Полюби дважды
Шрифт:
— Потому что так называется это блюдо — «лягушки в ямке», или сосиска, запеченная в тесте, — теряя последнюю надежду убедить детей поужинать, объясняла Джессика.
— По-моему, это совсем не похоже на сосиски, — поддержал Пипа его дружок.
— Дело в том, что я порезала их на кусочки. — Но когда ответа не последовало, Джессика почти сдалась. — Ну ладно, — миролюбиво сказала она, — забудем про лягушек… Я хотела сказать — про сосиски в тесте. Допивайте молоко и ешьте хлеб с маслом, а потом отправляйтесь играть с ребятами.
— Это
— Это молоко с фермы, — возразила Джессика. — Оно свежее и полезное, в нем много сливок, и только.
— Все равно оно мне не нравится, — буркнул Пип.
— И у масла тоже подозрительный вкус, — поддержал брата Мартин.
Подбоченившись, Джессика смотрела на своих противников с явным отвращением. Раньше они жили в хибарах, их ругали, били и морили голодом, а теперь у них хватало наглости отыскивать недостатки в полезной и питательной пище, которую она с любовью готовила для них! Неблагодарные негодники! Нет ничего удивительного в том, что их родители отказались от них без капли сожаления!
Ох, это была нечестная, кощунственная мысль, но сознание этого не улучшило настроения Джессики.
— Прекрасно, — с нажимом сказала она, — в таком случае вы будете сидеть здесь до тех пор, пока… пока я вас не отпущу. — А потом продолжила так, словно эта мысль только что пришла ей в голову: — Потому что вам, наверное, не хочется поиграть с другими мальчиками, помочь Джозефу строить новую повозку, а сестрам — прополоть морковь и свеклу…
— Нет, если нам придется съесть эту гадость, — нагло ответил Пип.
И подумать только, что именно этих мальчиков выбрали среди многих других и направили в Хокс-хилл, поскольку мать-настоятельница считала, что они подают самые большие надежды! Будь ее, Джессики, воля, она бы отправила их обратно в Лондон с первым же дилижансом.
Но нет, им все равно не справиться с ней! Чтобы показать ребятам, что она твердо держит слово, Джессика отвернулась и подошла к большой каменной раковине, засучила рукава и принялась мыть посуду. Уж она постарается, чтобы они просидели за столом до скончания века. Одно она знала точно: уступи она сейчас, ей больше никогда с ними не сладить.
«Бз-з-з-з… « — послышалось рядом.
Джессика резко взмахнула рукой, и из горшка, который она полоскала, выплеснулась вода ей на фартук. Девушка поставила горшок на место и медленно повернулась.
— Кто посмел? — спросила она пугающе тихим голосом. Маленькие чудовища знали, что она боится пчел и ос.
На нее уставились шесть пар невинных глаз.
Когда никто из мальчиков не ответил, она повернулась к раковине и спокойно принялась за работу.
«Бз-з-з-з… « — снова раздалось поблизости.
Они действительно маленькие чудовища, но, может быть, она заслужила их месть?
Дело в том, что Джессика сегодня переволновалась. Ночная история с повозкой и бессонница, потом приезд
Грузный старый Клэй (он был старше сестры Долорес) своим весом, казалось, задавит лошадь, на которой приехал. Джессике стало жаль несчастное животное. Но, даже подтрунивая над Клэем, девушка на самом деле сильно расстроилась из-за того, что констебль совершенно не интересовался убийством ее отца, да и сожжение повозки его не волновало.
И у него тоже с самого утра было плохое настроение.
— Я думал, что всех вас зарезали прямо в постелях, — гремел он, слезая с лошади. — А вы вызвали меня из-за какой-то сожженной колымаги! Это безобразие! Детские забавы! У вас в голове шуточки, а у меня столько важных дел! Не знаю, право, за что хвататься в первую очередь, а приходится терять время на бессмысленные глупости!
Сестры и Джозеф сдержались, но Джессика и не подумала. Оставшись с констеблем наедине, она сказала все, что о нем думает, и еще многое такое, о чем следовало умолчать.
Вот почему девушку буквально все лишало душевного равновесия. Поэтому она не могла сладить не только с мальчишками, но и сама с собой.
«Бз-з-з-з», — опять послышалось сзади.
Эти мальчишки неисправимы! Нет, они просто маленькие шалуны, а после того, что им пришлось вытерпеть за их короткую жизнь, это неплохой признак.
— Сестра Марта! — завопил Мартин. — Здесь оса!
Она обернулась.
— Правда? — небрежно спросила она, словно оса, на самом деле ничуть ее не волновала. — А где? — Осы, конечно же, не было.
Джессика покачала головой. — Я могу понять шутку, но ложь — это грех, и вы не должны лгать.
— Но, сестра Марта… — начал Пип, однако в тот момент дверь скрипнула и открылась. Мальчики вскочили со своих мест.
В кухню вошел рассерженный Лукас.
— Я только что из Челфорда, — прогремел он. — Я разговаривал с констеблем Клэем и узнал, что ты обвиняешь меня…
— Лорд Дандас! — резко оборвала его Джессика. Лукас взглянул на мальчиков.
— Выметайтесь отсюда! — приказал он, открывая перед ними дверь.
Обрадовавшись, ребята медленно продвинулись к двери, но громкий голос Джессики заставил их замереть у стены.
— Сядьте на место! — решительным тоном скомандовала девушка, а когда мальчики подчинились, она повернулась к Лукасу. — Они никуда не пойдут, пока не съедят все, что лежит у них на тарелках, — сказала она. — Если вы хотите поговорить со мной, то можете подождать в маленькой гостиной.