Поля Крови
Шрифт:
Я уже не видел Креода, зато отлично слышал его голос:
— Значит, так тому и быть. И я, и каждый воин Дома Денудо готов умереть или получить клеймо каторжника за господина.
Бихо прорычал:
— Два сумасшедших.
Мечи мы подняли одновременно, одновременно махнули ими, чертя в воздухе первые движения родовых техник. Одновременно с неба и клинков обрушились призрачные образы стали, перемалывая траву и ветку под нашими ногами, рванулись навстречу друг другу.
И уничтожили друг друга.
Бихо заорал:
— Слабак!
А
— И это говорит мне тот, кто допустил две неточности в трёх последних движениях? Ты недостоин быть наследником.
Но клянусь Хранителем севера, мне было плевать, что он там ответит на это. Я уже сорвался с места, уходя влево, чертя вязь движений меча и гоня перед собой Стену ледяных осколков. Вправо. Покров клинков. Это умение могло бы прикрыть меня, но я лишь смахнул его мечом в сторону Бихо.
С каждым ударом сердца, с каждой выплеснутой в меч порцией жара души я становился всё ближе и ближе к Бихо. Он разрушал мои умения всё ближе и ближе к себя, не успевая, пятясь и отступая перед моим напором.
Безумие, но я не торопился, плетя перед собой вязь движений меча и одним за другим сгущая образы умений. Словно на тренировке.
Ещё на три шага ближе, уходя от перемалывающих за моей спиной землю призрачных мечей Бихо.
Толкнуть не жар души, а тёмную пелену, сжав её узким клинком, целясь в сердце Бихо.
Он дрогнул, запоздал на миг, а я уже был в трёх шагах, проломив его Дождь клинков. Что мне эти раны после того, как я прошёл через Строй мечей?
Мгновение Бихо пытался что-то сказать, а затем рухнул. Трудно говорить, когда ты пробит десятком образов клинка.
Я неверяще покачал головой. Возвышенный мечник сумел пробить насквозь Паладина?
Что с того, что меч из льдистой стали? Что с того, что я использовал третье из умений, Покров клинков, ударив им вплотную?
Всё решает только жар души и ихор в жилах, число даров Хранителей. У кого их больше, тот и победит. Меч слабака может нанести рану, но не сможет убить старшего идара.
Одно из двух. Либо Бихо был пуст, истратив всё до последней искры. Точно так же, как становится пуст любой после Строя мечей или долгого сражения.
Стиснув зубы, я склонился над телом Бихо, осторожно распахнул окровавленный халат. Тонкая цепочка на шее, довольно крупная слеза Амании. Голубая. Это отчетливо видно даже несмотря на кровь на ней.
У Бихо был запас жара души.
Я запахнул халат обратно и выпрямился, зло ухмыляясь.
Значит, второе. Я не Возвышенный мечник. Со своей кровью Безымянного, со своим даром Предка Амании я кто угодно, но не Возвышенный мечник. Нечто большее.
Во всяком случае в схватке один на один. Эта месть показала главное. Мне даже не нужно прорываться вплотную к противнику, чтобы использовать Круговорот жара души. А что ещё нужно моему Дому Денудо, чтобы возвыситься на Играх Предков?
Тени уже были рядом, клубились вокруг меня непрерывной чередой, словно каждая из них радовалась моей победе.
Или очередной
Но, клянусь Хранителем севера, я ни о чём не жалел.
Я наконец повернулся к Креоду и приказал:
— Заберите тело. Пусть мы и смогли отогнать реольцев, но немного опоздали. Бихо погиб от меча их идара. Тяжёлая потеря.
Креод кивнул, негромко ответил:
— Да, господин. Чуть больше двадцати человек в бронях старших воинов Дома и трёхцветных плащах. Красный, зелёный и чёрный. Их вёл идар, немногим младше вашего отца. Неровно обрезанные по плечи чёрные волосы. Короткая щетина и ярко-синяя отметка Предка на всю щеку. На его одеянии была изображена черепаха. Командовал отход он грубым, гулким голосом и был уже ранен не вами в правую руку и левый бок.
Я удивлённо вскинул брови, но, помедлив несколько ударов сердца, кивнул. Похоже, мне ещё многому нужно будет научиться в деле обмана.
Безмолвными, но живыми тенями скользнули ближе два моих воина. Принялись из жердей и плащей убитых мастерить волокушу. Из двух трёхцветных, красно-зелёно-чёрных плащей.
Ещё двое стали обыскивать тела, начав с того идара-реольца, которого ворочал перед моим приходом Бихо. Я только сейчас заметил, что здесь кое-где лежат и его люди, буквально заваленные телами Жнецов.
Но их никто выносить не собирался.
Глава 18
Глебол нахмурился и переспросил:
— Чего?
Я повторил:
— Бихо из Дома Мэре погиб. Мы принесли тело.
Глебол выругался, ударил кулаком в ладонь:
— Да как он умудрился?
Я постарался безразлично и устало пожать плечами, описывая всё ровно так, как мне и советовал Креод:
— Идар... Бихо его, похоже, ранил... трёхцветные... с черепахой на одеянии...старшие...
— Дом Бротург, — Глебол покачал головой. — Нехорошо. Нужно поглядывать по сторонам. Если они здесь, то рядом и Миус. Скрывались до последнего, как и любят, — махнул мне рукой, едва не задев одну из моих теней. — Иди.
Меня не нужно было дважды просить об этом. Я поднял перед собой руки с мечом, вежливо прощаясь, и скользнул прочь. Тени следом.
В десяти шагах, за кустом бюричины меня ждал Креод. Я успокаивающе повёл рукой, намекая, что смерть Бихо восприняли спокойно и без лишних вопросов, спросил о сущей ерунде:
— Припасы ещё есть?
Креод выдохнул, повёл плечами и кивнул:
— Да, господин, должны уже даже сварить.
Не то, чтобы я хотел есть. Сначала радость от мести и победы, затем выматывающее ожидание, как воспримет весть Глебол, поверит ли ей. Сейчас, когда я шагал прочь от бывшего старшего наставника Кузни, то скорее хотел завалиться навзничь и бездумно пялиться в небо. И чтобы никто меня не трогал. И чтобы никто меня ни о чём не спрашивал. И чтобы не видеть теней.
Поэтому у костра я махнул своим людям, чтобы они сидели, и шагнул прочь, за густую жимолость, чтобы найти уединение.