Помолись за нас...
Шрифт:
– Твои игры, Неистовый, переходят всякие границы! – мы оба резко повернулись, Алета была в ярости, по кончикам ее волос словно пробегали электрические разряды.
Кай осторожно встал, встряхнул головой, потер переносицу:
– Брось, Ал, ты ведь предвидела это, ты знала, что я приду к тебе и знала зачем.
– Проваливайте отсюда! Оба!
– Да будет на то твоя воля, – Кай немного оскалился, его глаза уже почти прояснились, рука легла на мое плечо, заставляя сердце биться чаще. И я бы, возможно, отпихнула его, прокляла бы, наорала, если бы не уловила едва
– Ты будешь полной дурой, Вендетта, если снова полностью ему доверишься и, даю слова, при нашей следующей встрече ты хорошенько огребешь!
– Венди! – на автомате поправила гадалку, ощущая, как вампир крепче прижимает меня к себе.
А затем хлопок, чувство невесомости и тошноты, момент, и стены шатра преобразились в интерьер моей квартиры.
– Не думай, что я буду доверять тебе, Кай. – отхожу от мужчины, с опаской следя за каждым его движением.
– Я прошу о помощи, а не о доверии, лисенок. – равнодушно отзывает кременианец, пряча, кажется все еще дрожащие руки в карманы джинс. – И сейчас мне нужен твой ответ.
Я стояла всего в нескольких сантиметрах от него, а оказалось между нами пропасть, и весь мой мир разрывался на две равные и одинаково ненавистные мне половины, одна из которых, жалобно скулила, тянула за рукав и бормотала «Забудь, прости, он измениться, доверься, помоги, ты нужна ему!». Вторая же, по всей видимости имеющая доступ к еще не отключившемуся мозгу, пинала со всей дури, трясла и вопила «Пошли его к черту! Вспомни, как он поступил!»
И вроде та, агрессивная часть была куда более правильной, но вопреки ору, от которого закладывало уши, я, упрямо вздернув подбородок нашла в себе силы ответить:
– Я помогу тебе, сделаю все, как ты скажешь, но после ты исчезнешь. Исчезнешь навсегда, слышишь, Кай? После этого дела я не хочу тебя видеть! Это будет наша точка, на этом закончится наша история.
Вампир ничего не ответил, лишь едва заметно улыбнулся и исчез из моей квартиры, а я поняла, что не могу даже двинуться с места и просто сползла на пол, закопавшись пальцами в волосы.
Все, что произошло сегодня не укладывалось в моей голове, и теперь меня официально можно было назвать сумасшедшей. И я знаю, это не нормально сходить с ума по тому, кто оказался последней сволочью, кто играет и манипулирует, чья жизнь полна дерьма, но ничего не могу поделать.
Он убил всех, кто был ему дорог, пусть не нарочно, пусть поддавшись жажде, но убил…
Он стал монстром, пусть не по своей воли, но стал…
И разве можно полюбить такого? Сломанного, неправильного героя какой-то темной сказки с явно плохим концом?
И под собственные всхлипы, бестолково раскачиваясь из стороны в сторону, все глубже погружаясь в собственное отчаянье признаю – можно.
И более того, я пойду на все, чтобы спасти его, я не позволю Каю пожертвовать ради меня жизнью…Даже если это будет значить навсегда отказаться от него.
***
Оставшееся время до аукциона у меня прошли едва ли не в военном режиме, ежедневные тренировки,
Кременианцы возобновили свои дежурства, однако, практически ни с кем из них я не разговаривала, даже Ранди кажется, приуныл, из его вечно мерцающих глаз пропал прежний задор, он всем своим видом показывал, что не одобряет план Кая.
Вот и сейчас, сидя на кушетки, подальше от расположившегося на диване вампира, оборотень, поджав губы, рассматривал подобранное нахалом платье. Конечно же, оно было весьма откровенным, хотя, если сравнивать с предыдущими и не учитывать огромный разрез по всей длине, почти монашечьим.
– Я все еще считаю это плохой идеей! – Ран поерзал на диване, опуская глаза в пол.
– Остынь, песик, тебе все ровно ничего не перепадет, – провоцирующее ухмыляется Кай, – твои мерцающие золотом глазки весьма красноречиво говорят о том, что ты в действительности думаешь о прикидке моей зверюшки.
– Я не твоя зверюшка! – мгновенная реакция, сжатые кулаки и равнодушная полуулыбка от кременианца в ответ.
– Нам следует поторопиться, я оповестил Микаэля, что мы прибудем к вечеру.
– В смысле оповестил?! – почти хором с Ранди.
– В прямом, мы, в отличии от некоторых, весьма цивилизованы, и о своих визит предпочитаем предупреждать.
– закатив глаза, констатировала Кай.
– Интересно с каких пор.
– не дерзить не выходит, от злости не спрятаться, а альтер-эго сидит прямо напротив гаденыша и внимательно изучает его лицо, удивляясь, как можно так тщательно прятать чувства, жаль вампир не слышит того, как оно вымаливает у него парочку уроков.
И, признаться, я бы с уверенностью заявила, что показанное им было ложью, если бы не видела ту жуткую, поглощающую пустоту в его глазах, и дрожащие руки, которые, кажется, с долей отчаянье прижимали меня к груди.
– Ладно, довольно красоваться! – вампир резко поднялся с дивана. – Иначе псина тебе весь пол слюной закапает.
– Ээээ! – мгновенно возмутился Ранди, но, поймав коронный ледяной взгляд Кая, тут же заткнулся.
Бесцеремонно схватив меня за локоть и отсалютировав оборотню рукой, Кай перенес нас в пока что непонятно куда.
– Так, и что это за место? – я невольно поежилась и потерла глаза, ибо рассмотреть что-либо на расстоянии вытянутой руки было практически невозможно.
– Твинбрук, юг США, – спокойно констатировал вампир, – идем, замерзнешь.
– Не самое приветливое место.
– Зато оптимальное, Твинбурк славиться своими туманами, они тут почти всегда, это удобно для вампиров, солнца практически не видно и неофиты спят меньше. – Кременианец ухмыльнулся и направился куда-то по дороге. – Поэтому, аукционы чаще всего и проводят тут.
Вскоре сквозь туман я сумела уловить силуэт весьма современного и красивого особняка, который выглядел жутковато среди тоскливого и невзрачного пейзажа. Вампир остановился слишком резко, не успев вовремя затормозить, я неуклюже вписалась в статную спину и уже почти на автомате выплюнула парочку нецензурных слов.