Полнолуние
Шрифт:
За этим открытием последовал бум: бешеный наплыв копателей, натиск рекламы, появление всяких таинственных «находок». Накатила волна взаимных недовольств, обвинений, вражды – но копание продолжалось. Джосса изумляло это явление. Марс вызывал у жителей Земли какие-то странные чувства, схожие с легким помешательством. Он заставлял верить в сказки о марсианских каналах, принцессах-чужестранках, высушенных морях, камнях, повторяющих человеческие очертания и в другой бесконечный вздор. Что ж, это было просто одно из проявлений желания найти подобных себе – тех, кто когда-то жил вместе с нами
Джосс отвлекся от размышлений.
– А вы работаете недалеко от этого района, мистер Фислер? – спросил он.
Фислер покачал головой.
– Я – нет. Я приехал сделать кое-какие закупки. Сегодня погрузка. Мои буровые стоят на юго-запад от здешних мест. Эти породы уже все выбраны. Только через несколько лет сюда можно будет снова приезжать на разработки.
Джосс понимающе кивнул. Если так, вряд ли Фислер заметил что-нибудь необычное в пустыне.
– Ну, а раньше вы здесь работали?
– Пару лет назад.
– И заметили бы, если бы что-то изменилось в округе?
– Вероятно, да. Худшее, что здесь есть – это пыль, она постоянно разносится ветром. Но главное, что она может сделать – это изменить грунт, и то не слишком быстро. Иногда случаются землетрясения. Но кругом абсолютная равнина, так что сверху ничего не упадет. Трещины – да, это бывает. И все, пожалуй.
Джосс кивнул в сторону горного массива Олимпус Монс, настороженно прислушался к звуку поворачивающегося воздушного замка и сказал:
– Не понимаю, как можно называть равниной местность, где находится это.
Фислер широко улыбнулся.
– Через некоторое время вы ко всему привыкнете.
– Привыкнуть и считать равниной гору в двенадцать километров высотой?
Внутренняя дверь с шумом открылась настежь. В бар вошел Ивен.
Он поднял забрало. Джосс взглянул на выражение его лица.
Это было совсем не то выражение, которое он видел часом раньше. Тайком, чтобы никто не заметил, Джосс извлек пистолет из кобуры.
Ивен окинул взглядом помещение и проревел:
– Пусть кто-нибудь немедленно позвонит в Управление Полиции Велеса.
В баре стихло.
– Мне очень жаль, – медленно чеканя слова, сказал Ивен, – но кто-то застрелил вашего шерифа.
На сером неприметном зданьице в дальнем конце почти единственной улицы Томстоуна не было ни знака Солнечной Полиции, ни знака полиции Марса. Сразу над внешним замком красовалась серебряная звезда, а поперек надпись – ШЕРИФ.
Кто-то пытался уничтожить и то, и другое выстрелами из крупнокалиберного ультраскоростного
Первым желанием Джосса при виде этого зрелища было желание повернуться к Ивену и спросить: «Ведь это же шутка?» Но то, что лежало перед зданием в пыльной колее, ни к каким шуткам не располагало.
Верхней половины тела просто не было. Не то что бы его не было совсем: куски, серые или мертвенно-белые, с запекшимися сгустками крови, валялись буквально повсюду. Вон там – раздробленная кость, а вон там – клочки легких и мозгов. Вся стена была залита кровью, уже заледеневшей на морозе. Старинная электропила могла бы справиться с такой работой, но не так чисто, если это слово уместно здесь. Другая часть тела, изогнутая и скрюченная, лежала на улице. Мороз и засуха превратили труп в некий разобранный манекен из магазина. Неаккуратные обрывки красно-черной кожи висели в тех местах, где должна была быть «присоединена» остальная часть тела.
– Они подождали, пока он выйдет наружу, застрелили его и скрылись, – сказал Ивен. – Насколько я могу судить, попыток сломать наружную дверь не было.
– То есть, они знали его, а он знал их, и выходил по собственной воле, без принуждения, – подтвердил Джосс.
– Похоже на то. Надо проследить, чтобы никто не трогал пульт связи… хотя шансы найти там отпечатки пальцев почти отсутствуют – в такой холод никто не выйдет наружу с голыми руками. А если и выйдет, так останется без кожи. – Ивен не скрывал своего раздражения. – Скорее всего, они показали какое-нибудь удостоверение.
– Какое удостоверение? Зачем они это сделали? И кто «они», черт побери?
– А вот это, дружок, вопрос номер один. Эта грязная история совершенно меняет дело. Мы – свидетели преступления со всеми вытекающими из этого последствиями.
– Не в этом случае. Да, мы обнаружили тело, но мы не обязаны брать на себя расследование. Это в Томстоуне… – Джосс сделал паузу, увидев, как кто-то из собравшейся толпы протянул переданное откуда-то сзади грязное покрывало. Он взял его и накрыл останки шерифа.
– Наверное, местный представитель власти был избран шерифом под юрисдикцией Управления Полиции Велеса. Наше дело – подождать, пока оттуда не прибудет криминальная бригада, а затем продолжить поиски. У нас полно забот.
Несколько минут Ивен Глиндоуэр очень сердился от мысли о том, что некоторое время придется сидеть сложа руки. Но выучка взяла верх над эмоциями.
– Ты, конечно же, прав. Мы и так слишком наследили. А то, чем предстоит заниматься нам, обычной полиции не под силу. Они не подготовлены и не снаряжены для этого.
Он сказал это достаточно спокойно, но было заметно, что каждое слово доставляет ему почти физическую боль. Джосс чувствовал то же, что и Ивен. Под маской напускного спокойствия в нем полыхал тот же самый огонь ярости. Но приказ есть приказ. К тому же все это должно было пройти через формальную полицейскую процедуру, пренебречь которой было нельзя, тем более голубоглазым ребятам из Солнечного Патруля. Не будь на лице Джосса дыхательной маски, он бы наверняка выплеснул наружу часть своего раздражения. Но маску снять было нельзя, и пришлось удовлетвориться долгим глубоким вздохом.