Полюби, если сможешь...
Шрифт:
— Самая любимая. Самая желанная. Самая красивая. Самая умная. Самая нежная. Самая добрая. Самая ласковая. Самая — самая…
Алейна улыбалась от его признаний. Её сердце трепетало от счастья и восторга.
— Ты даже не можешь себе представить как я рад нашей встрече, радость моя! Как я долго об этом мечтал, сколько бессонных ночей прошло, я бесконечно люблю тебя, моё солнышко!
Он нежно прикоснулся двумя руками к её щекам и стал медленно целовать её лицо. Перецеловал лоб, брови, глаза, носик, щёчки и жадно припал к её губам. Он целовал её жарко,
— Любимый! Я тоже мечтала о нашей встрече.
— Повтори, — ласково попросил он её, ещё не веря в то, что только что услышал.
— Любимый!
– улыбаясь, прошептала она.
— Ещё, пожалуйста!
— Любимый!
— Любимая!
– задохнулся он от нахлынувших эмоций.
— Девочка моя! Мне это не снится?
Ему не верилось, что он, наконец — то, услышал заветные слова любви о которых столько времени мечтал.
Алейна радостно засмеялась. Ей хотелось сделать этого мужчину самым счастливым.
— Люблю — люблю — люблю, — пропищала весело Алейна.
Потом неожиданно состроила серьёзную гримасу и прищурив глаза строго спросила:
— Ратибор! Ты согласен быть моим женихом? Отвечай сейчас же!
— Да, — выдохнул он и улыбнулся.
Алейна громко и жизнерадостно засмеялась.
— Ты могла в этом сомневаться, любимая? — прижимая к себе поцеловал её в шею, посылая миллионы мурашек по телу. Она чувствовала его горячее тяжёлое дыхание на своей коже.
— Нет, я ни секунды не сомневалась в этом.
— Я завтра улетаю в Магическую Академию, — радостно произнёс Ратибор.
— Здорово!
– запищала Алейна и подмигнул ему.
— А после её окончания смогу стать твоим законным мужем, — улыбаясь сказал он.
Ратибор нежно гладил её руки, потом стал гладить и сканировать живот. Малыш нежно прикасался к ладоням мужчины.
— С сыном всё в порядке, он признал меня отцом, — гордо и в тоже время радостно произнёс Ратибор.
Алейна улыбалась, она таяла от его прикосновений, она желала этого мужчину всей душой. Но он боялся её обидеть, сделать ей больно и поэтому сдерживал себя. Алейна только сейчас осознала, что хочет чтобы именно Ратибор стал её первым мужчиной в этом мире. Он первый нашёл её и спас, а Фридерика постарается убедить в правильности своего решения. Она надеялась, что Фридерик её поймёт.
Алейна потянулась к Ратибору с поцелуем. Он как голодный зверь накинулся на неё, жадно сминая её губы и сдерживая в горле стон желания. Она почувствовала его возбужденный орган, который упирался ей в бедро.
— Любимый, не сдерживай себя. Я этого хочу, — прошептала ему на ухо, прижимаясь к нему всем телом.
Он бережно неохотно отстранил её от себя, подрагивая всем телом. Дыхание его было прерывистым и частым.
— Ты не хочешь меня? — Алейна обиженно спросила Ратибора и отвернулась от него.
— Хочу, очень хочу! Но так неправильно, — прошептал
Алейна недоумённо посмотрела на Ратибора. Что он говорит?
— Наши желания совпадают, любимый, — пыталась спокойно сказать, чтобы убедить его.
— Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности с Фридериком. Вспомни об Эрне. Он твой первый жених и должен знать обо мне. А потом мы сможем заниматься спокойно любовью. Я не хочу из — за минутной слабости потерять тебя и навредить вам. Я должен прежде всего думать о вас с сыном. У нас будет достаточно времени для любви, поверь. А сейчас мне лучше уйти. Я боюсь не сдержаться.
Он поцеловал её в макушку, вскочил с дивана и выскочил из покоев.
— Ёпрст, что за мужики пошли!
– крикнула в сердцах.
— Всё чего-то боятся, а я хочу любви!
Мариетта слышала брошенные возмущённые слова Алейны и понимала её, но ничего не стала ей говорить. Она также увидела в Ратиборе порядочного, умного, выдержанного мужчину.
— Он будет хорошим побратимом нашему внуку и отличным мужем для Алейны, — подумала она.
Ратибор ушёл. Нет, он не ушёл, он выскочил! Трус! Я вначале на него сильно разозлилась.
Но потом посидела и хорошо подумав поняла, что он абсолютно прав. Минутная слабость могла привести к катастрофе не только для него, но в первую очередь для меня. Возможно, это была проверка для Ратибора на его порядочность и стрессоустойчивость и я тогда бы его подвела. И чтобы прийти в себя мне нужно было переключить своё внимание на что-то другое. Телевизор смотреть не хотелось, читать тоже. Поговорить было не с кем. Я долго ходила по комнате, как загнаный зверь, чтобы успокоиться. Но потом, когда стало легче, я решила сходить к сыну Мариетты и посмотреть на его самочувствие.
Я вышла в коридор и никого не увидела. Прошла к двери за которой лежал Марик и глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Шагнула в покои и приятно удивилась. Он уже не был похож на угасающего мужчину. Видимо Мариетта подпитала его жизненной силой и энергией. Он спокойно спал и нормально дышал. Я присела к нему на кровать и взяла его за руку. Рука была мягкая и тёплая. Тепло его ладони обжигало пальцы, я удивилась. На температуру это было не похоже. Что же это тогда? Магия?
— Привет, Марик!
– тихо сказала я, слегка сдавливая руку мужчине, чтобы убрать жар.
— Привет, любимая!
– услышала радостный низкий бархатный голос в своей голове.
Странно, но этот голос волновал меня. Быстро взглянула на лицо Марика, на нём не было никаких эмоций, глаза закрыты, он мирно спал.
— Кто здесь? Кто со мной разговаривает? — испуганно прошептала я.
— Не волнуйся, милая! Это я!
– снова слышу бархатный голос в голове.
Оглядываюсь по сторонам и никого не вижу. Мне становится страшно. Я вскакиваю с кровати и направляюсь к выходу. Мариетта говорила, что здесь за ним ухаживают роботы. Это что, они со мной разговаривают? Но зачем называть меня любимой? Вопросы мелькали в моей голове, не дожидаясь ответа.