльс?! — вскрикнул Уивер, вновь оказавшись рядом со мной. — Слишком весело?
— Нет, сэр, — мотает головой Купер, проведя тыльной стороной ладони по мокрому от дождя лицу.
— Что насчёт тебя, Уэльс? — Уивер чуть наклонился, вглядываясь в бледное лицо кареглазого парня.
Тот пожал плечами, словно ему всё нипочём и получил толчок в плечо от Купера.
Лицо Уивера приняло гримасу нескрываемой ярости:
— Я даю вам обоим пять минут, чтобы покончить с этой хреновой ямой! — выкрикнул он.
На этот раз даже шум дождя не смог помешать расслышать это всем ученикам, рассыпанным по полю.
Купер схватился за лопату, Уэльс сделал это менее охотно, и оба принялись копать.
— Быстрее! Ну же! Вы копаете как девчонки! — орал Уивер.
Остин стал это делать более усердно, словно срываясь, барахтаясь во внутреннем раздражении, что выливалось на старую лопату в его руках. Ещё и ещё.
А затем мокрая земля рассыпается у него под ногами, и он падает в яму.
Секунда и раздаётся крик боли.
Бросив лопату, я карабкаюсь вверх, схватившись за корни дерева неподалёку, и как только оказываюсь на мокрой траве, гляжу на Уэльса, что скорчился от боли, придерживая руками правую травмированную ногу.»
Как только Остин проходит мимо меня, я понимаю, что стою так уже несколько секунд на одном месте, держась рукой за
— Всё еще болит? — самопроизвольно срывается с губ.
— Неважно, — бросает он, обхватив ладонью ручку и дёрнув на себя.
Дверь распахнулась, обдав нас обоих прохладным воздухом.
Добраться до нужного этажа нам не составит особого труда, хотя бы потому, что здесь есть лестница на верхние этажи. Но как попасть на ту, винтовую, что ведет к нужному кабинету — это проблема. Проблему потому, что она находится в конце коридора, через который нужно пройти. А коридор этот славится конференц-залом и кабинетом Чарльза.
Думаю, если бы у нас возникли вопросы, Гэвин сиюминутно предупредил бы нас.
Остановившись на втором этаже, я наблюдаю за тем, как он сгибается и снова трогает своё колено, тяжело выдохнув. Неужели я так сильно его ударила?
— Перестань делать это, — не просьба, приказ.
— Делать что? — шепнула я.
— Таращиться на меня так, словно я тяжелобольной, — осуждающе кинул Остин, выпрямившись.
— Я просто беспокоюсь, — скрестив руки на груди, пожимаю я плечами.
— Это лишнее. Я…в порядке, — нехотя отмахнулся он и продолжил путь.
Комментировать его высказывание я не стала, так как наше пребывание здесь начинает затягиваться. Затеять спор мы еще успеем в кабинете, когда туда войдёт Гэвин и Уэльс…скорее всего поведёт себя не лучшим образом.
Коридор оказался полностью пустым, а ударяющиеся звуки о белые стены исходили исключительно от меня и Остина.
Дёрнувшись с места, Остин широкими шагами направился в конец коридора и я последовала его примеру, стараясь наступать только на носочки. Как только дверь была настигнута и показалась винтовая лестница, я обернулась назад, чтобы удостовериться в нашем полностью секретном проникновении.
— Дерьмо, — прошипел Уэльс. — Дверь заперта.
— А ты надеялся, что в воскресенье здесь будет день открытых дверей? — вскинула я бровь, спрыгивая с последней ступеньки.
Глаза Остина сузились, а в голове его голос шепнул «Хватит строить из себя самую умную, идиотка-Прайс». Это было всего лишь воспоминанием, которое вылилось в плотно сжатые губы.
— Открывай, — кивает он в сторону двери и отходит.
— Откуда ты…?
— Я догадывался, — передразнил он ранее сказанные мной слова.
Я закатываю глаза и тянусь рукой в сумочку, достав оттуда ключ. Прикладываю его к панели и дверь открывается, оповещающее просигналив три раза. Это вызывает раздражение, смешанное с беспокойством, потому что гости нам вовсе не нужны.
Как только м оказываемся внутри, Остин тут же садится за компьютеры, включая каждый по очереди. Постукивания пальцами по лакированной поверхности стола видимо совсем не помогают ему, поэтому он начинает подёргивать левой ногой.