Поляна страсти
Шрифт:
Угрюмый вид горничной меня радует. А угрюмый вид конюха раздражает. Какой же он упрямый! Мог бы стать моим фаворитом, если бы не был так глуп. Этот испанец завладел моими мыслями, моими чувствами! Он – как наваждение!
Муж запретил Педро сопровождать меня на верховых прогулках, а мне сказал: «У него слишком много работы в конюшне и ему не резон отвлекаться на глупые прогулки верхом. Он здесь не для этого». Я возненавидела Ивана Григорьевича за это! Теперь я буду видеть Педро реже, и эта мысль приносит мне жуткие страдания. Просто так прийти на кухню или в конюшню я не могу: нужен какой-то предлог.
Лизавета
Сегодня через Лизавету Карповну я передала Педро записку: «Педро, не будь так холоден, подумай хорошенько, какой шанс дает тебе жизнь. Ты станешь моим, а все мое – твоим, пусть даже об этом никто не будет знать. Я догадываюсь о твоих чувствах к горничной, но пойми: она – не пара такому мужчине, как ты. Она – простолюдинка без роду и племени.
А я… Ты знаешь, кто я. Даю тебе три дня на раздумье. А по истечении времени жду тебя в гостинице, что в соседней деревне, в три часа пополудни».
Как долго тянутся эти три дня! Ночи с мужем превратились в кошмар! Я люблю Педро!
Утром горничная принесла воду, а потом вдруг покачнулась и растянулась на полу, разбив кувшин. Спрашиваю: «Что с тобой?» Она встает, отряхивается и суетится: «Ничего, барыня, все хорошо». Затем привела комнату в порядок и быстро удалилась. Но это странно. Что с ней происходит? Уж не в положении ли она? Если так, то это хороший повод избавиться от нее.
Вот и настал день нашей с Педро встречи. Я тщательно готовилась, а Анна помогала мне. «Мы встречаемся в гостинице, что в соседней деревне», – изображая радость, говорила я и напоминала заговорщицким тоном, что об этом никто не должен знать. В отличие от предыдущих дней горничная была спокойна и причесывала меня с воодушевлением. Мне даже показалось, что она и думать забыла о Педро Пенья.
Ах, как же он упрям! Он прямо заявил, что ничего моего ему не надо. «Я не люблю вас, Екатерина Андреевна, и ваше состояние меня не прельщает!» Так и сказал. Да еще и осмелился прикрикнуть: «Прекратите мучить Анну Тришкину, вашу горничную». «Ты любишь ее?» – спросила я. «Да, – отрезал Педро и добавил: – ее и никого больше». «В моих силах избавиться от вас обоих», – пригрозила я. Но угрозы не подействовали. «Я говорил с Иваном Григорьевичем, вашим мужем, – спокойно ответил он, – и заручился его поддержкой. Завтра днем меня и Анну Тришкину обвенчают. Такова воля Божья».
Я и слова вымолвить не успела прежде, чем он хлопнул дверью и ушел. От его наглости, от возмущения, от унижения я потеряла дар речи.
Ненавижу их обоих: и Тришкину, и Педро!
Это самый ужасный день в моей жизни! День обручения Педро. С самого утра и до позднего вечера я пролежала в кровати, сославшись на головную боль.
Они поселились в маленькой избушке возле нашего дома. Моей же горничной стала Лизавета Карповна.
Иногда, сидя у окна, я вижу их вдвоем, как они разговаривают и весело смеются. Но я не оставлю все как есть! Буду мстить и найду в этом утешение.
Лизавета Карповна поведала новость: Анна Тришкина беременна. Нет нужды гадать,
Меня гложет бессильная ярость. Они словно издеваются надо мной, не скрывая своего счастья. А округлый живот Тришкиной приводит меня в бешенство!
Прошлой ночью приснился Педро. Во сне он был совсем другим, не таким, как наяву: нежным, страстным, любящим. Пробуждение было жестоким. Сон – не явь. Ох, Педро! Как же счастлива должна быть Анна! Разве могла бы я подумать, что когда-то стану испытывать зависть к своей горничной? Это унижение, а я не прощаю тех, кто меня унижает!
Вот и пролетели зимние месяцы. Пришла долгожданная весна. Тришкина родила девочку, нарекли Дарьей. Говорят, роды были нелегкими: целыми днями Анна лежит в кровати, с трудом восстанавливаясь. Но она не восстановится! Я приняла решение! Они оба вынудили меня! Назад пути уже нет.
Лизавета Карповна доложила, что ребенка кормят козьим молоком: у Анны его совсем нет.
Пора действовать. По моему настоянию Лизавета Карповна отправила Тришкиной кувшин с молоком и проследила, чтобы та выпила его перед сном и в течение последующего дня. Все до капли! Как я и думала, на следующую ночь бедняжка отдала Богу душу. Бедная, бедная Анна Тришкина, ты осмелилась тягаться со своей хозяйкой за право обладать любовью Педро – так поплатись за это жизнью!
Я вызвала доктора Веткина. За щедрое вознаграждение он выполнил мою просьбу – осмотрел тело Анны и констатировал, что смерть наступила вследствие послеродовых осложнений.
Вскоре, после похорон Тришкиной, доктор покинул наши края, а на его место прибыл другой.
Никто, ни одна живая душа, не должен знать о том, что молоко было отравлено! Так я отомстила горничной за мое разбитое сердце, и подобная участь ожидает каждого, кто посмеет посягнуть на то, что принадлежит мне!
Прошел целый месяц. Педро убит горем, его девчонкой занимается кухарка Марфа. Полгода назад она потеряла мужа, так что с удовольствием возится с ребенком, чтобы приглушить горечь утраты. Минул год траура.
Недавно мы с Педро встретились в роще. Я честно призналась в своих чувствах: «Педро, Анны больше нет, а я думаю о тебе дни и ночи. Я хочу взаимности». Ах, сколько же презрения было в его взгляде! «Никогда!» – отрезал он. Тогда я разозлилась. «В этом случае тебе придется распрощаться с дочерью! Она отправится в цыганский табор – и все по милости своего отца!»
Педро схватил меня за плечи и встряхнул. «Моя дочь останется со мной!» – прорычал он. Его упрямство взбесило меня, но угроза была серьезной. Я действительно не шутила с ним.
Он это чувствовал, в какой-то момент даже отступился и… ударил меня! Это было унизительно, но по мне уж лучше стать объектом его ненависти, чем чувствовать полное безразличие к себе. Я не скупилась на угрозы, смаковала их как только могла. В какой-то момент конюх побледнел. Конечно, он понимал, что в моей власти поступить так, как мне заблагорассудится: мое положение, мое влияние действуют безотказно. Педро молчал и смотрел куда-то в сторону, видимо, раздумывая, как поступить. Я решила оставить его одного и собиралась уйти, как он окликнул меня: «Постой! У меня нет выбора. Что тебе нужно, говори!» Я не могла сдержать улыбки. Я одержала победу! Я всегда добиваюсь своего, чего бы мне это не стоило!