Помнишь ли ты...
Шрифт:
— Его зовут Сильвестр.
— И он… — заставил ее продолжать Коул.
Ее взгляд коварно скользнул в сторону, а загнутые темные ресницы отбросили тени на скулы, приглушив нефритовый блеск глаз.
— Свинья, — призналась Диана. Коулу показалось, будто он ослышался.
— Свинья? — повторил он. — Наверное, поросенок?
Она кивнула.
— А точнее — боров, — добавила она, поднимая на Коула блестящие зеленые глаза. — Кори рассказывала, что он громадный, но бегает за ней по дому, как кокер-спаниель.
В этот миг Коул
Не подозревая о безмолвных комплиментах Коула, Диана взглянула на него:
— Здесь можно попить? Коул улыбнулся:
— Обманывать — тяжелая работа, верно? Похоже, жажду вызвала битва с полудюжиной высокомерных девчонок?
Диана широко раскрыла глаза и улыбнулась. Она чертовски смела, подумал юноша, но эта отвага и решимость надежно скрыты присущей только ей мягкой манерой общения.
— Конечно, — ответил он, мотнув головой в конец конюшни. — Поищите сами.
В конце коридора, справа, Диана обнаружила небольшую комнату, где, как она поняла, жил Коул. Узкая койка была заправлена с армейским тщанием, на древнем столе стояла еще более древняя лампа. Книги и бумаги аккуратной стопкой возвышались сбоку. Напротив спальни оказалась ванная, а за ней — тесная кухонька с единственной раковиной, маленькой плиткой и миниатюрным холодильником. Диана решила, что в холодильнике хранят напитки для всех, но, открыв дверцу, увидела, что внутри нет ничего, кроме упаковки хот-догов, пакета молока и коробки овсяной крупы.
Она удивилась, обнаружив, что Коул хранит крупу в холодильнике, но еще больше ее изумило то, что он предпочитал не запасаться едой. Теряясь в догадках, она закрыла дверцу и наполнила бумажный стаканчик водой из-под крана. Выбрасывая стаканчик в небольшое жестяное мусорное ведро, она заметила там два яблочных огрызка. Привезенные Дианой яблоки были дряблыми и совершенно неаппетитными, и она не понимала, почему Коул позарился на них. Наверное, он ужасно голоден.
Продолжая размышлять о пустом холодильнике и яблочных огрызках, Диана остановилась, чтобы погладить изящного рысака, а затем вернулась в конюшню. Кори увлеченно беседовала с тремя девочками у ограды манежа.
— Может, вам следует отправиться туда — на случай, если сестре понадобится помощь?
— Нет, с Кори все будет в порядке. Она замечательная, и вскоре остальные это поймут. И потом, по-моему, ей будет неприятно, если она узнает, что я… вмешивалась в ее дела.
— У вас талант вывозить в свет дебютанток, — пошутил Коул, но, заметив смущение Дианы, поспешно добавил:
— А если Кори им все-таки не понравится?
— Тогда она сама найдет себе друзей. Кроме того, среди этих девочек у меня нет по-настоящему близких подруг — ни одной, не говоря уже о Хейли. И о Барбаре. Мне гораздо больше нравится дружить с Дугом.
Коул изумился, вспомнив долговязого и нескладного брата Барбары:
— Значит,
— Нет, он мой друг.
— Пожалуй, для него вы маловаты ростом, — пошутил Коул, наслаждаясь разговором. — А кто же тогда ваш близкий приятель? — спросил он, потянувшись за большим красным пластиковым стаканом, который прежде поставил на подоконник.
— Откровенно говоря, у меня нет поклонников и близких приятелей. А у вас есть подруга? Коул кивнул и глотнул воды.
— Кто она такая? — полюбопытствовала Диана. Коул вытянул ноги, устроившись рядом с девушкой, сложил руки на коленях и уставился в окно. Диане показалось, что его мысли где-то далеко.
— Ее зовут Валери Купер. Последовала долгая пауза.
— И это все? — поторопила Диана. — Какая она внешне — блондинка или брюнетка, высокая или маленькая? Какого цвета у нее глаза?
— Она высокая блондинка.
— Как бы я хотела быть такой! — задумчиво призналась Диана.
— Вы хотите иметь светлые волосы?
— Нет, — покачала головой девушка, и Коул засмеялся. — Я хочу подрасти.
— Лучше бы вы мечтали стать блондинкой, — беспечно посоветовал Коул. — Добиться этого куда проще.
— А какого цвета у нее глаза?
— Голубые.
Диана была очарована.
— Вы давно знакомы?
Коул запоздало спохватился: заводить личную беседу с гостьей своего работодателя уже само по себе недопустимо, ведь этой гостье всего четырнадцать лет от роду, а разговор принял слишком доверительный характер.
— Со старших классов школы, — отозвался он, собираясь уйти.
— Она живет в Хьюстоне? — допытывалась Диана, чувствуя, что беседа окончена, но желая продлить ее.
— Она поступила в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе. Мы встречаемся обычно во время каникул.
Вечеринка в честь дня рождения Барбары завершилась огромным тортом, поданным на лужайке перед домом, где виновница торжества обнаружила гору подарков. Затем гости отправились в дом, пока слуги убирали столы снаружи. Диана присоединилась было к остальным, но заметила, что половина шоколадного торта осталась нетронутой, и вспомнила о пустом холодильнике Коула. Повинуясь порыву, она вернулась к столу и отрезала большой кусок торта, а затем понесла его в конюшню.
Увидев шоколадный торт, Коул пришел в неописуемый восторг.
— Перед вами самый отъявленный сладкоежка мира, Диана, — заявил он, вооружаясь вилкой.
Он принялся за торт еще по пути к себе в комнату. Диана какое-то время смотрела ему вслед, впервые понимая: некоторые ее знакомые живут впроголодь. Отвернувшись, она решила прихватывать с собой несколько лишних бутербродов всякий раз, когда будет отправляться к Хэйуордам, и инстинктивно почувствовала: ей надо найти удачный способ угощать Коула, чтобы не оскорблять его самолюбие.